— Надо, — важно кивнул Батя, — но не будем!

— Это почему же? — возмутился мужчина, который предлагал наказать «Варановских». — Хотите им все с рук спустить?

— Не хочу, — покачал головой дед Иван, — но не напомните ли вы старику, чем наши прошлые атаки закончились?

Никто не ответил, и дед Иван продолжил:

— Забыли уже? Тогда может это мне вам напомнить? Ничем хорошим не закончились! Так с чего это вы взяли, что сейчас будет иначе?

Все молчали, опустив глаза, и явно злились на свое бессилие. Василий, и тот помрачнел. Из всех присутствующих один лишь Батя сохранял спокойствие и хладнокровие.

— Петька, — обратился он к молодому парню, стоявшему за его спиной, — сходи-ка в штаб и распорядись удвоить дозоры. К пулемету тоже пусть дополнительного человека поставят.

— Думаете, нападут? — опасливо спросил кто-то из стоявших.

— Вряд ли, но хочу подстраховаться.

Петя, собрался было уйти, но Батя придержал его за рукав:

— Не торопись пока, сходишь лучше, когда закончим, а то может еще что передать нужно будет.

Тот послушно кивнул и встал на прежнее место, а старик продолжил:

— Дозоры на ночь мы усилим, всех, кому оружие доверили, предупредим, пусть под рукой его держат и в одежде спят. Ну а завтра на переговоры пойдем, так сказать, ответы требовать. Возражения?

Вновь поднялся гомон. Члены совета говорили наперебой. Каждый старался перекричать соседа, явно считая, что именно его мнение важнее всего. Само собой, что разобрать что-нибудь в этой каше голосов было совершенно невозможно.

Батя хлопнул рукой об стол с силой, которую сложно было вообразить в таком дряхлом теле. Звук получился громкий, как от выстрела. Призыв к молчанию сработал, гомон быстро начал стихать и когда последний голос умолк, Батя попросил:

— Товарищи, давайте будем говорить по очереди! — тут он повернулся к сидящей подле него женщине. — Нина Федоровна, давайте с вас начнем.

Та кивком поблагодарила, поднялась со стула и сказал:

— Я согласна с тем, что надо усилить наши дозоры, но ждать до утра, по-моему, не стоит. Давайте поднимем всех и пойдемте к ним прямо сейчас. Пусть ответят за свои дела!

Женщина села, сопровождаемая одобрительными репликами. Кто-то даже аплодировал.

— Дальше, пожалуйста, — попросил дед Иван, сидящего следом мужчину.

Тот подниматься не стал, а взял слово сидя.

— Я согласен с Ниной. Вооружим всех и пойдем к ним прямо сейчас. Нас много, пусть боятся!

Вновь одобрительные кивки.

Дальше все члены совета по очереди брали слово. Под конец мнения разделились поровну. Трое хотели идти к «Варановским» прямо сейчас, а остальные поддерживали деда Ивана, и призывали дождаться утра.

— Я так понимаю, что у нас тупиковая ситуация? — развел руками Батя. — Тогда давайте спросим мнения наших гостей. Добавим, так сказать, свежего взгляда на проблему.

Второй раз за полчаса, все внимание было обращено на нас. Батя явно ждал, что заговорит Дед, но тот неожиданно, повернулся ко мне.

— Что скажешь, Старшой?

Я просто офигел от такого финта. Значит, когда на дерево лезть надо, то я самый младший, а как перед советом распинаться так уже Старшой. Удобно он устроился, нечего сказать!

Однако по его легкой улыбке и пристальному взгляду я понял, что делает он так неспроста. Задумал что-то? Во время перестрелки команды отдавал я, и благодаря этому мы победили. Возможно, сейчас он просто проверяет мою способность быстро принимать решения?

— Нельзя нам ломиться посреди ночи, — начал я, выделив голосом слово нам, пусть знают, что мы готовы за них вписаться. — Во-первых, уже темно, а значит легко угодить в засаду. Во-вторых, после провала операции, они будут на взводе и могут начать делать глупости, например, обстреляют делегацию. Будут жертвы и войны тогда уж точно не избежать. Ну а в-третьих, мы сами сейчас на взводе, поэтому и ломимся мстить. А зря. Утро вечера мудренее.

Аплодисментов не последовало, но и освистывать мое выступление никто не стал. Молча выслушали и посмотрели на Батю, предоставляя ему принять окончательное решение.

Что ж, люди они такие. Почесать языком горазды, а вот ответственность брать ни-ни! Лица всех присутствующих словно говорили: «Давайте сделаем по-моему, и если все выйдет как надо, то лавры достанутся мне, а если нет, то я вроде как не при чем и ответственность не моя».

Противно…

— Подведем итоги! — сказал Батя, обводя всех пристальным взглядом. — Трое за то, чтобы идти к «Варановским» прямо сейчас, трое против. Гости наши, тоже против. Поэтому, пользуясь своим положение командующего, распоряжаюсь до утра никаких действий против «Варановских» не предпринимать! Вопросы?

Вопросов не последовало.

Дальше совещание прошло быстро. Нам выделили пустующую, трехкомнатную квартиру в этом же подъезде, только этажом ниже. С утра обещали накормить завтраком, а если решим остаться, то поставить всех на довольствие. Так же, в этом случае, следовало зайти к той самой Нине Федоровне, которая вела учет вновь прибывших и была вроде как начальником отдела кадров. А больше ничего в повестке дня, вернее уже ночи, не стояло, так что советники стали потихоньку расходиться по домам.

Перед уходом, многие подходили к нам с Дедом знакомиться. Мы вежливо пожимали всем руки и желали спокойной ночи. Василий в это время тихо перешептывался о чем-то с Батей.

Когда последний советник вышел, дед Иван встал из-за стола, подошел к двери и аккуратно ее прикрыл, оставляя свою охрану с той стороны. Пока он это проделывал, я успел заметить, что хоть одет он и по-домашнему, но пистолет пристегнуть не забыл. Да уж, старая закалка, советская!

Усевшись обратно за стол, ветеран слегка уменьшил яркость лампы и приглашающе указал нам на освободившиеся стулья:

— Присаживайтесь.

Мы сели.

— Давайте, что ли знакомиться, — предложил он, — меня вообще Иван зовут, но остальные, почему-то, называют Батей.

— Александр, — представился Дед.

— Антон.

Дед Иван покивал головой и улыбнулся.

— Что ж, добро пожаловать, сынки! Какие у вас планы?

И действительно, какие у нас планы? Мы, собственно говоря, сюда направлялись, это был план. Ну вот, добрались, цель достигнута, а теперь что?

— Мы пока еще не определились, — пожал плечами Дед, — с остальными надо посоветоваться, подумать.

— Оставайтесь! — сходу предложил Батя. — Толковые люди нам не помешают.

— А что, бестолковых много? — осторожно поинтересовался я.

— Бестолковых всегда хватает. Но не в этом суть, просто народ у нас тут в основном кто? Домохозяйки, учителя, строители и даже академик один есть. Во! Хорошие профессии, и в будущем очень пригодятся, но прямо скажу, сейчас их таланты не востребованы. По правде говоря, нам взломщик профессиональный и-то больше пригодился бы.

— Ну а мы-то вам зачем?

— Среди вас есть врач и две медсестры, — влез в разговор Василий, — Дед — бывший военный, да и ты, Антон, парень не промах.

— А остальные? — уточнил я, — Семен и Игнат?

— Про них не знаю, но в охрану точно сгодятся, — уверенно ответил Василий. — Мужики они крепкие, так что все при деле будете!

— Надо с остальными посоветоваться, — стоял на своем Дед. — Мы не то чтобы против, просто, по-моему, каждый должен сам за себя решать.

— Никто вас не торопит, — заверил его Батя, складывая руки в замок. — Выспитесь, осмотритесь, посовещаетесь, а потом уже принимайте решение.

— Договорились, — кивнул Дед.

— Вот и славно!

Я кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание и задал, наконец, интересующий меня вопрос:

— А с трофеями чего? Как делить будем?

Батя нахмурился и покосился на Василия, как бы упрекая, что тот до сих пор не разобрался с этим вопросом. Но потом черты его лица разгладились и стали даже немного виноватыми, видно вспомнил про участь Юры.

— У нас в общине коммунизм, — глубоко вздохнув, принялся объяснять дед Иван, — так что, если решите присоединяться, то все ваше оружие, боеприпасы и еда отойдут общине.