Я резко обернулась к нему. Лицо Леомира выглядело напряженным. Он до сих пор люто ненавидел её, хотя она давно пала от его руки. И эту ненависть не могло победить даже понимание, что ведьмы стали жертвой искусственного излучения. С другой стороны, они сами по своей воле отдавали себя злу, поэтому оправдания им не было…

— Сердце мне не зря подсказывало, что речь идёт именно о ней, — произнесла я, снова переводя взгляд на портрет.

Кассандра. Величественная, прекрасная… когда-то, а теперь мерзкая даже по воспоминаниям.

Вдруг посреди склепа раздался резкий скрежещущий звук.

Перед нами стремительно материализовалась полупрозрачная женская фигура. Она парила над надгробием, касаясь его очертаниями босых ног.

Я ахнула. Даже не нужно было вглядываться — я сразу узнала девушку с портрета.

Призрак Кассандры.

От шока застыла на месте и перестала дышать. Я никогда не верила в призраков, но вот она стояла перед нами — несколько живая, если это слово вообще можно применить к мёртвой ведьме. Возможно, именно магия сделала возможной существование души после смерти. Возможно, и этому найдется научное объяснение, но сейчас это имело мало значения.

Символ на руке тут же отреагировал на ее появление, радостно замерцав. Это насторожило. Ведь я почувствовала некую связь с этим существом.

Кассандра выглядела пугающе живой. Она была юной и прекрасной, но выражение её лица искажалось злобой и мрачным удовлетворением.

Она смеялась.

Глухо, надменно, торжествующе.

— Глупец! — вдруг бросила она, обращаясь к Леомиру. Её голос был хриплым, рычащим, как у зверя, что совершенно не вязалось с ее лицом. — Нашёл истинную пару? Счастлив до безумия??? — её губы растянулись в оскале.

Леомир напрягся.

Кассандра глядела на него с таким видом, будто у неё был туз в рукаве.

— Но я должна поведать тебе одну маленькую правду…

Всё внутри меня похолодело. Я поняла, что она собирается сказать, и ужаснулась.

— Замолчи! — воскликнула я, шагнув вперёд.

Кассандра даже не взглянула на меня.

— Что, страшно? — её взгляд вспыхнул злорадством. — Страшно, что он узнает правду?

Леомир удивлённо посмотрел на меня.

«Какая правда?» — читалось в его глазах.

Кассандра захохотала.

— А правда такова, что твоя возлюбленная — моя следующая преемница! Она носит мой символ, и она такая же ведьма, как и я! А ведь ты так люто ненавидишь меня до сих пор!!!

От напряжения я почувствовала головокружение

— А ты, глупец, отдал ей своё сердце… — припечатала Кассандра.

Леомир побледнел. Посмотрел на меня. Но уже не так. С недоверием.

Я растерялась.

— Это неправда, Леомир! — почти выкрикнула я. — Я не преемница! Всё, что меня с ней связывает — это Символ!

Но в этот момент символ на моей руке засиял, заискрился, стал явным. Я почувствовала, как от него начинает исходить сила, которая захватывает меня.

Руки и ноги онемели.

Я не могла больше шевелиться и говорить.

Что это?

Кассандра всё ещё имеет власть надо мной?

Я в ужасе смотрела на Леомира. Он переводил взгляд с меня на призрака и обратно. А потом его глаза опустились на символ.

Я видела, что он всё понимает. Ужас медленно проступал в его чертах.

Хотела закричать, объясниться, но не могла сдвинуться с места.

Неужели всё кончено?

Как мне это остановить?

И тут я осознала всей душой: если Леомир отвернётся от меня… я больше не смогу жить. Не смогу существовать в этом мире. Моя жизнь потеряет всякий смысл.

Неужели мерзкая ведьма отнимет его у меня?

Нет!

Я не позволю!

— Подчинись мне! — выкрикнула я мысленно, бросая вызов силе внутри себя. — Ты теперь моя, а не её! Ты слышишь⁈ Кассандра мертва, и она потеряла всё! Слушайся меня!

Сила дрогнула. Символ замерцал.

Я поняла, что он поддаётся. И это вселило в меня надежду. Закрыла глаза, сосредотачиваясь на своей борьбе.

И вдруг почувствовала движение воздуха. Распахнула глаза и уставилась на Леомира, который… бросился на призрака.

Он выхватил свой меч — тот самый, с которым впервые встретил меня. Меч особенный, возможно, сплетенный с магией.

Взмах.

Клинок прошёл сквозь полупрозрачную фигуру.

Кассандра дрогнула. Её лицо исказилось удивлением.

— Ты… ты… — прошипела она. — Ты дурак! Ты идиот!

Но на сей раз она не смеялась. Она была напугана.

— Я не идиот, — процедил Леомир, — я просто не твоя марионетка.

Он ударил её ещё раз.

Призрак задрожал, а затем начал рассыпаться на фрагменты.

Я ощутила, как магия внутри меня окончательно подчиняется мне. Мысленно приказала ей:

— С этого момента ты служишь только мне.

Сила утихла.

Символ погас.

Я осталась стоять перед Леомиром, дрожащая, напуганная и не представляющая, чем всё это закончится.

Он повернулся ко мне.

Я боялась посмотреть ему в глаза.

— Леомир, — прошептала я, молясь, чтобы он не отвернулся.

Но он шагнул ко мне и… крепко обнял.

Я замерла.

В его объятии было столько тепла, что у меня подкосились ноги.

Он не отказался от меня. Даже после этого.

Почувствовала, как слёзы сами собой потекли по щекам, и я сильнее прижалась к его груди.

— Спасибо, — прошептала я. — Спасибо.

— Не за что благодарить, — ответил он, его голос был мягким, тёплым. — Я доверяю тебе. Я знаю тебя.

Он прижал меня к своей груди крепче.

— Ведьм я ненавижу не за их магию, — тихо произнёс он, — а за их нутро. А ты… ты прекрасна, моя Елена. Тебя я люблю…

После посещения склепа мы вернулись в трактир, чтобы всё обдумать.

Я чувствовала себя счастливой. Леомир действительно любил меня — теперь я не сомневалась в этом ни капли. И, возможно, именно поэтому я пропустила излишнюю любезность трактирщика, его неестественную улыбчивость, даже по отношению к Леомиру, хотя я точно знала, что этот человек инквизитора отчаянно ненавидел.

Мы разговаривали до самого утра, обсуждая всё, что узнали. Но я всё поглядывала на символ на своей руке.

А что если…

А что, если моя связь с Кассандрой действительно имеет значение? Если именно я смогу остановить излучение? К тому же… вспомнилась одна незначительная, но всё же специфическая деталь моего появления здесь, в будущем: я попала в тело девицы, отчаянно похожей на меня, но все-таки родившейся уже здесь. А вдруг она тоже имеет отношения к Романовым? Это надо иметь в виду. Не зря же символ прилип именно к моей руке…

Но в этой мысли было слишком много «но», и все они требовали выяснения.

— Нам нужно вернуться в подвалы к Максу, — наконец произнесла я.

Леомир оторвался от своих размышлений, посмотрел на меня вопросительно.

— Куда? — сперва не понял он, но потом поправился: — Ты о Сердце Мира?

— Да, — я кивнула и коротко объяснила свою теорию.

Леомир выслушал меня внимательно, нахмурился, но в конце концов кивнул.

— Попробовать стоит.

Решение было принято.

Уже утром мы поспешно покинули трактир и направились к храму.

Путешествовать днём на крыльях было невозможно — слишком велик был риск, что нас заметят. Поэтому пришлось нанять двуколку, запряжённую резвым жеребцом. В ней мы сидели молча, каждый погружённый в свои мысли.

Добравшись к храму, мы быстро пересекли внутренний двор, прячась в тени колонн. Думаю, не нужно объяснять, что с пресечением препятствий в виде высоких заборов у нас не было никаких проблем.

Когда заграждения остались позади, я остановилась, сосредоточилась, призывая силу символа.

Светлая дымка окутала нас с Леомиром, и через мгновение окружающий мир изменился. Всё вокруг стало приглушённым, неясным: мы переместились в другое измерение или, как мне в последнее время нравилось его величать, мир теней.

Я взяла Леомира за руку.

— Держись крепче, — предупредила строго.