Площадь перед зданием оказалась наполненной множеством других карет, элегантных и ухоженных, запряжённых благородными лошадьми, которые тяжело переступали ногами, выдавая томительное ожидание. У массивных, чёрных, украшенных металлическими узорами ворот собралась небольшая толпа любопытствующих и слуг, озабоченно поглядывающих на прибывающих гостей. Ворота скрипнули и распахнулись, обнажив богатый внутренний двор.

Мы въехали в этот двор, окружённый ухоженными газонами и статуями, прячущимися в тенях деревьев. Здесь, в осеннем саду, едва начавшем утопать в багряных оттенках, прогуливались гости. Их наряды ярко контрастировали с мрачными очертаниями сада и время от времени вспыхивали цветом дорогих тканей, отблесками драгоценностей и блеском серебристых мехов.

Слуги были повсюду — ловкие и быстрые. Они с поклонами открывали дверцы карет, помогали дамам спуститься, небрежно поправляя меховые накидки и длинные складки платьев, пока кавалеры ожидали их поодаль с величественной невозмутимостью.

Лакеи в тёмных нарядах с золотыми пуговицами проходили мимо с бокалами и подносами, предлагая напитки гостям, едва успевавшим выйти из карет. У входа, на верхней ступени высокой каменной лестницы, стояли церемониймейстеры. Они внимательно следили за прибывающими, готовые объявить их имена и титулы.

Леомир, одетый в белоснежную сияющую тунику и такой же снежно-белый плащ, первым выбрался из кареты. Я поспешила вслед за ним, и он мне, естественно, руки не подал. И даже когда подбежал слуга, поспешивший поклониться инквизитору, на меня никто не обратил никакого внимания. Я даже удивилась немного. А потом всё поняла. Дело в том, что около едва ли не каждой дамы стояла девушка в похожем на моё одеянии. Боже, неужели они вот так одевают своих рабынь??? Тут же вспомнила, как посчитала себя неотразимой и подумала о том, что Леомир наверняка обратит на это внимание. Сейчас же чувствовала себя пристыженной: оказывается я облачилась в одежды рабства и сейчас по факту являлась всего лишь дышащей вещью в глазах всех этих людей.

Накатала злость.

Еще недавно я была совершенно уверена, что сбегу при первом же желании, но теперь всё изменилось. Символ подвёл меня, и я не понимала причину этого. Неужели я стала настоящей рабой…

Помрачнела настроение испортилось окончательно.

Леомир поспешил вперед, и мне пришлось хвостиком рвануть за ним, придерживая полы плаща, потому что порывы ветра слишком беспощадно проникали под одежду.

Мы поднялись по лестнице под удивленными взглядами аристократов, и я сделала вывод, что инквизитор на подобных мероприятиях бывал не часто.

Церемониймейстер открыл уже было рот, чтобы прокричать имя и статус Леомира, но тот запретил ему это делать, и мужчина испуганно замер. Потом поспешно поклонился и молча пропустил нас вперед.

Мы вошли в огромный холл, от вида которого замельтешило в глазах. Всё сияло, переливалось и просто кричало о роскоши, превращая помещение в безвкусную свалку украшений. Когда мы вошли в невероятных размеров зал, я и вовсе выпала в осадок. Это было нечто. Стены поблёскивали золотом, мебель тоже была украшена этим драгоценным металлом. Огромные люстры низко свисали с потолка, мраморный пол был гладким и напоминал каток. По залу прохаживались люди в очень дорогих нарядах. Женщины сияли драгоценностями похлеще стен. Меж ними сновали рабы и рабыни в похожих на моё одеяниях, и я сразу же вспомнила, в каком качестве здесь нахожусь.

Леомир даже не притормозил. На многочисленные и учтивые приветствия отвечал сухими кивками. Он шел целенаправленно в центр зала и не остановился до тех пор, пока не достиг одного яркого молодого человека — высокого брюнета с длинными волнистыми волосами, завязанными в хвост. Когда этот человек обернулся, я поразилась, как они с Леомиром похожи.

— Кузен! — воскликнул незнакомец. — Неужели на сей раз ты не отверг моего приглашения!!! Я очень рад.

— Здравствуй, Мирай, — ответил Леомир сдержанно. — Да, сегодня я в ударе, — улыбнулся. — Составишь мне компанию?

Аристократ охотно кивнул, и они отправились дальше. Я последовала за ними.

Наконец мы нырнули в невысокую, но красиво украшенную дверь и оказались комнате, явно предназначенной для отдыха. Она была довольно большой, но после габаритов бального зала казалась крошечной. На окнах висели портьеры, на стенах — многочисленные портреты мифических персонажей этого мира.

Под ногами лежал мягкий ковёр глубокого винного оттенка, его узор создавал иллюзию сложного танца орнаментов, повторяясь и скрываясь в ворсе. Прямо напротив входа возвышался огромный мраморный камин, внутри которого мягко потрескивал огонь, отбрасывая тёплые отблески на комнату и создавая приятное тепло. Над камином висело большое зеркало в резной позолоченной раме, отражавшее свет канделябров и усиливавшее игру теней и огня.

Удобные кресла и диваны с бархатной обивкой, разбросанные по комнате в непринуждённом порядке, приглашали гостей расслабиться и предаться неспешному разговору.

Кроме нас тут никого не было. Я изрядно устала и захотела присесть. Но Леомир даже и не подумал предложить мне это. Они с братом устроились в креслах друг напротив друга, а я осталась стоять за спиной инквизитора, злая на весь свет.

Решив, что с меня хватит, я бесцеремонно отвернулась и сползла на пол, прислонившись к задней стенке кресла. Похоже, на мои маневры никто не обратил внимания, потому что мужчины начали неспешный разговор…

— Если тебе нужен Витор де Блад, — произнес Мирай, — придётся идти в купальни. Он не выползает оттуда уже неделю. Да и зачем это ему? Там есть всё необходимое — пища, спальня, красивые рабыни. Он может жить там месяцами и оплачивать кутеж из отцовского кошелька.

— Но ни один уважающий себя инквизитор не появится в таком месте, — напряженно возразил Леомир.

— Не смеши меня, кузен, — отмахнулся аристократ. — Это только ты у нас такой… правильный. Даже твой наставник пару раз там появлялся пару месяцев назад. Не пострадает твоя репутация, уж поверь. Скорее, тебя наконец-то посчитают нормальным, так что… идти и не смущайся.

Инквизитор задумался. Я задавалась вопросом, а зачем ему туда? Снова кого-то важного потерял?

— Кстати, — продолжил Мирай вдруг, — заметил, что ты сегодня пришел с рабыней. С чего вдруг, брат? Ты ведь ненавидишь подобное…

Леомир тяжело выдохнул.

— Скажем так, эта рабыня слишком особенная, чтобы держать ее в отдалении.

— Правда? — заинтересовался аристократ. — И что же в ней этакого?

Леомир усмехнулся.

— Если я расскажу, мне придется тебя убить…

— Правда? — на полном серьезе впечатлился мужчина. — А-а, я понял. Это твое секретное оружие…

— Скорее, мое секретное проклятие, — пробормотал инквизитор, а я раздраженно показала ему язык. Правда, он его не увидел, но я почувствовала себя лучше.

Разжала ладонь и с тоской потерла её.

Символ, что с тобой случилось? Неужели я больше не маг?

Тот резко вспыхнул на руке, словно пытаясь меня утешить, но тут же погас вновь. А кресло отчего-то дернулась. Как тогда, когда я пыталась магичить в поместье Леомира.

Вдруг меня пронзила туманная догадка: неужели причина бездействия моего помощника кроется именно в инквизиторе???

Открытые двери позволили мне бросить взгляд в купальню. Это был просторный зал, наполненный паром. Высокие сводчатые потолки терялись в высоте. Казалось, что всё вокруг, включая полы, украшено мозаикой в синих и голубых тонах.

По центру располагались широкие мраморные бассейны с теплой водой, в которые плавно стекали струи из искусно вырезанных каменных фигур. Вдоль стен стояли резные колонны, между которыми лежали низкие ложи, застеленные дорогими тканями и обложенные подушками. Пол был выложен узорчатой плиткой, блестящей от влажного пара, которая придавал месту нарядный вид.

Леомир остановился перед входом, но затем резко свернул в сторону, скрывшись за ширмой. Я замерла на пороге, напряженно наблюдая за ним. Он быстро переоделся и вскоре появился передо мной в длинном темном халате. Светлые волосы каскадом спадали на плечи, а в вырезе халата виднелась гладкая, мускулистая грудь. По телу пробежала жаркая волна. Что-что, а облик у него был потрясающий. Блин, что же это я так на него ведусь, а? Всегда презирала женщин, падких на красоту, а тут сама, оказывается, не лучше…