Селина снова сделала ошибку, и Леомир взял её за локоть, чтобы показать, как держать меч правильно. Её улыбка стала шире, и она тихо прошептала:

— Спасибо тебе за твоё терпение…

Видение снова исчезло. Я хотела закричать от досады, но только сжала кулаки так сильно, что ногти вонзились в кожу…

Однако в следующий раз мое терпение всё-таки лопнуло. Вечером следующего дня случайно услышала разговор служанок.

— Гостья велела подготовить купальню, — шептала одна из них. — Заказала свечи и напитки… После этого дала золотую монету Брионе, чтобы та позвала в купальню господина. Мол, хозяину нужно расслабиться, иначе он заболеет, переутомлен слишком. Оно так и есть, завозился он с этой ведьмой шибко, не отходит от нее ни на шаг. Говорят, даже с другими ведьмами сражался в лесу ради нее. Может, околдовала его, а? А гостья, говорят, в прошлом невестой хозяина была. Красивая деваха, конечно, жаль, что ему жениться нельзя. Но в любом случае, она похоже искренне о нем заботится. Вот, купальню велела приготовить, золотого не пожалела, чтобы устроить всё так, будто и не она звала. Заботливая и скромная…

Служанка выдохнула, а заскрежетала зубами.

— А вдруг она решила хозяина того… соблазнить? — тихо спросила другая. — Вернуть жениха хочет. Он же мужчина видный, красивый до одури. Как служанка в поместье новая появляется, так и влюбляется в господина. Даже замужних сия беда не миновала. Слишком уж он прекрасен. Даром, что характер строгий….

— Да что ты понимаешь… — ответила первая. — Госпожа Селина в Орден храмовников подалась! Ей тоже с мужчинами нельзя, иначе бы ее тут не оставили. Это она так служит господину нашему, потому что до сих пор любит его. И коль не суждено им быть вместе из-за обетов, то и она решила пойти его путем…

— Какая любовь! — запищала вторая служанка. — Романтично-то как!!!

Я побледнела. Всё внутри кричало: «Нет! Не позволяй этому случиться! Селина приготовила ловушку, а Леомир слеп, как крот!!! Или такой же наивный, как эти две дурочки. Они думают, что если кто-то вступил в Орден, то теперь и от пороков избавился в одночасье. Нет, Селина однозначно задумала Леомира прибрать к рукам…»

Попятившись, я исчезла из виду и ринулась искать служанку по имени Бриона.

Та отправилась к господину отрабатывать золотой уже где-то через час. К этому моменту я не только нашла ее, но и успела смотаться в купальни и проверить, там Селина или нет. Ее саму я не увидела, а вот припрятанные вещички нашла. Значит, так и есть: ждет Леомира в засаде, чтобы предстать перед ним в соблазнительном виде. А у инквизитора может взыграть в штанах только потому, что он помнит их отношения. Возможно, они раньше и спали вместе, мне почем знать. Забыть такое трудно, а значит искушение будет серьезнее…

Когда служанка направилась к Леомиру, чтобы передать приглашение в купальню, я бросилась наперерез. Правда, немного не успела, и девчонка сумела-таки передать веленное.

Леомир действительно выглядел бледным и изможденным и, похоже, был не против поваляться в горячей воде. Уже собирался идти, но я выросла перед ним, как мухомор после дождя.

— Подожди! — выкрикнула я, схватив его за руку.

Его взгляд помрачнел и наполнился напряжением.

— Что случилось, Елена? — руку поспешно выдернул, будто касаться меня ему было неприятно. Ну вот, опять вместе милого инквизитора-спасителя какая-то бука.

— Ты не можешь туда пойти! — это я наяриваю.

Он нахмурился.

— Почему?

— Просто иди со мной! — я снова схватила его за запястье и потянула за собой в купальню — наглядно показывать, что именно его ждало.

Однако Леомир взбрыкнул, выдернул руку и хмуро потребовал объяснений. И тогда я, выдохнув, попросила его поговорить в ближайшей комнате, чтобы не давать слугам пищи для сплетен.

Нехотя Леомир согласился, прищурив свои холодные синие глаза.

Я захлопнула дверь за нами и быстро заперла её на задвижку. Леомир нахмурился еще сильнее, его взгляд потемнел, но он остался сдержанным, как всегда.

— Елена, что всё это значит? — спросил холодно.

Моё сердце бешено стучало. В голове крутились слова, но они никак не складывались в связную мысль. Всё, что я могла сделать, — это выплеснуть наружу эмоции, которые разрывали меня изнутри.

— Ты настолько слепой, что не видишь, что она делает? — выкрикнула я, и голос невольно срвался.

Его брови приподнялись, он удивился моему тону, но не ответил.

— Она тебя использует, Леомир! Манипулирует тобой! А ты… ты стоишь, как дурак, и ничего не делаешь!

— Осторожнее со словами, — спокойно сказал он, в голосе появились нотки раздражения.

— Осторожнее? — я сделала шаг ближе, чувствуя, как гнев захлёстывает меня. — Ты только посмотри на себя! Великий инквизитор, гроза ведьм, а теперь что? Игрушка в женских руках!

— Елена! — резко оборвал Леомир, и в его глазах вспыхнул гнев. — Ты переходишь границы.

— А ты позволил ей их стереть! — выкрикнула я, не отводя взгляда.

Он напрягся, шагнул ко мне, и теперь между нами оставалось незначительное расстояние.

— Ты не знаешь, о чём говоришь, — его голос стал ниже, опаснее.

— О, поверь, знаю! — я почти кричала. — Я видела, как она касается тебя, как льнёт к тебе, как говорит тебе эти фальшивые слова. А ты… ты ничего не делаешь, ты просто стоишь!

— И что мне делать, Елена? — рявкнул он, и его голос эхом отозвался в комнате. — Что ты хочешь от меня? Наставник дал повеление позаботиться о новой ученице Ордена. Это моя прямая обязанность!

Я замолчала, поражённая этой вспышкой, но тут же собралась с духом.

— Я хочу, чтобы ты прекратил быть таким глупцом! — сказала я, заставляя себя успокоиться.

Леомир смотрел на меня несколько секунд, потом вдруг засмеялся — коротко, горько, почти безумно.

— Глупцом, говоришь? — проговорил он, глядя мне прямо в глаза. — Это ты сделала меня таким.

Я замерла.

— Что?

— Ты слышала. Это ты сделала меня таким! Ты забрала мои мысли, мою силу, всю мою волю!!! Ты превращаешь меня в слабого ничтожного человека, Елена!

Я застыла, изумление повисло в воздухе.

— Я… я не понимаю, о чём ты.

— Ты прекрасно понимаешь, — горько бросил он.

Я шагнула ближе, остановившись буквально вплотную.

— Тогда объясни, Леомир. В чём ты меня обвиняешь?

Он замолчал, будто борясь с чем-то внутри. Его дыхание стало тяжёлым, а взгляд метался по моему лицу.

— Скажи, — прошептала я, голос стал тише, почти умоляющим.

— Потому что… — он остановился, сжал челюсти, будто боялся, что слова вырвутся против его воли.

— И??? — я смотрела на него, требуя ответа.

Он вдруг шагнул назад, развернулся и подошёл к двери. Его рука легла на задвижку, но он не торопился открывать её.

— Потому что ты вдруг оказалась важнее, чем должна была быть, — произнёс он наконец, его голос был полон усталости и злости на самого себя.

Леомир резко покинул комнату, а я так осталась стоять посреди неё, открыв рот от изумления.

Блин, что же это значит???

Зима была мягкой, и сад поместья казался весенним оазисом среди холода. Тонкие ветки экзотических растений поднимались к небу, а воздух был наполнен запахом свежести и слабой горечью вечнозелёных трав. Я медленно шагала по дорожке между голыми кустами розмарина, стараясь расслабиться. Мне нужно было отвлечься. Прогулка после многих дней затворничества казалась хорошей идеей, пока с другой стороны сада ко мне не стал приближаться Леомир.

Его шаг был уверенным, но по напряжённым плечам и суровому взгляду я видела, что он сердится.

— Я же попросил, чтобы ты не выходила из комнаты, — произнёс он резко, остановившись в паре шагов от меня.

Одет был легко — в одну рубашку и штаны, будто выскочил из поместья наспех.

Я приподняла брови.

— Я скоро в той комнате корни пущу, — ответила раздражённо, скрестив руки на груди.