Молодому принцу Феликсу было всего двадцать лет. Он был бездарен, легкомыслен, полностью поглощён играми, развлечениями и прочими излишествами. Именно это и привело его к беде: самонадеянно покинув дворец без охраны, он попал в руки похитителей. Его величество Теодор был в ярости, и теперь Леомир был вынужден вернуть беглеца любой ценой.

Наследник был жизненно важен для королевства. Его смерть могла привести к краху династии де Буи. Да, у короля был ещё один сын — бастард, рождённый от фаворитки, который мог бы претендовать на трон. Но это был уже компромиссный вариант. Именно поэтому его величество Теодор X привлёк к поискам своего сына Орден инквизиторов — самую могущественную силу королевства. Леомир, второй человек в ордене после наставника Адельрика, имел власть, простирающуюся до небес. Его имя наводило ужас на преступников, ведьм и прочую нечисть по всему королевству.

Однако поиски наследника приносили одни неудачи, что вызывало у Леомира ярость и глубокое разочарование. Пробегая взглядом отчёты, он вдруг услышал странный звук. Встревоженный, он огляделся, но не увидел ничего подозрительного. Однако ощущение чьего-то тяжёлого присутствия заставило его кожу покрыться мурашками. Инквизитор встал и начал медленно прохаживаться по кабинету, напрягая все органы чувств. Его инстинкты были на пределе, готовые уловить малейшее движение.

И вдруг ощущение чужого присутствия резко исчезло. Леомир прищурился — что-то явно было не так. Его интуиция и дары никогда не подводили. В голове сразу мелькнула мысль о ведьме. Неужели она выбралась? Он тут же послал воина проверить темничную камеру. Спустя десять минут воин вернулся, взволнованно выкрикнув:

— Её нет, господин. Ведьма исчезла из камеры…

Брови Леомира взлетели вверх. Ведьма сумела выбраться из темницы, запечатанной его собственной магией??? Это казалось невозможным. Он был настолько ошеломлён, что долгое время просто молчал, уставившись сквозь воина. Солдат начал нервничать, надеясь избежать гнева вспыльчивого инквизитора и как можно скорее покинуть кабинет. Наконец Леомир очнулся и жестом отпустил его. Воин с облегчением выскочил в коридор и поспешил обратно на свой пост.

Леомир долго не мог прийти в себя.

Ведьма сбежала? Неужели она была здесь, прямо рядом с ним? Мысль о том, что она могла стать невидимой, заставила Леомира задуматься. Эта способность была невероятно редкой даже среди ведьм. Он знал лишь одну, кто мог так делать — Кассандру, но она мертва. Леомир лично задушил её в камере пыток. Может, это её ученица или дочь? Нет, маловероятно.

Значит, способности пойманной ведьмы была на таком же высоком уровне? Наставник до сих пор был зол из-за гибели Кассандры, ведь он хотел изучить её уникальные способности. После того случая между его преосвещенством и Леомиром зародилось отчуждение. Но сейчас у инквизитора появился шанс исправить эту ошибку: если нынешняя ведьма останется в живых, и её дары будут исследованы, наставник, возможно, смягчится.

Осознав это, Леомир почувствовал, как его жажда уничтожить ведьму угасает. Иногда стоит подавить даже ненависть ради достижения более важных целей.

Собравшись с мыслями, Леомир вернулся в свою спальню, принял ванну и отправился в гардеробную, чтобы выбрать свежий наряд. Но стоило ему оказаться на месте, как снова нахлынуло это ощущение чужого присутствия. Она здесь!

Собственная нагота мигом смутила религиозный ум. Представать обнаженным перед женщиной — святотатство для инквизитора, давшего обет целомудрия. Но ведь ведьма — не женщина, напомнил он себе. Это существо другого рода, нечеловеческого, потерявшего свое достоинство…

Леомир решил не показывать вида, что заметил её, и продолжил одеваться, подавляя внутреннее отвращение.

Это позволило ему немного успокоиться. Когда Леомир оказался полностью одет, он вернулся в гардеробную и решил использовать свои дары в полную силу. И тогда он увидел её глаза — большие, тёмные, полные дерзкого вызова. Ведьма, раздвинув одежду в сторону, вышла ему навстречу, с торжествующей улыбкой на лице. Её уверенность и сила были столь ощутимы, что где-то глубоко внутри Леомир не мог не восхититься ею.

Осознав свой очередной прокол, Леомир тут же подавил эту эмоцию. Он никогда не будет восхищаться ведьмами — это существа, лишённые человечности, нечисть, которую нужно истреблять! Но сейчас его тактика поведения должна несколько измениться.

— Пойдём со мной, — властно произнёс он.

Тёмные брови ведьмы изумлённо приподнялись.

— Опять в темницу? — нагло уточнила она. — А если я откажусь?

— Нам нужно поговорить, — ответил Леомир холодно, развернулся и направился к выходу, намеренно подставив ей беззащитную спину. Он хотел показать, что не боится её, не считает достойной соперницей. В глубине души он ожидал нападения — удара или другого коварного приёма. Но ничего подобного не произошло. Ведьма молча пошла за ним. Это даже удивило.

Когда они вошли в его спальню, она тяжело вздохнула и неожиданно бросила:

— Эй, может, ты наконец покормишь девушку? Или о гостеприимстве здесь не слышали?

Леомир указал ведьме на место напротив. Она прищурено глядела ему в лицо, словно пытаясь понять, шутит ли он. Убедившись, что не шутит, медленно присела в кресло.

Тут же её внимание переключилось на еду, и она едва ли не облизнулась, чем вызвала у инквизитора приступ откровенного отвращения.

Леомир медленно присел на своё место, скрепился и продолжил есть. Ведьма же схватила чистую тарелку и начала совершенно бесцеремонно и неизящно накладывать себе по ложке каждого из стоящих на столе блюд. Когда же она потянулась к корзинке с овощами, инквизитор напрягся.

Там среди помидоров, перцев и солёных огурчиков лежала очищенная головка чеснока. Всем было известно, что ведьмы на дух не переносят чеснок. При соприкосновении с ним их кожа покрывается волдырями, а иллюзия может слететь с лица. Именно при помощи чеснока святые отцы прошлого рекомендовали выявлять нечисть. Существовало очень много рецептов для такого таинства.

Во-первых, можно было натереть чесноком лицо ведьмы. Если её корёжило от боли, значит, она была связана с колдовством. Конечно, иллюзии от этого слетали всё-таки редко. Но в остальном чеснок считался очень удобным способом для выявления подобных тварей.

Ведьма пробежалась пальцами по парочке помидоров, словно не решаясь выбрать один из них. До чеснока оставалось всего ничего, и инквизитор весь аж подался вперёд, желая понаблюдать за тем, что будет происходить дальше. И вот пальцы её коснулись пахучего овоща. Леомир задержал дыхание, но ведьма лишь бесцеремонно отодвинула чеснок в сторону, чтобы схватить самый большой огурец. После этого она преспокойно сунула хрустящий овощ в рот и с удовольствием откинулась в кресле.

Их взгляды встретились. Глаза инквизитора пылали раздражением и непониманием. Ведьма удивлённо заломила тёмную бровь. Брови у неё, конечно, были выдающиеся. Тонкие, изящные, дерзкие. Таких бровей в реальности не существует.

Инквизитор сжал пальцы в кулак свободной руки и принялся есть. Вывод был сделан. Эта ведьма действительно очень сильна. Крайне редкостный экземпляр! Безумная магия заключена в этом, наверняка тысячелетнем теле. Так почему же она ещё здесь и не сбежала? Неужели магическая печать всё же сдерживает её порывы?

На удивление, Леомиру действительно стало любопытно получить ответы на эти вопросы. Не потому, что он, подобно наставнику, хотел исследовать ведьм. Нет. Скорее ему хотелось понять, где у него самого находятся слабые места.

Через полчаса ведьма наелась: блаженное выражение её лица, полузакрытые веки и расслабленное тело выдали это. Она сидела в его кресле так, как будто была дорогой гостей. Какая самоуверенность!

Леомир тоже сидел, но отнюдь не расслаблено. Внутри него горело адское пламя жгучего отвращения и ненависти, но он давно уже научился владеть собой, когда этого требовали обстоятельства. Ему хотелось задать ей немало вопросов, но он прекрасно знал натуру подобных неодоженщин. Они никогда не отвечали прямо, были лукавы, хитры, дерзки, насмешливы, разговаривать с такими обычно было бесполезно. Так что же с ней делать? Отправить обратно в темницу? Но она выскользнет оттуда с такой же лёгкостью, как и сейчас. Оставалось только… оставить это существо в собственной спальне, хотя бы просто потому, что магический фон здесь самый мощный во всём поместье.