Да, Леомир перетерпит, он терпел и не такое. К тому же он слышал о том, что когда ведьмы засыпают, с них слетает иллюзия, и чему-то в нём вдруг захотелось посмотреть на то, как эта недоженщина выглядит в реальности. Возможно, инквизитора начали смущать подсознательные восхищение и любопытство, которые рождались в нём рядом с этой ведьмой. Увидев же её уродливое лицо, у него навсегда пропадёт охота испытывать к ней положительные эмоции…
* * *
— Спать будешь в том углу, — заявил инквизитор, поднимаясь на ноги. Ведьма была изумлена. Уставилась на него, потом посмотрела в тот угол и нахмурилась. Впервые не насмешливо произнесла:
— Серьезно? Можно не возвращаться в темницу?
Лицо Леомира осталось непроницаемым.
— Пока будешь здесь…
Уже через полчаса в том углу лежало несколько ковров, подушка и тонкое покрывало.
— Да, — пробормотала ведьма. — Постелил, как собаке…
Инквизитор прекрасно услышал ее слова, но никак не отреагировал, а только жестом приказал идти в тот угол…
Ведьма не стала противиться, ушла в указанном направлении, прилегла на ковер, поправила подушку и покорно закрыла глаза. Леомир нахмурился. Такая покорность вызывала подозрения. Ладно, он может сделать кое-что, чтобы проверить её потенциал…
* * *
Я наблюдала за инквизитором из-под полуоткрытых век. Ковры были мягкими, подушка ароматной, покрывало, которым я укрылась, приятным на ощупь. А это чудовище расставляло вокруг меня целую ограду из горящих свечей — толстых, с моё запястье, пахнущих хвоей и травами. Всё это напоминало какой-то тёмный ритуал. Я же пыталась понять, уж не в жертву ли он собрался меня приносить.
Периодически я ловила на себе взгляд инквизитора — тёмный, суровый, напряжённый. Вот не понимаю его ни капли! То убить грозился, то в темницу. Теперь не ринулся со мной в поединок, а накормил и уложил в углу, как будущую жертву. Пора ли паниковать? Нет. Я сыта, полна сил. Символ выручит, если что. Уйду в другое измерение по-быстрому, и дело с концом.
Я сейчас в выигрышной ситуации. И всё же мне любопытно, чего он добивается. Размышляя в этом русле, я даже не заметила, как уснула. Это, конечно же, было очень беспечно, но уж больно вкусный был обед. А я так устала…
* * *
Инквизитор установил вокруг пленницы магический барьер, усиленный заговоренными свечами. Ни одна ведьма не могла бы переступить через подобный, не причинив себе вреда. Разве что Кассандра прорвала бы, сумев перетерпеть связанные с этим муки. Насколько же сильна эта ведьма, и смогла бы она преодолеть магическое ограждение, в которое Леомир вложил очень много сил?
И вдруг, к его огромному удивлению, ведьма уснула. Её грудь начала размеренно вздыматься, алые губы приоткрылись, по лицу разлилось блаженное, умиротворённое выражение.
Сердца инквизитора странно дёрнулось в груди. Он почти не дышал, стоя неподалёку минуту, две, пять, десять, двадцать. Трепетно ждал преображения, чтобы увидеть истинный облик этого монстра, но ничего не происходило. Более того, ведьма выглядела такой юной, беззащитной и красивой, что инквизитор начал беспокоиться.
Или он поработил саму матерь демонов, или же с ним что-то не так. Его знания устарели? Ведьмы перестали терять иллюзию во время сна? Могут ли обуревающие его чувства быть следствием её колдовства? Да, вполне. Она могла незаметно обратить против него свои чары, чтобы соблазнить, как обычного мужчину.
Но нет! Леомир на такое не пойдёт. Одна только мысль об этом вызывает у него тошноту. Однако всякий раз, когда он смотрел на эту недоженщину, то не мог не отметить, что в её лживой беззащитности кроется какая-то удивительная красота, достойная кисти художника или пера поэта…
Похоже, это испытание становится слишком серьёзным!
Леомир поспешно отвернулся и отошёл к окну. Взглянул на закат и тяжело выдохнул. Что происходит? Почему внутри него разгорается всё большее желание разузнать, что из себя представляет эта падшая женщина?
Пределы её силы, способности, связь с Кассандрой — всё это будоражило его сознание всё сильнее и сильнее. Более того, ему вдруг отчаянно захотелось узнать её имя, ведь имя тоже многое могло сказать о человеке.
Стоп, что-то здесь не то. А что, если наставник заставил его иметь дело с ведьмой только для того, чтобы его чему-то научить? Эта мысль пронзила, словно молния. А ведь точно! Его преосвященство Альдерик на то и наставник, чтобы видеть в ученике недостающее!
Да, именно так! Эта ведьма уже помогла открыть внутри Леомира массу его слабых сторон, потому что ни один уважающий себя инквизитор не будет испытывать по отношению к колдунье ничего, кроме ненависти. А значит, ему есть над чем работать.
Улыбка облегчения скользнула по красивым губам инквизитора. Да, он не убьет ведьму, по крайней мере, сейчас. Она — инструмент для его духовного роста. Что ж, хорошо, он приобщит её к своему расследованию, но только для того, чтобы открыть еще большие грани своего великого служения…
* * *
Спала я сладко, на удивление.
Умиротворение наполняло душу, словно злой рок уже не висел над моей жизнью Дамокловым мечом…
Мне снился инквизитор… в обнаженном виде. На этот раз удалось его прекрасно рассмотреть. А он хорош! Как картинка. И почему гадкие засранцы всегда такие привлекательные?
Лукавая улыбка сама скользнула по губам. Интересно, а возможно ли такого соблазнить?
Обычно я не занималась такими вещами в реальности. Всю свою нерастраченную энергию я выплескивала в спорте. Но во сне, говорят, вскрывается наше истинное нутро…
Глава 10
Драма и раскрытие
Я проснулась от того, что выспалась. Блаженное ощущение тепла, силы и крепости разливалось по телу. Не открывая глаз, потянулась и блаженно улыбнулась. Давно не чувствовала себя так хорошо.
Однако странное ощущение, что что-то не так, заставило резко открыть глаза. Высоченный потолок с лепниной по периметру… У меня в квартире таких не было!
Резко присела, лихорадочно оглядываясь.
— Блин, я всё ещё в другом мире, — пробормотала с досадой.
Это было большое разочарование. Я огляделась, вспоминая, где нахожусь. Ну да, после темницы — комната инквизитора, угол, в который он меня отправил. Десятки свечей, большая часть из которых уже потухла….
Однако спальня оказалась пуста. Самого блондинистого монстра видно не было. Его кровать была аккуратно заправлена, повсюду царил абсолютный порядок.
Я разжала руку и потёрла ладонь. Символ тут же приветливо вспыхнул, как будто, как и я, только что проснулся.
Ладно, кажется, пора выбираться. Не сидеть же, как собака, в углу. Кто знает, что сегодня придёт в голову инквизитору? Вчера накормил, а сегодня может и сам съесть.
С лёгкостью сосредоточилась на символе и мгновенно ощутила, что возможность перехода открыта. Улыбнувшись, смело шагнула в стену. Она поглотила меня с небывалой лёгкостью, и я почувствовала невероятную свободу. Да, я могу уйти прямо сейчас. Кажется, что сил стало в десять раз больше. Так и сделаю!
Хотя было бы неплохо прихватить немного денег, чтобы не голодать. И обувь. Это ведь не будет воровством. Инквизитор мне должен за все эти дни мучений, на которые обрёк.
Оказавшись в коридоре, я начала блуждать по поместью. Деньги, скорее всего, хранятся в кабинете. Прикинув примерное направление — ведь я уже не раз проходила здесь — направилась туда. Кабинет был неподалёку.
Я нырнула внутрь, но запоздало вспомнила, что Леомир весьма чувствителен даже к моему невидимому присутствию. Надо вести себя очень тихо.
Однако, как только оказалась в комнате, то застыла на месте, увидев, что инквизитор здесь не один. Он стоял у окна, отвернувшись и сцепив руки за спиной. Его спина была настолько ровной, что я почему-то подумала о королевском величии. Аж самой захотелось стать ровнее и опустить руки по швам.
