— Он… болен? — спросил он с лёгким беспокойством.

Служитель замялся, словно подбирая слова, и наконец произнёс:

— Нет, господин Адельрик отдыхает.

Леомир недовольно выдохнул и сделал шаг назад. Его лицо было задумчивым, взгляд устремлён в землю. Мне же ситуация казалась подозрительной. Интуиция кричала о том, что здесь что-то нечисто.

Я огляделась, убедилась, что никто за нами не наблюдает, и осторожно схватила Леомира за руку. Наклонившись к его уху, прошептала:

— У меня есть идея, как попасть к твоему наставнику, минуя стражей.

Он удивлённо поднял на меня взгляд, затем его лицо омрачилось сомнением.

— Правда? — протянул он, глядя мне в глаза. — И что ты предлагаешь?

— Ты доверяешь мне? — спросила я, хитро улыбнувшись.

Он некоторое время молчал, потом, явно борясь с собой, медленно кивнул:

— Хорошо, говори.

— Доверься мне, и ты увидишь, — ответила я, загадочно улыбаясь…

Магия символа разлилась тёплым сиянием по моей руке, вызывая давно забытое, но такое приятное ощущение силы. Пространство вокруг будто начало мерцать, и, коснувшись стены забора, я ощутила, как он просто исчезает под моими пальцами. Материя словно растворилась, став податливой, как желе.

Я резко схватила Леомира за руку, чувствуя, как нити между нами натягиваются и начинают пульсировать светом. Он вскинул на меня удивлённый взгляд, но, прежде чем успел что-то сказать, я потянула его за собой.

— Что ты делаешь? — его голос прозвучал с беспокойством, но я лишь улыбнулась.

— Доверься мне, — повторила снова и протянула его руку к забору. — Посмотри сам.

Его пальцы прошли сквозь холодный металл, будто он был не настоящим, а иллюзией. Леомир резко отдёрнул руку и уставился на меня с недоумением.

— Ты… — начал он, но я прервала его.

— Помнишь, как в первые дни я могла проходить сквозь стены? — спросила я, весело глядя на него. Он кивнул, всё ещё пытаясь осознать происходящее.

— Так вот, я снова это могу. И это весело! — рассмеялась я, чувствуя, как сила и воодушевление наполняют каждую клеточку моего тела.

Мы шагнули сквозь забор, и я крепко держала руку Леомира, наслаждаясь ощущением его тёплой ладони в своей. Мы пересекли двор, оставаясь невидимыми для остальных. На душе было радостно и спокойно. Я чувствовала, что мы одно целое и что нам всё по плечу. Ах, если бы было всегда…

Когда мы подошли к толстой каменной стене здания, я повернулась к Леомиру:

— Готов?

Он кивнул, хотя несколько напряженно. Я тянула его за собой, и мы шагнули сквозь стену. В мгновение ока оказались внутри помещения, где было тихо и темно. А еще холодно. Я вздрогнула…

Леомир вдруг остановился, его лицо стало серьёзным. Сомнения заставили появиться морщине на переносице.

— Елена, — тихо начал он, — это… всё-таки неправильно. Мы врываемся без разрешения. Адельрик всегда заботился обо мне, и я не могу нарушать его покой. Лишь бы только он не был болен. Но в целом… нам лучше уйти.

Я закатила глаза и сжала его руку крепче.

— Не волнуйся, — ответила шепотом. — Если он в порядке, мы просто не будем показываться ему на глаза. Ты сам всё увидишь.

Леомир напряжённо кивнул, соглашаясь с таким планом. Мы двинулись дальше, переходя из одной комнаты в другую, пока не оказались в спальне наставника. Комната была пустой, кровать аккуратно застелена, повсюду царил порядок.

— Где он? — пробормотал Леомир, оглядываясь.

Вдруг мы услышали женский смех и плеск воды. Леомир напрягся, его глаза расширились, а брови нахмурились.

— Что это? — тихо спросил он, явно не веря своим ушам.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Всё было ясно как день.

— Думаю, сейчас ты сам всё увидишь, — сухо ответила я, потянув его за собой на звук.

Мы прошли ещё через три стены, пока не оказались у небольшой купальни. Пространство озарял мягкий свет, отражающийся от воды, а в центре купальни с весёлым смехом плескался полуобнажённый Адельрик, окружённый тремя красотками в соблазнительных платьях, промокших до прозрачности.

Даже мне, ожидавшей чего-то подобного, стало весьма не по себе. Украдкой взглянула на Леомира. Его лицо побледнело, глаза расширились от шока, а челюсть буквально отвисла. Он казался настолько потрясённым, что на мгновение пошатнулся, пытаясь схватиться за стену для опоры, но схватился за меня.

— Что… что это? — прошептал он, не в силах отвести взгляд от происходящего.

Боль на лице Леомира была невыносимой. Я видела, как его руки сжимаются в кулаки. Он был слишком потрясен. Сердце мое сжалось, и я не удержалась — шагнула к нему и прижалась к его руке, заглядывая в глаза.

— Лучше знать горькую правду, чем жить во власти сладкой лжи, — прошептала я.

Леомир, казалось, не сразу услышал мои слова, но затем его взгляд медленно нашел меня. Его глаза горели смесью отчаяния и гнева, в них отражалась буря, которая бушевала внутри.

— Ты знала? — его голос прозвучал хрипло, надломлено.

Я ощутила, как его тело напряглось до предела, и покачала головой.

— Нет, — честно ответила я. — Но догадывалась. Леомир… ты должен поразмыслить и взвесить, чему верить в своей дальнейшей жизни.

Его руки дрогнули, а потом сжались так сильно, что побелели костяшки пальцев. Лицо исказилось глубоким отчаянием. Я почувствовала, как он качнулся, словно собираясь рвануть вперед и изобличить своего лживого наставника, но я схватила его за запястье, заставляя остановиться.

— Не нужно… — произнесла твердо, смотря на Леомира умоляющим взглядом. — Даже если ты выплеснешь своё негодование ему в лицо, он не изменится. А вот тебе это принесёт только беды. Нам везде будет закрыта дорога, Леомир. Тебя начнут преследовать. Поэтому остановись.

Он замер, борясь с собой. Его дыхание стало глубоким и тяжёлым. Я чуть сильнее сжала его запястье, чтобы удержать от необдуманного поступка.

— Очевидно, что Селина ничего не добьётся своими жалобами на нас, — добавила осторожно. — Адельрику глубоко наплевать на то, чем ты занят. Зато мы сможем спокойно передвигаться по городу, если решим закончить некоторые дела.

Леомир нехотя выдохнул и отступил. Я видела, с каким трудом далось ему это решение, но он всё-таки согласился. Его плечи поникли, а взгляд потух.

Я осторожно подняла руку и коснулась его щеки. Кожа Леомира была горячей. От моего прикосновения он вздрогнул.

— Он не стоит твоего гнева, — прошептала с чувством, заглядывая в его бездонные синие глаза, которые были так мне дороги. — Выкинь этого лживого человека из своего сердца…

Взгляд Леомира изменился. Тоска в его глазах уступила место простой, чистой печали. Он медленно поднял руку и накрыл мою ладонь своей.

— Ты мой свет, — прошептал едва слышно, и его губы дрогнули в печальной, но искренней улыбке. — Давай уйдём. Я больше не желаю его видеть.

Мы молча покинули резиденцию. Через двор прошли незамеченными, будто тени, и забор снова поддался магии символа. Когда оказались за пределами храмового комплекса, я отпустила его руку и вернула нас в обычный мир. Небо над городом начинало темнеть, предвещая закат…

Ветер, прохладный и бодрящий, взметнул золотистые волосы Леомира, и они заиграли в лучах заходящего солнца. Он остановился, посмотрел на меня и вдруг заговорил:

— Ты не против, если я отвезу тебя в трактир, а сам… побуду немного один?

Его голос прозвучал умоляюще. Да, Леомир отчаянно нуждался в уединении.

Мне совсем не хотелось расставаться, но я понимала, что ему нужно это время, чтобы разобраться в себе. Нехотя кивнула.

— Хорошо, — ответила мягко, стараясь скрыть своё разочарование.

Он подошёл ближе, и его руки крепко, но осторожно сомкнулись вокруг моей талии. Я чувствовала тепло его ладоней даже сквозь ткань плаща. На мгновение я подняла взгляд и встретилась с его глазами. Они всё ещё горели тоской, но в них мелькнуло что-то ещё… что-то тёплое и нежное.