Джуд снял шапку и провёл рукой по волосам.

— Господи.

— Если узнаете хоть что-то — звоните.

И они уехали, сели в машину и скрылись за деревьями.

Я положил руку Джуду на плечо, заставив его вздрогнуть.

— Пошли в дом, тут холодно.

Я провёл его в гостиную и мягко усадил на джинсово-синий диван. Рипли тут же устроилась рядом, прижавшись к нему, пытаясь его успокоить.

— Ты в порядке?

Он смотрел в одну точку, с разжатой челюстью.

— Она сказала, что её зовут Эми.

— Ты встретил её тогда, в Лосе?

Он покачал головой.

— Нет. Мы познакомились в додзё в прошлом году.

— В додзё?

Он погладил Рипли по голове, всё ещё в шоке.

— Да. У меня коричневый пояс. Я уже несколько лет занимаюсь боевыми искусствами.

Вот это новость. Хотя, в духе Джуда — втихаря увлечься чем-то до фанатизма и никому не рассказать.

— Ребята знают? Дебби?

Он снова покачал головой.

— Только Ноа.

Конечно.

— Он у тебя экстрасенс? Вы телепатически общаетесь?

Он злобно зыркнул на меня.

— Нет, придурок. По телефону. Ну, по переписке. Терпеть не могу звонить.

— И ты познакомился с ней там?

— Ага. Сенсей раз в месяц проводит бесплатные занятия по самообороне. Иногда я помогаю. Она пришла, сказала, что зовут Эми, мы пообщались. Она была красивая, милая, и всё.

— И потом?

— Через месяц я увидел её в Лосе. Я тогда играл, а после мы поговорили, и всё закрутилось.

— У тебя с ней была интрижка на одну ночь.

Он метнул в меня взгляд, поправляя очки на носу.

— Мне тридцать два, я свободен. Имею право водить девушек домой. А ты просто занудствуешь теперь, когда у тебя есть жена.

— Прости.

Я пожал плечами. Может, и занудствовал. Но мне, честно говоря, это даже нравилось. Быть женатым — отличная штука.

— Она была потрясающей. Я бы с удовольствием увиделся с ней снова, но она ушла, пока я спал, и не оставила даже номера. — Он опустил голову в ладони. — А теперь она пропала.

Я похлопал его по спине.

— Этим уже занимаются федералы. И, возможно, её исчезновение никак не связано с её братом. Может, просто недоразумение.

Он поднял глаза, в которых пылали тёмно-синие огоньки.

— Это всё связано. И всё снова упирается в нашего чёртового отца.

Чёрт. Мы так никогда и не выберемся. Всю жизнь нам придётся жить под тенью преступлений отца. Он уже больше года за решёткой, а кошмары продолжаются.

Сидя рядом с Джудом, я закрыл глаза и вновь прокрутил в голове каждый момент нашей встречи с Паркер Ганьон. Она верила, что я могу помочь. А я… могу ли? Или она зря на меня надеется?

Deimos Industries. Деловые связи, счета, переводы. Мысли прыгали от одной к другой, возвращались назад.

Когда я вышел от Джуда, то сразу направился в город. Я обещал внести свою лепту, но до сих пор слишком отвлекался, чтобы заняться этим всерьёз.

Это не закончится, пока мы сами не положим конец. Сколько лет уже федералы бродят вокруг да около? А начальник Соуза — пустое место. Из года в год наш городок был в опасности. Мы жили бок о бок с преступниками. Отец взял на себя всю вину, но явно был лишь частью чего-то большего.

Моей семье нужна защита. Моим братьям, их жёнам, племяннице и племяннику. И Вилле. Одна мысль о том, что она может оказаться втянутой во всё это, выворачивала меня наизнанку. Это должно закончиться. И Паркер — наш лучший шанс.

Пусть мой вклад и не самый значительный, но я обязан что-то сделать. Мне нужно было разобраться в этом дерьме.

Коул

— Рад тебя видеть, сынок. — Улыбка мэра ослепляла белизной — почти такой же белой, как его волосы.

Я пожал ему руку и ответил непринуждённой улыбкой.

— Значит, ты обдумал моё предложение? — приподнял он бровь. — Присоединиться к моей команде?

Если честно, я даже не думал об этом. Но сейчас признаваться в этом было не лучшей идеей.

— Думаю над этим, сэр, — твёрдо ответил я. — Я планирую вернуться к учёбе, нужно сначала расставить приоритеты. Но я с радостью пока останусь волонтёром.

Он кивнул, заметно расстроенный тем, что я не бросился с распростёртыми объятиями на его предложение.

— На самом деле я сегодня по делам, — добавил я. — Арлин из библиотеки отлично проявила себя в роли финансового координатора фестиваля. Мы с ней сейчас выстраиваем стратегию по поиску партнёров и спонсоров.

Это его сразу воодушевило. Нет ничего дороже для политика, чем деньги, особенно если они достаются бесплатно.

— Конечно, конечно. Очень разумно. Отличную работу делаешь, парень. — Но как только речь зашла о конкретике, его интерес начал угасать. Мэр Ламберт был вполне себе ничего человек, и ему действительно нравилось быть мэром. Вот только бумажная волокита, бюджеты и местные постановления — не его стихия. Всё это тянул его помощник Маркус, не получая за это ни грамма признания.

— Обратись к Маркусу. Он всё устроит.

Я кивнул и направился в открытую зону, где были расставлены рабочие столы администрации. Маркус был где-то за сорок, дома у него росли близнецы-тоддлеры, и по нему было видно, как вымотан он этим. В прошлом году он уже выдал мне логин к системе муниципального архива и с тех пор предпочитал не вмешиваться.

Увидев меня, он коротко кивнул и вернулся к своим таблицам. Я взял лишний стул и открыл ноутбук.

Муниципалитет как раз был в процессе оцифровки данных. Многое ещё хранилось в бумажном виде, и чтобы не вызвать подозрений, я решил устроиться поудобнее и притвориться, что работаю над финансовыми отчётами фестиваля.

Я начал с прошлогодних спонсоров, подрядчиков и контактов. К счастью, мы с Арлин тогда вели приличную документацию. Но результаты были нулевые. Пришлось признать, что без архива не обойтись.

Я тихо проскользнул в просторное помещение и постарался восстановить маршрут, по которому шёл весной, когда поднимал документы по прошлым мероприятиям. Начал с них. Но после нескольких часов копания ничего, связанного с Deimos, я так и не нашёл, и раздражение росло с каждой минутой.

Может, мне всё это привиделось? Я уже начал сомневаться в собственной памяти. Где я видел это имя и почему оно застряло в голове?

Чтобы развеяться, я убрал просмотренную коробку на место и отправился в новое кафе. Кофеиновый лось выглядел так, будто случайно перепутал город и должен был открыться где-то в более модном месте, чем Лавелл, но это не мешало мне влюбиться в их фирменный кофе, сэндвичи и выпечку. Лайла подсадила меня на это дело ещё в прошлом году, когда я восстанавливался после операции. Время от времени она приносила мне латте с овсяным молоком и мёдом, как какая-нибудь фея кофейных благ. Мы уже тогда были в разрыве, но она всё равно приходила — беспокоилась обо мне.

Я поморщился, вспоминая, как я тогда с ней разговаривал. Как игнорировал её ещё задолго до этого. Как не ценил её заботу и щедрость на протяжении всех тех лет.

Отпив глоток, я ощутил, как внутри поднимается волна стыда. Я был отвратительным парнем для Лайлы. Эгоистом. Постоянно в своих мыслях, не обращающим внимания на её желания.

Чёрт, как же трудно было это осознать. Мы с доктором Глисон обсуждали это, конечно, но вот только сейчас, сидя за крохотным столиком с возмутительно вкусным латте в руках, до меня дошло, насколько сильно я её подвёл.

Не потому, что всё ещё любил её. А потому, что она была замечательным человеком, и я причинил ей боль.

Сделаю ли я то же самое с Виллой? Желудок сжался. Я любил её. Знал это каждой клеткой. Хотел быть для неё всем — опорой, другом, любимым. Но способен ли я на это, учитывая весь мой послужной список?

Всё это время я жил в пузыре, убеждая себя, что случайная свадьба в Вегасе может перерасти в настоящий, крепкий брак. Но чашка кофе в моей руке намекала на обратное. Я уже однажды разрушил жизнь чудесной женщине. И мысль о том, что могу причинить боль Вилле, ударила, как под дых.