— Тогда прощаемся? На княжий пир через три дня ты ведь ты точно не явишься.

«Нет. Но это будет идеальный момент, чтобы вытащить Серенького.»

— Передай остальным, что мне жаль, но возникла очень серьёзная ситуация, требующая моего вмешательства. Не знаю, когда освобожусь.

— Хорошо, — печально кивнула Голуба.

Когда Мирослав уже отошёл от постоялого двора, его нагнал наставник Зубр.

— Погоди, у меня для тебя кое-что есть.

Мужчина протянул ему небольшой свёрток. Внутри оказался медальон выпускника и документ подтверждающий это.

— Знал, что ты решишь опять сбежать куда-то, так что попросил ректора в качестве исключения сделать всё без церемонии вручения.

Мирослав широко улыбнулся.

— Спасибо, наставник.

— Береги себя, Дарён. Доброгнев любит присказку одну. Как там…

— Наиболее ярко горящие свечи сгорают первыми?

— Да, судя по всему, он тебе её уже говорил, — кивнул Зубр, — И это сущая правда.

— Я знаю, — кивнул Мирослав, — Но спасибо вам. За всё.

Зубр привычно схватил его в свои мощные лапищи и стиснул в объятьях. На этот раз юноша даже не протестовал.

Три дня до пира.

Оставшееся время Мирослав потратил на подготовку. Он снял все деньги, что у него были и потратил большую часть на то, чтобы пополнить свои запасы, выменял в аукционном доме средненькое волшебное копьё в обмен на трофейную дубину, а после отправился в Бориславль под личиной, что ему подготовил Велимудр.

Первым делом он встретился с Юдой на постоялом дворе. Та повисла у него на шее и уткнулась носом в грудь.

— Хозяяяяин… Он же не умрёт там из-за меня?

— Успокойся, раз он жив, то мы его вытащим. Но для начала нужно тебя замаскировать. У тебя слишком уж примечательная внешность.

Спустя час с постоялого двора вышли полноватый седой алхимик с лицом, усеянным морщинами, и загорелая брюнетка из полян. Первым делом она показала ему место, куда утащили Серенького.

— Как я и думал. Княжеские владения.

— Охраны тут относительно мало. Да и многие из них слабаки, которые мне не ровня. Но у меня возникает тревожное чувство, когда я приближаюсь к этому месту. Не знаю, как объяснить.

Мирослав выбрал место, где случайные прохожие не обратят на них внимание, и достал окуляр. Техника взора, усиленная с его помощью, раскрыла ему множество новых деталей. Внутри было несколько контуров сигнальных оберегов, исполненных по методам древичей, а от башенки в центре поместья тянулись нити живы, сплетающиеся в сеть, накрывающую целый город. И чем ближе, тем плотнее она становилась. Под землёй же клубились вихри и облака живы, словно бы там проводились какие-то ритуалы.

— Да уж. Всё больше убеждаюсь, что упоминания ведьмы были правдивы. Твоё чутьё тебя не подводит, Юда. Если проникнуть туда без подготовки, то тебя обнаружат почти моментально.

— Тогда какой у нас план?

— Я думаю, что смогу создать метод сокрытия. Но этого будет мало. Надо навестить пару человек.

Первым делом они направились к Ждану. Того дома не оказалось, так что пришлось прогуляться до рыночной площади. Мирослав подождал, пока у того кончатся покупатели, и подошёл.

— Чего изволите?

— Побеседовать нам с тобой надо, торговец. Наедине.

— Не могу я товары бросить и уйти. Так что вечерком приходите, как торговля кончится.

— Неужто торговля важнее, чем твои делишки в том лесу? — спросил Мирослав.

Ждан побледнел.

— Я… Откуда вы…

— Ты моему ученику задолжал за спасение своей жизни. Так что не заставляй меня повторять свою просьбу.

— Хорошо-хорошо. Только не говорите так громко об этом! Не ровен час, услышит ещё кто!

Ждан поспешно спаковал товары, и они отправились на постоялый двор, где остановился Мирослав. Там без лишних глаз юноша вернулся к теме, которую поднял.

— Итак, Ждан…

— Я клянусь, что ничего дурного не сделал! — тут же принялся лебезить торговец, — Я даже не знал, что там за ужас творятся! Не выдавайте меня страже! Я что угодно сделаю!

— И чего б тебя тащили сюда, если бы посадить в темницу хотели? — фыркнула Юда.

— Ждан. Я пришёл взыскать с тебя долг, а не разрушить твою жизнь.

— Хорошо! Я заплачу! Сколько скажете, заплачу!

— Мне не нужны деньги, — покачал головой юноша, — Ты для меня кое-что сделаешь, и мы будем в рассчёте.

— Я убивать никого не буду! — тут же заартачился торговец.

— Помолчи и послушай, — сказал Мирослав, — Слишком много болтаешь.

— Ладно… — потупился Ждан.

— Через два дня в поместье у князя будет пир. Купи к этому моменту несколько бочонков приличного алкоголя и вечером, когда праздник уже будет в самом разгаре, подари страже поместья. Наболтай о том, как несправедливо, что их заставляют работать, пока власть имущие вкушают радости жизни. На этом твой долг будет уплачен.

— И всё? — с недоверием переспросил Ждан.

— И всё, — кивнул Мирослав, — А что, хотел, чтобы я твоего первенца попросил или ещё что?

— Да первенца хоть щас забирайте, здоровый лоб уже, а ума нет, — рассмеялся мужчина, — Может, хоть научится чему путному.

Юноша улыбнулся.

«Теперь задачка потруднее.»

Найти того тощего проходимца оказалось сложнее. Но, в конце концов, всё же удалось, причём самым неожиданным образом.

— Охо-хо, а что такая милашка делает со столь дряхлым стариком? — коренастый вынырнул из переулка, расплывшись в похабной улыбочке, — Может, лучше с нами прогуляешься?

Его щуплый товарищ вышел следом.

— А может, я лучше тебе голову оторву и собакам скормлю? — очаровательно улыбнулась Юда.

— Ну я бы посмотрел как ты…

Тот не закончил фразу, поскольку Мирослав в одно движение сократил дистанцию и сложил его пополам ударом под дых. Да так сильно, что бандит кубарем вкатился обратно в подворотню.

— Ну-ну! Что за молодёжь такая грубая пошла?

— Ты что дед помереть надумал? — щуплый тут же принял боевую стойку.

Мирослав же поднял руки вверх в миролюбивом жесте.

— Спокойно. Я просто поучил твоего товарища манерам. Ничего ему не сделается, скоро оклемается. Я от того юноши, который у тебя билеты покупал. По делу.

— Ааа, — щуплый слегка расслабился, — Ну коли так, то звиняйте, недоразуменьице вышло. Так чего надобно?

— Вы, говорят, Дарёна сильно не любите.

— Да кто ж его любит?

— И то верно. Не хотите ему подгадить и заодно лёгких деньжат заработать?

— Хочу, конечно. Ещё бы не хотеть.

— Слыхали, что послезавтра пир у князя будет, где, в частности, этого негодяя чествовать будут?

— Есть такое, — щуплый сплюнул и презрительно скривился, — Всяким выродкам всё, а нам крохи достаются в жизни. Разве это справедливо?

— Вот-вот. Чтобы ему подпортить триумф — приходите к княжескому поместью вечером и требуйте правосудия. Мол, убивец он и злодей!

— Так там стража. Нас сразу и прогонят.

— Об этом я позабочусь. Вы, главное, свою часть сделайте.

Мирослав достал из кошеля увесистый мешочек с золотом.

— Если не струсите, то после всего дам вдвое больше.

Глаза щуплого вспыхнули жадностью, и он потянулся к мешочку, но Мирослав ловко отдёрнул его.

— Но! Ежели не явитесь, я эти деньги наёмникам заплачу, чтобы нашли вас и переломали вам ноги. Ясно?

— Да спокойно, дед, — проходимец сцапал мешочек и спрятал себе за пазуху, — Мы, может, и не самые честные ребята, но у нас тоже есть принципы. Всё будет в лучшем виде. Есть у меня знакомые — профессиональные жалобщики. Вся округа рыдать будет от того, как их обессудил этот поганый Дарён. Тем более, что у них на него тоже зуб.

«А это не те ли, которых подослали мне репутацию испортить, когда гильдия начала продавать мои товары? Как тесен мир.»

— Вот только тебе-то он что сделал, что ты ради такого пустяка готов столько деньжищ потратить? — спросил щуплый.