— Ну что же, слушай…

Юда проснулась спустя несколько часов, и дальше уже они ехали на лошадях. Девушка не проронила ни слова, хмуро глядя в даль.

— Пожалуй, тут мы с вами и попрощаемся, — сказал Мирослав, сверившись с картой.

— Тут я бы возразил, — сказал Креслав, — Лучше подождать, пока я восстановлю силы и смогу тебя донести до подгорных земель. Князь знает, что ты жив, а значит, тебя будут искать, пусть и не так открыто. Тем более, раз уж он в сговоре с ведьмой, какие там средства поиска доступны даже представить сложно.

— Это… Разумно, — кивнул Мирослав, — Юда, могу я тебя кое о чём попросить.

— Ну попроси… — буркнула девушка.

— Присмотри за Креславом, пусть он уже и научился владеть своими силами, но принять свою новую природу не так уж и легко. Поможешь ему?

— Я и без тебя ему помогла бы… — всё так же ворчливо ответила Юда.

Они устроились на ночлег на укромной лесной полянке, чтобы не привлекать внимание случайных путников. Мирослав расставил сигнальные обереги и наконец смог немного расслабиться. Он уснул почти мгновенно, поскольку телу требовался отдых, чтобы восстановить силы. Но сон его не был спокойным. Один за другим юношу постигали кошмарные видения искажённых событий прошлого. Его ошибки обращались трагедией и кровопролитием. Он раз за разом погибал, не достигнув успеха, а мир погружался в хаос. Вся эта ответственность обратилась в тяжеленный камень, который того и гляди грозился раздавить юношу.

— Какое тщеславие, — раздался ехидный голос, который был его собственным, — Великий Пересвет искренне верит в то, что, кроме него, некому спасти мир от Змея?

— Герои не перекладывают ответственность на других, — ответил ему второй, который он давным-давно не слышал.

Взгляд юноши сфокусировался, и перед ним предстали Мирослав и Пересвет.

— Ты, кроме героизма, ничего в жизни и не знаешь, — возразил ему молодой богатырь, — Хоть раз задумывался какова его цена?

— Правильные поступки нужно делать, а не думать о них, — ответил ему взрослый богатырь.

— Вот потому ты и мёртв, — отмахнулся Мирослав, — Убит собственными друзьями. Потому что за правое дело боролся? Или потому что был слеп из-за собственного праведного сияния?

— А что ты? — указал на него Пересвет, — Только и делаешь, что лжёшь и кровь людскую проливаешь. Для этого тебе второй шанс дан? Так ты собираешься мир от Змея спасти?

«Противостояние моей тёмной и светлой стороны? Нет. Совсем не то…»

— Молчите оба, — устало выдохнул Мирослав-Пересвет, — Хватит с меня… Герой может приносить беды, эгоист может нести добро. От меня зависят лишь последствия собственных решений. Ни больше. Ни меньше. Вся эта тяжесть… Я создал её сам.

Он сбросил камень и расправил плечи.

— Я-прошлый и Я-настоящий оба наделали ошибок, но пока есть Я-будущий, чтобы извлечь урок и продолжить идти вперёд, ничего не кончено. Лишь бездействующий не ошибается. Но лишь через деяние лежит путь к совершенству. К бессмертию, которого я жажду. Каким бы ни был этот путь, я с него не сойду.

Мирослав проснулся, чувствуя лёгкость на душе, но всё такую же разбитость в теле. Он съел ещё несколько лепестков Цвета Мары и встал. Креслав всё ещё спал, а Юда сидела у угасающего костра, тыкая в него палкой.

— Уже? — спросила она.

— Что уже?

— Прощаться пора.

— Как хочешь. Можем подождать, пока Креслав проснётся. Мы ведь вместе в путь отправляемся.

— Нет уж. Я уйду до того. Передай, что буду ждать его в поместье.

— Хорошо, — кивнул юноша.

Юда встала, несколькими стремительными шагами сократила дистанцию и крепко обняла Мирослава.

— Спасибо, — прошептала она едва слышно, — За мои крылья. За свободу. За возможность испытать то, чего не ожидала. Я всё равно не прощу, что ты меня бросил, но спасибо!

Одержимая провела рукой ему по щеке и встала на цыпочки, коснувшись его губ своими. Юноша не стал отказывать ей в прощальном поцелуе. Но он оказался совсем не таким, как можно было ожидать от Юды. Вся её игривость и кокетство испарились, впервые оставив лишь вполне искреннее тепло. Их поцелуй был коротким и в некоторой степени даже целомудренным. Но вместе с тем в него оказалось вложено куда больше чувств, чем во весь её флирт с момента встречи.

— Жалею, что не сделала этого раньше, — прошептала Юда и вновь натянула игривую маску, пряча за ней тоску, — Хотя горько-сладкий вкус расставания делает этот момент особенным. Твой первый поцелуй в этой жизни, который достался именно мне! Теперь ты его никогда не забудешь!

— Тебя забыть невозможно, — улыбнулся Мирослав и подмигнул ей, — Удачи тебе и живи счастливо!

Юда отшагнула, отвесила ему полупоклон.

— Как прикажешь, хозяин, — и упорхнула прежде, чем он успел ей ответить.

Одержимая вскочила на коня, которого уже успела подготовить, а после умчалась прочь. Вскоре после этого проснулся Креслав.

— А где Юда?

— Сказала, что будет ждать тебя в поместье, — ответил Мирослав, — Кстати, а ты дорогу помнишь? Или лучше карту нарисовать?

— Помню, — кивнул Креслав, — Всё бытие волком я теперь помню отлично.

— Чудно. Тогда завтракать и в путь.

Наёмник кивнул, они сели у костра, Мирослав достал скатерть самобранку и они приступили к трапезе.

— Как же я тебе завидую… — вдруг сказал Креслав.

— Это почему же? — спросил Мирослав.

— То, как Юда на тебя смотрела… Она ведь готова была с тобой на край света пойти и умереть за тебя. Даже без этой вашей магической связи… Я бы за десятую долю этого всё отдал…

Волколак выглядел довольно несчастным.

«Не удивлюсь, если он и не спал перед её уходом…»

— Знаешь, что я тебе скажу? — хмыкнул юноша, — Сделай, чтобы это было так. Тебя никто не останавливает. Тем более, что меня рядом с ней больше не будет. Если она тебе действительно так приглянулась, то приложи все усилия, чтобы завоевать её сердце.

— Сказать-то легко, когда тебе всё даётся само… — вздохнул Креслав.

— Как я говорил одному из своих соучеников: если хочешь чего-то добиться, то делай, а если ищешь оправдания, почему не делаешь, то и забудь, — ответил ему Мирослав, — Не дословно. Но суть такая. Уже мог бы и понять, что никто не равен в нашем мире, но это не должно тебя останавливать. Борись за её сердце, если действительно этого жаждешь. Только тот, кто действует, достигает успеха.

— Светозар тоже так мыслил, а вон где закончил, — иронично усмехнулся Креслав, — Но это я так, для красного словца. Ты прав. Проиграл тот, кто опустил руки. Я не из таких! А теперь в путь!

Если бы кто-то, кроме Трёхликого Триглава, мог следить за ними, он нашёл бы сложившуюся картину символичной. Огромный серый волк-проводник несёт на себе богатыря, мчит подобно ветру, исчезает и возникает вновь, всё ближе приближая их к подгорным землям. Словно в былинных сказаниях, он везёт воителя из одного мира в другой. Но не из Яви в Навь, не из Нави к Калинову мосту, а из старой жизни в новую. Кончились приключения Мирослава в Бориславском Княжестве. Оборвались ниточки связей, что так долго налаживались. Закрылись двери, к которым ключики столько подбирались. Множество вопросов осталось без ответа. Но жизнь его на том не кончилась. Лишь начался новый её этап.

Иные земли. Иные люди. Иные угрозы.Тайны Змеиного Хребта ждут-дожидаются кого-то, кому достанет смелости погрузиться в них с головой. Интриги подгорных братств раскинулись плотными сетями, в которые невозможно не угодить. Но таков путь Мирослава-Пересвета к бессмертию и иного не дано.