— Какой же ты доставучий!

— Доставуууучий! — вторили ему мелкие грибы.

— Чего ты к нам полез?

— Полеееез!

— Проваливай! Мы тебя отпускаем!

— Провааааливай!

— Не удалось сожрать и теперь договариваться надумали? Нет уж.

— Тебе нас не убить!

— Не убиииить!

— Другие уже пытались! Сколько не режь, сколько не руби, сколько не ломай, сколько не жги, мы вернёмся! Мы повсюду!

— Повсююююду!

Мирослав нахмурился. Какая-то правота в словах монстра была. Так просто от него не избавиться, ведь истинное тело гриба огромно и скрывается в глубинах земли. Но это не значило, что он готов был вот так просто отступиться. Не после того, как эта тварь пыталась его сожрать. Не после того, как монстр посмел осквернить его память своими мерзкими видениями.

Он призвал котёл, поставил его на пол и сел рядом, после чего принялся извлекать из кошеля ингредиенты.

— Что ты задумал? Почему не уходишь? Если не уйдёшь, мы убьём, как и других!

«Похоже, особая природа монстра разом его сила и слабость. Теперь, когда я вырвался из-под действия его чар, он ничего не может мне противопоставить.»

Мирослав вспомнил удобрение, которое готовил для могильной лилии. Он принялся готовить его, но немного изменил компоненты и добавил ядовитую жемчужину, подаренную Красимирой, чтобы ещё сильнее усилить эффект.

— Слушай, человече, давай договоримся, — главный гриб начал заходить с другой стороны, — Пощади меня, и мы уйдём в другое место. К тому же мы многое тебе можем рассказать.

— У тебя есть время, пока я варю снадобье, что убьёт тебя, — сказал Мирослав, — Выкладывай всё, что знаешь, и не вздумай мне врать.

— Нам здесь дозволили жить. Мы не убиваем никого, кроме тех, кто всё же пробирается сюда и узнаёт нашу тайну. Подпитываемся от жителей в округе, но понемногу. Зато спят спокойно, ведь мы забираем и их кошмары. Это взаимовыгодное сосуществование.

— Кто тебе разрешил здесь жить?

— Ведьма. Старая. Сильная. Она здесь всем заправляет.

— Как её зовут? Как выглядит? Где живёт?

— Того нам не ведомо. Мы лишь ощутили её незримое присутствие.

— Ну хоть что-то тебе должно быть известно?

— Это всё.

— Ладно. Ты говорил, что знаешь про то, как мне найти неупокоенного.

— Я соврал. Мне не ведомо ничего о поисках. Просто нужно было потянуть время и заболтать тебя.

— И почему я не удивлён…

«Хотя даже так его слова навели меня на кое-какие мысли.»

Грибные нити вдруг устремились к Мирославу с потолка, намереваясь обвить шею. Он резко срубил их и выпрямился.

— Ну что же, ты опять выбрал смерть. И на этот раз всё будет взаправду.

Он закончил изготовление эликсира и прямо так из котла выплеснул его на грибы.

— Ааа. Оооо. А вкусно. Ахахаах. Ты, похоже, совсем глупец, — рассмеялся главный гриб.

— Глупееец! — принялись вторить ему мелкие грибочки.

— Приятного аппетита, — хмыкнул Мирослав и пошёл к выходу из подвала.

Жгуты из грибных нитей вновь устремились к нему, но вдруг опали на полпути.

— А… Что это? Как больно! Что ты сделал? Аааааа…

Грибы начали увядать прямо на глазах. Выбравшись из подпола, юноша заметил, что дом тоже выглядит иначе. Внутри жуткие грибы были везде и теперь тоже выли от боли. Снаружи картина оказалась похожей. Хотя тут они были лишь в затенённых местах, но зато серые нити расползлись повсюду. Целый район города оказался окутан сетью этой дряни, начавшей иссыхать и рассыпаться в пыль. Местные жители, которые теперь выглядели куда более бледными и осунувшимися, чем юноше казалось изначально, тоже словно бы пробудились ото сна и начали срывать с себя пока уцелевшие грибные отростки.

Мирослав убедился, что никому не нужна помощь, и кошмары продолжают умирать, а после вернулся в подвал. Спустя примерно десять минут рядом с основным грибом, который держался дольше всех, но, в конце концов, тоже усох, появилось ядро. Немного более крупное, чем другие, и чёрное, словно смола. Взяв его в руку, юноша ощутил, как по коже пробегает холодок и покалывание, а настроение начинает портиться. Он быстро убрал сферу в кошель и покинул заброшенный дом.

«Всё же это был тупик… Какая досада…»

Вернувшись на постоялый двор, он устало повалился на кровать.

' — Ты в очередной раз меня выручила, Юда. Молодец.'

' — Всегда рада. А что там было? Любопытно жуть!'

' — Ладно. Пока отдыхаю, время есть. В общем…'

11 дней до турнира.

Восстановив силы, на следующее утро Мирослав вновь взялся за работу. Слова грибных кошмаров навели его на мысли о том, какой ритуал использовать. Основы. То, из чего по преданиям произошёл мир. Изначальные тёмные воды и первородное божественное пламя. Они порождают триединство мира — воду, землю и небеса. Обращение к столь основополагающим силам может дать куда более серьёзный эффект, но и довольно опасно. Однако, учитывая отсутствие зацепок, Мирослав решил попробовать.

Он составил сложный ритуальный круг и набор оберегов, которые должны были снизить вероятность ошибки и того, что всё обернётся бедой.

Завершив первичную подготовку, он перешёл к завершающим шагам. Малахит, хризолит и аквамарин огранённые определённым образом юноша разложил по углам треугольника. В центре установил чашу из холоднокованного металла. Эти вещи ему пришлось изготавливать самому, так что лишь к полудню всё было готово. Налив холодной ключевой воды в ритуальный сосуд, Мирослав сел рядом и принялся водить угольком по краю чаши. Совершив девять кругов, он бросил его в воду и закрыл глаза, сосредотачиваясь на образе расходящихся кругов. Если он не ошибся, то скоро ему будет знак.

Спустя несколько минут тишины в окно вдруг постучали. Мирослав вскочил и распахнул его, на подоконник тут же сел ворон и человеческим голосом молвил:

— Каааррр! Ты что наделал?

Юноша слегка растерялся. Это был определённо не того толка знак, которого он ожидал. Мирослав вдруг вспомнил значение, которое воронам приписывали в старинных книгах, и спросил:

— Ты пришёл показать мне путь, Велесова птаха?

— Я тебе покажу путь! Сволочуга! Паскудник! Ирод окаянный! Колдуняка треклятая!

Ворон принялся очень экспрессивно браниться, слегка подпрыгивая на месте и словно бы сдерживаясь от того, чтобы попытаться влететь юноше в лицо.

«Похоже, что всё пошло совсем не так, как я планировал…»

— Попробуй успокоиться и объяснить ситуацию. Кто ты и почему так гневаешься?

— Да ты издеваешься! Я тебе глаза выклюю!

Ворон всё же взмыл и попытался впиться клювом в лицо Мирослава. Юноша довольно аккуратно поймал его и сжал в ладонях.

— Пустииииии! Поганец! Ты у меня получишь! — принялся недовольно дёргаться его новый знакомый.

— Послушай меня. Я правда не знаю, что именно случилось. Мой ритуал был нацелен на поиск упыря, а не на призыв ворона.

Птица замерла и уставилась на него пристальным взглядом.

— То есть ты по случайности запихал меня в тело ворона и не дал упокоиться с миром?

— Не знаю, я это или нет, но определённо таких намерений у меня не было.

— Это ещё хуже! Придурковатый колдун-недоучка! Освободи меня и дай отправиться в Ясунь, чтобы встретиться с предками!

— Перестань бросаться оскорблениями, а я постараюсь выяснить, как тебе помочь.

— А то не ясно как! Идиотина! Убей меня и дело с концом!

— Если продолжишь так разговаривать, я завяжу тебе клюв, — ответил Мирослав, — Что до второго — не всё так просто. Не каждый умерший заслуживает пути в Ясунь. Мы не можем быть уверены в том, как на тебя повлияет вселение в ворона и последующая скоропостижная смерть.

Услышав угрозу юноши, птица было распахнула клюв, чтобы изрыгнуть новый поток ругательств, но под суровым взглядом Мирослава закрыла обратно. Видимо, ходить со связанным клювом ему совсем не хотелось.