Рукоять возникшего в его руках оружия была покрыта чешуёй, а в месте, где острие соединялось с древком, расположился голубой глаз с вертикальным зрачком. Он тут же принялся вращать его в руках, периодически делая выпады в сторону противников и сопровождая эти атаки другим умением:

— Пронзающий вихрь!

При этом с кончика копья срывались плотные потоки ветра, устремляющиеся к цели.

— Голуба — копируй её второе и прячься. Бряч — копейщик твой. Всемила — займись великаном. Капитан на мне. Дарён — задние твои, — быстро раздал отряду команды Ратибор.

Мирослав одобрительно кивнул.

«Сочетание техник Перлины и Военега их ключ к победе, но если попытаемся все разом ударить по ней, то сами попадём под удар. Так что связать защитников боем, пока я иду на прорыв — лучший вариант.»

Голуба скрылась в облаке тьмы. В него тут же попал один из вихрей Ветрогона, но созданная им брешь сразу затянулась. Вскоре атаки противников также замедлились. Брячислав сократил дистанцию до Ветрогона и перетянул внимание на себя. Ратибор также успешно завладел вниманием Военега, вынудив его уклоняться от своих «пламешаров». Под действием техники пляски и ускорения Мирослав легко прошмыгнул мимо Бояна, который попытался его сватить, но тут же был опутан лозами Всемилы.

С небес полил мелкий дождь, всё усиливающийся с каждым мгновением.

Навстречу Мирославу тут же выскочил краб, который принялся молотить своими клешнями с довольно впечатляющей скоростью. С другой же стороны атаковал и его хозяин. Мирослав, однако, вместо того, чтобы сражаться с ними, захлестнул клешню краба после выпада и использовал обратное движение, чтобы тот выдернул его дальше. Тут же в воздухе он сменил облачение.

— Облачение Охотника.

Он выпустил несколько стрел в Перлину, однако та ударила по струнам, вызвав мощный звуковой поток, который их сбил. Причём она вплела его в мелодию, не разрушив поддержание техники.

«Талантливая девчушка. Жаль, только компания у неё совсем не подходящая.»

Приземлившись, Мирослав вновь сменил облачение и хлестнул девушку кнутом. Она уклонилась, отпрыгнув назад, и даже это сделала так, словно бы это лишь одно из движений танца. Если бы не техника взора, тот шагнул бы следом. Однако едва мерцающие живой отпечатки ладони, окружающие прошлую позицию Перлины, он заметил ещё на подходе. Так что юноша остановился и перехватил кнут двумя руками, обвил руку попытавшегося ударить его в спину Любогоста, а после вывернул её тому за спину, подставив противника под удар собственного питомца. Краб не успел остановиться, и его клешни щёлкнули по телу хозяина с силой, достаточной чтобы перекусить того надвое. Но тот успел применить укрепление, так что оказался лишь ранен.

Тем временем ситуация у союзников изменилась. Военег высвободил Бояна из пут и с помощью своей «пронзающей волны» пришёл на выручку к Ветрогону, которого Брячислав, используя созданную врагом влагу, заморозил своими кулаками леденящего ветра и уже было собирался зарубить. Промокший же под дождём Боян принялся теснить разом Всемилу и Ратибора, которые не могли пробить его защиту или остановить движение. Голуба же была вынуждена скрываться и поддерживать замедление, скопированное у Перлины, чтобы скомпенсировать самую проблемную часть вражеского преимущества.

Заметив, что ещё один союзник в опасности, Военег использовал «водяной столп», который благодаря высокой влажности сработал куда быстрее. Если бы Мирослав не отпрыгнул в то же мгновение, то вместе с Любогостом взмыл бы в воздух на мощном и плотном потоке воды. Он вновь сменил облачение и принялся обстреливать Перлину на бегу, обойдя ловушку приготовленную Любогостом. На этот раз юноша стрелял не с максимальной скоростью, а так, чтобы попытки Перлины защититься звуковой волной не получалось вплести в мелодию. Спустя несколько выстрелов она всё же сбилась и техника нарушилась. Ветер стих тут же, а вскоре начали рассеиваться и облака. К тому же кружащий вокруг неё Мирослав сам по себе нарушал порядок действий девушки, так что следом Перлина выбилась и из ритма танца.

Вернув преимущество в скорости, его союзники ринулись в контратаку. Краем глаза Мирослав заметил вспышку в районе внутреннего резервуара живы Военега, который устремился к нему в своём водном конусе.

— Лёд! — рявкнул Мирослав так, чтобы союзники услышали, а сам применил третье умение и плеснул на себя горючее снадобье, которое вспыхнуло за мгновение до того, как его сковал лёд. Видимость сильно ограничилась из-за мутного льда, но благодаря технике взора юноша всё ещё мог видеть перемещения противников. Они направлялись к своему капитану.

— Любогост, бестолочь, у тебя была одна задача, и ты благополучно её запорол! — зло воскликнул Военег, — И ты Ветрогон не лучше. Если бы не я, вы бы оба уже сдохли.

— Это твой план был залить всё вокруг водой, — гневно бросил ему в ответ Ветрогон, — Этот, в отличии от тебя, замораживать может когда угодно.

— Да ты обнаглел!

— Успокойтесь, — тут же вмешалась Перлина, — Нельзя терять бдительность. В прошлый раз этот Дарён выбрался, так что лучше не рассчитывать, что они все просто задохнутся, и мы уже победили.

— В прошлый раз техника срабатывала дольше, и он успел выстрелить из лука. Сейчас нет. Им всем конец, — хмыкнул Военег, — Я два раза подряд не ошибаюсь. Да и лёд в этот раз много толще и крепче.

Тем временем лёд вокруг Мирослава растопился достаточно, чтобы он смог начать двигаться. Так что поглотив два хвоста, он тут же нанёс короткий, но очень сильный удар по своему узилищу. А потом ещё один. И ещё. На пятый лёд треснул и начал осыпаться.

— Лёд! Дарён освободился! Скорее, все атакуем его!

— Водяной столп! Рассекатель!

— Выпад вихря!

— Получай!

Мирослав едва успел вырваться из ледяных оков, как на него тут же обрушились атаки троих противников. Перлина же вновь вернулась к поддержке союзников, начав со своей пляски замедления. Уклонившись от первого залпа атак, юноша тут же пошёл на сближение, перекрывая эффект умения Перлины ускорением оставшейся от поглощения хвостов энергией. Под градом ударов и летящих в него умений контратаковать было нелегко, однако в какой-то момент он поймал «рассекатель» и «выпад вихря» в котёл, а спустя мгновения отправил слившуюся воедино атаку в Перлину. Раненый Любогост, который как раз пытался замазать раны, прыгнул наперерез и принял на себя водно-воздушное острие. Этот удар стал для него фатальным, проделав в груди дыру.

«Один есть. Хотя я предпочёл бы выбить их поддержку.»

Мирослав продолжил сражение с троицей. Спустя ещё одну серию стремительных обменов ударами в Перлину вдруг прилетело пламенное копьё. Обожжённый и хмурый Ратибор освободился из ледяных оков сам и помог остальным.

«Похоже, он поступил так же, как и я, но вынужден был пострадать за это. Решительно. Молодец.»

Но поскольку, исполняя свои умения, Перлина постоянно находилась в движении, ей удалось частично уклониться, и ранение не стало смертельным. Однако глубокая рана на плече обездвижила её правую руку, тем самым лишив возможности использовать гусли для защиты. А ещё спустя мгновение девушку накрыло тёмное облако, в которое впорхнула Голуба.

Военег и Ветрогон кинулись к ней на защиту, но Брячислав тут же перекрыл им путь, а Всемила присоединилась, попытавшись опутать врагов лозами.

— Они на вас, я займусь здоровяком, — тут же крикнул Мирослав.

Он швырнул котёл, ударив трёхметрового Бояна под колено, когда тот попытался отправиться следом за товарищами.

— Куда собрался?

Юноша настиг противника, подхватил котёл и в прыжке вмазал им по каменному шлему противника. Тот попытался ударить в ответ, но Мирослав уклонился и метнул свой импровизированный снаряд в голову врага. На этот раз Боян успел закрыться, и удар пришёлся ему в руку. Он вскочил и перешёл в наступление, размахивая своими тяжеленными кулачищами и периодически вплетая в это достаточно бесхитростные удары ногами.