– Да. Это точно дело рук практиков, – прошептала Амелия, проводя рукой по холодному камню. – Причем очень могущественных.

– Что еще за старшие секты? – спросил я, вспомнив ее слова.

Она покачала головой.

– Я и сама толком не знаю. Они расположены далеко за пределами наших бедных на энергию земель. Говорят, сотни лет назад, в этих землях жили невероятно сильные культиваторы. Они могли двигать горы и осушать моря. Но что‑то случилось, энергии стало меньше и они ушли. Остались лишь только вот такие следы их былого величия и могущества.

Мы пошли дальше. Туннели переплетались, ещё несколько раз мы заходили в тупик, натыкаясь на непроходимые барьеры или завалы.

Наконец, в одном из коридоров мы вышли к огромным, окованным железом воротам. Они были вделаны прямо в скалу и выглядели так, будто простояли здесь уже не одну тысячу лет.

Подошли к воротам поближе. Я на пробу толкнул одну из створок, но она даже не шелохнулась. Не сговариваясь, мы с Амелией вместе навалились на них всем весом, упираясь ногами в скользкий пол. Бесполезно, ворота были словно вросли корнями в эту проклятую скалу.

– Похоже, это тупик, – констатировал я, отряхивая руки. – Нужно искать другой выход. Может, где‑то еще есть врата. Давай вернёмся к остаткам плота и отдохнем? Разведём костёр, перекусим, высушим мокрую одежду.

Амелия согласно кивнула.

Теперь мы поменяли порядок. Я шел впереди, вспоминая петляющую дорогу, а Амелия плелась следом, опустив голову. Весь её боевой задор окончательно потух.

Вдруг до нас донеслись странные звуки. Отдаленные, приглушенные. Похожие на чей‑то голос.

Мы замерли, прислушиваясь.

Голос становился громче. Он эхом отдавался от стен пещеры, искажаясь до неузнаваемости.

– Там кто‑то есть! – обрадованно прошептала Амелия.

Не дожидаясь моего ответа, она сорвалась с места и побежала в левый туннель, откуда доносились звуки.

– Стой! Да подожди ты! – я крикнул ей вслед.

Но она уже скрылась в темноте.

Черт бы побрал эту аристократку с ее импульсивностью и перепадами настроения, ну не бросать же дурёху. Рванул за ней следом.

Голос становился все громче. Эхо искажало его, делая похожим на странный, бормочущий шепот.

Мы бежали по узкому коридору. Голос становился отчетливее и теперь я мог разобрать отдельные слова, но язык говорившего мне был незнаком. Он был резким, гортанным, больше похожим на щелканье или стрекот.

Впереди показался свет. Туннель выводил в огромную пещеру. Амелия, вырвавшись вперед, резко затормозила на самом выходе, застыв, как соляная статуя.

Я подбежал к ней и выглянул из‑за ее плеча.

Мы стояли на небольшом скальном балконе, нависавшем над гигантским залом. Его дно терялось где‑то внизу, в клубящемся тумане, а с потолка свисали огромные сталактиты, похожие на клыки доисторического чудовища.

Внизу, на небольшой площадке, освещенной россыпью светящихся кристаллов, стояло оно.

Существо.

Верхняя часть тела этого урода принадлежала призрачному мужику похожему на того дедка, что мы встретили под водой. А вот нижняя… Вместо медузьих щупалец у него был панцирь и клешни гигантского рака.

Тварь расхаживала по площадке, что‑то бормоча себе под нос. Она то размахивала клешнями, то хваталась призрачными руками за голову. Казалось, она спорит сама с собой, переходя с одного голоса на другой. Да он мало того что, хтонь не понятная, так ещё и чёртов псих.

Амелия в ужасе задрожала, её губы заходили ходуном, готовые вот‑вот издать пронзительный крик.

Ну уж нет.

Я среагировал молниеносно. Одной рукой зажал ей рот, а другой притянул к себе, вжимая в холодную стену туннеля.

– Тс‑с‑с, – прошипел ей прямо в ухо. – Молчи.

Существо внизу замерло. Оно перестало бормотать и медленно повернуло голову в нашу сторону. Его мертвые глаза вглядывались в темноту.

Сердце у меня ухнуло в пятки. Неужели он нас услышал?

Мы стояли, не дыша. Секунды тянулись, как часы.

Наконец существо фыркнуло.

– Показалось, – пробормотало оно на понятном наречии, развернулось и ушло в один из дальних туннелей.

Я подождал еще немного, пока клацанье его клешней окончательно не затихло, и только потом убрал руку ото рта Амелии.

Она сползла по стенке, тяжело дыша, а ее лицо было белым, как мел.

Мы остались одни. В чёртовой ловушке, да ещё и с неизвестным и опасным монстром. Или монстрами, черт знает, сколько этих рыболюдей здесь на самом деле.

Да… Кажется, мой день с каждым часом становится все интереснее и интереснее.

Амелию била крупная дрожь, а глаза были размером с две большие серебряные монеты. Она со страхом смотрела в темноту, туда, где недавно скрылся монстр.

– Что… что это было? – с трудом прошептала она.

– Похоже, дальний родственник того деда, что пытался утащить тебя на дно, – я постарался говорить как можно спокойнее, хотя у самого сердце ушло в пятки. – Только этот, похоже, скрестился с раком. Хрень какая‑то, раки ведь по земле не ходят…

Амелия содрогнулась.

Я взял ее под руку. Ладонь девушки была ледяной. Мокрая одежда, холодный воздух пещеры, пережитый шок. И только сейчас сам заметил, что мне тоже чертовски холодно, я ведь тоже до сих пор в мокром. Все это могло запросто свалить нас с ног.

У нас были уровни закалки тела, то есть тело уже по идее не должно было бояться таких простых вещей. Но видимо с этим холодом в пещере было не все так просто. Нужно было срочно что‑то делать, пока мы окончательно не растеряли остатки сил.

А кроме того, оставаться здесь и ждать, пока этот гибрид рака и призрачного старикашки вернётся, было верхом идиотизма.

– Пойдем, – я мягко потянул ее на себя. – Нам нужно уходить отсюда.

Она послушно поднялась, но ноги ее практически не держали. И куда только делась та бойкая аристократка, что хотела любой ценой спасти мне жизнь.

– Куда?

– Обратно. К нашему плоту. Заберем рыбу и найдем место поукромнее. Этот… ракообразный ушел отсюда в другую сторону, так что мы пока в безопасности.

Амелия молча кивнула. Она наконец‑то пришла в себя и крепко сжала побелевшими пальцами рукоять своего клинка. Я же нагнулся и подобрал с пола пару увесистых камней. Не бог весть какое оружие, но лучше, чем с пустыми руками.

У меня еще была острога. Но это на крайний случай, так как светить чудом системной материализации я был не намерен.

Мы двинулись обратно по туннелю, крадучись, как два каких‑то вора. Каждый шорох, каждый упавший с потолка камушек заставлял нас замирать. Я шёл впереди, внимательно вглядываясь в темноту и стараясь запомнить дорогу.

Лабиринт коридоров казался бесконечным, хотя шли мы всего минут двадцать. Каждый поворот и тень могли скрывать опасность для нас.

Наконец мы добрались до пещеры с магическим барьером в потолке. Но картина, которая нас встретила, была не из приятных.

Плот был сдвинут к стене, бревна раскиданы. Рыба валялась по всему полу, а в том месте, где мы изначально очухались, земля была изрыта. Сразу стало понятно, что в эту пещеру заходили гости. А судя по следам, этот кто‑то обладал лапами, или клешнями… Черт.

– Кто‑то здесь был, – пробормотала Амелия, озираясь по сторонам.

– Угу, уже заметил, госпожа очевидность, – кивнул ей, осматривая учинённый погром. – Хорошо хоть он не дождался нашего возвращения.

Подошел к обломкам плота, высматривая корзину с вещами. Помимо прикормки в ней хранился мой нож и ещё несколько полезных вещей: огниво, моток ивового каната, соль и кое‑какие травы. Эти вещи нам бы здесь очень пригодились.

Порывшись в груде щепок и досок, я всё же нашел её обломки. Когда мы уходили из пещеры, её здесь не было, значит она свалилась вниз, когда мы с Амелией блуждали по туннелям. Я тщательно обыскал всё, что от неё осталось, но вещей так и не нашел. Зато подобрал длинный обломок весла. Палка она и в Африке палка, пригодится. Затем собрал уцелевшие обрывки ивового каната, не пропадать же добру.