Нужен был первый клиент.

И он появился. Женщина средних лет с усталым лицом и двумя маленькими детьми. Она долго разглядывала раков, потом цены у мясника, потом снова раков. В ее глазах происходила внутренняя борьба.

— Почем? — наконец спросила она, подойдя ближе.

— Пять медяков за штуку, — ответил я. — За пятерых — двадцать.

Я понятия не имел, насколько это много, просто назвал цену ниже чем у Грегора. Ее глаза округлились. Видимо это было слишком дешево.

Женщина с опаской разглядывала шевелящуюся в ведре массу. Ее брови сошлись на переносице, а губы скривились в брезгливой гримасе.

— А они… съедобные?

Вопрос прозвучал тихо, почти шепотом, словно она боялась, что эти речные чудища ее услышат.

— Не просто съедобные, а вкуснейшие.

Я постарался, чтобы моя улыбка выглядела максимально ободряюще. Профессиональная привычка успокаивать сомневающихся клиентов.

— Сварите в кипящей подсоленной воде, пока не станут ярко-красными. Мясо у них нежное, сладковатое. Уверен, вашим детям понравится.

Она все еще колебалась. Ее взгляд метнулся к Грегору, который стоял чуть поодаль. Здоровяк сверлил нас обоих тяжелым взглядом, полным немого осуждения. Понятно. Авторитет местного ворчуна против слов пришлого дурачка.

Придется пустить в ход тяжелую артиллерию. Я присел на корточки у ведра.

— Смотрите, все просто. Когда рак сварится, сначала отломите клешни. В них тоже есть мясо. Потом отделяете голову от хвоста, его еще называют шейкой.

Я рассказывал ей прям как на мастер-классе для начинающих поваров. Мой голос действовал, напряжение на лице женщины понемногу спадало.

— Самое ценное находится в шейке. Вы аккуратно снимаете панцирь, он будет легко отходить. Под ним окажется целый кусочек белого мяса.

Я сделал паузу, давая ей представить картину.

— Но есть один секрет. Перед тем как есть, нужно удалить тонкую темную жилку, которая идет вдоль всей спинки. Она немного горчит. Просто подцепите ее и вытяните.

Женщина удивленно моргнула. Кажется, такая дотошность ее впечатлила. Грегор недовольно хмыкнул, но промолчал.

— И все. Готово. Это отличная еда, питательная и почти бесплатная. Попробуйте.

— Апчхи! — снова сотряс воздух чих мясника.

Это, кажется, стало последней каплей. Женщина решительно отсчитала двадцать медных монет и протянула мне.

— Давай на всё. Попробуем.

Я аккуратно завернул раков в другой лист лопуха и передал ей. Она кивнула и поспешно ушла, уводя детей.

Первая продажа. Дело пошло.

Как только она отошла, ко мне тут же подошел пожилой мужчина.

— И мне парочку, если остались! — сказал он, протягивая монеты.

В итоге… Мои раки разлетелись меньше чем за пять минут, а я сидел с горстью теплых медных монет в руке. Мой первый капитал в новом мире.

Я поднял взгляд на Грегора. Он стоял, прислонившись к прилавку, и смотрел на меня. Чихать перестал, но его глаза все еще были красными и слезящимися, а распухший нос придавал ему антуража.

В его глазах больше не было простого гнева. Там было нечто иное. Холодное, злое, обещающее расправу.

Я спокойно пересчитал монеты еще раз. Тридцать медяков. Не густо, но уже что-то. Встал, отряхнул штаны и посмотрел в сторону единственной в деревне лавки, где, судя по всему, можно было купить не только еду.

Чувствую, мясник такой выходки мне не простит, нужно купить нормальные инструменты и как следует приготовиться.

С тридцатью теплыми медяками в кармане ощущалась почти роскошь. Деньги приятно оттягивали ветхую ткань штанов.

Я направился к единственному зданию, похожему на полноценный магазин. Над дверью висела вывеска с изображением весов и мешка зерна, нарисованных с детской непосредственностью. «Всё, что нужно».

Толкнул дверь и вошёл внутрь. Здесь пахло пылью, сушеными травами и чем-то неуловимо старым. В отличие от светлых и стерильных супермаркетов из прошлой жизни, это место было темным и тесным.

Полки ломились от товаров, наваленных без всякой системы. Мешки с зерном стояли рядом с мотками веревок, глиняные горшки соседствовали с железными инструментами, а на прилавке лежали пучки трав, связки сушеного перца и несколько ржавых подков.

Хаос, но хаос упорядоченный, в котором хозяин, без сомнения, ориентировался с закрытыми глазами.

За прилавком сидел полноватый мужчина средних лет с блестящей лысиной и улыбкой, которая, казалось, никогда не сходила с его лица. На поясе у него висели счеты, а пальцы непрерывно перебирали костяшки, даже когда он просто смотрел на меня.

На столешнице стояла табличка: Чжао. Видимо так звали этого торговца.

— Добрый день, молодой человек, — голос мужчины был таким же мягким и гладким, как и он сам. — Чем могу помочь?

Его взгляд скользнул по мне, не выказывая ни презрения, ни удивления. Просто деловой интерес. Он видел во мне не пацана в обносках, а своего потенциального клиента. Приятная перемена.

— Скажите, — а у вас есть что-нибудь для рыбалки? Крючки, леска?

Улыбка Чжао на мгновение дрогнула. Он посмотрел на меня с искренним недоумением, словно я спросил у него крылья грифона.

— Рыбалки? — переспросил он. — Зачем тебе это, парень?

— Рыбу ловить, — я пожал плечами. — Логично же.

Чжао покачал головой и по-отечески вздохнул. Он облокотился на прилавок, его дружелюбный вид стал серьезнее.

— Послушай моего совета, Ив. Брось ты это дело. У нас в деревне рыбалкой не промышляют. И на то есть веские причины.

Он выдержал паузу.

— Видишь ли, вся рыба у нашего берега «пустая». В ней нет ни капли духовной энергии. Просто еда от которой нет никакой пользы для Закалки Тела. А заплывать на глубину, — он понизил голос, — это чистое самоубийство. Там речные монстры. Твари размером с лодку, которые перекусят человека пополам и не заметят. Сколько смельчаков пыталось, столько и сгинуло. Река не прощает.

Духовная энергия? Значит так они называют жизненную энергию, которую я поглощал из раков.

Он выпрямился, его деловая улыбка вернулась на место.

— Поэтому все наши культиваторы, ходят в лес. Охотятся на зверей. Собирают травы. Это проверенный путь. Надежный. А река… река это смерть.

Его слова падали на благодатную почву. Пустая рыба у берега. Монстры на глубине. Никто не рискует.

А у меня есть плот, есть остров и «Локатор», чтобы видеть опасность. Да и не было там ни каких монстров. Для меня река, самая настоящая золотая жила, которую все вокруг считают проклятым местом.

— Спасибо за совет, — произнес я совершенно искренне. — Я подумаю над этим.

— А сейчас мне нужен нож и моток крепкой нити, — произнес, выкладывая на прилавок свои монеты.

Торговец кивнул, его улыбка стала чуточку шире. Он ловко соскочил со стула и скрылся в полумраке за стеллажами. Через мгновение он вернулся, положив на прилавок два предмета.

Нож был простым. Костяная рукоять, короткое, но острое на вид лезвие, заточенное с одной стороны. Не шедевр кузнечного искусства, но для разделки рыбы и бытовых нужд подойдет.

Нить же представляла собой туго скрученный моток из льняных волокон. Выглядела прочной. Я попробовал на разрыв. Отлично, то что нужно

— Двадцать медяков за нож, пять за нить, — объявил торговец и его пальцы снова забегали по счетам, будто проверяя собственные расчеты.

Мой взгляд скользнул по заставленным полкам. В самом дальнем углу, под слоем пыли, я заприметил несколько холщовых мешочков. Из одного торчали сухие зонтики укропа с семенами. Рядом виднелся еще один, поменьше, с крупной солью, и третий, из которого доносился знакомый пряный аромат сушеного орегано.

— А что это за трава? — я небрежно махнул рукой в сторону пыльного угла.

Торговец проследил за моим жестом и пренебрежительно фыркнул.

— «Болотный дурман». Бесполезная дрянь с топей. Мясу придает отвратительную горечь, да и духовную энергию глушит. А остальное просто соль да сухой лист. Могу отдать все за пару медяков, чтобы место освободить.