— Небеса… — выдохнул он. — Что… что это такое?

Он откусил еще кусок, на этот раз гораздо больше. Жевал с закрытыми глазами, наслаждаясь каждым мгновением.

— Это просто… божественно! Вкус… дымный, соленый, сладкий… все сразу! И… я чувствую ее! Энергию!

Его лицо озарилось восторгом.

— В ней столько же силы, сколько в мясе клыкастого вепря, которого мой отец добывает в ущелье! А до него идти целый день! Как тебе это удалось?

— Не важно, — улыбнулся я. — Главное, что тебе понравилось.

— Понравилось? Да я за такую рыбу душу готов продать!

Я вздохнул, глядя на его счастливое лицо.

— Эх, к этой рыбе бы еще правильный напиток… — протянул мечтательно. — Холодный, пенный, с легкой горчинкой. Чтобы придавал сил, разгонял кровь и прояснял мысли. Вот тогда было бы совсем идеально.

Глаза Маркуса вспыхнули с новой силой.

— Напиток? Пенный, с горчинкой? Погоди-ка… Кажется, я знаю, о чем ты говоришь! У моего отца есть такой! Он называет его «Медвежья мощь». Он говорил, что это напиток для настоящих охотников.

Он понизил голос до заговорщицкого шепота.

— Правда, его разрешают пить только тем, кто достиг пятого уровня Закалки. Говорят, он слишком крепкий для новичков. Но… — он хитро подмигнул, — думаю, нам с тобой это не повредит. Мы же сегодня показали себя настоящими бойцами!

Ага, идея была соблазнительной. На секунду подумал о том, что мы подростки, но тут же вспомнил, что в этом мире все же взрослеют раньше. А нам уже было по шестнадцать.

Да и Маркус выглядел нормальным парнем. С таким можно пропустить с ним пару стаканов.

— Что ж, — я сделал вид, что немного колеблюсь. — Если ты уверен, что нам за это ничего не будет… то я согласен.

Лицо Маркуса расплылось в довольной улыбке.

— Отлично! Пойдем, у меня тут недалеко припрятана фляжка. Отец даже не заметил её пропажи.

Мы двинулись по тропинке, углубляясь в лес. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, и на землю спускались сумерки.

Пока мы шли, я решил прояснить ситуацию с Робином.

— Маркус, скажи, а что это за Робин, о котором говорил тот рыжий? И что это вообще за шпана?

Маркус помрачнел.

— Робин… он лучший молодой охотник в группе Людвига. А Людвиг, можно сказать, держит всю деревню за одно место. Его группа самая большая и сильная. Они подмяли под себя весь рынок. Грегор Тушин, тот мясник, тоже работает на него. А шпана, — он махнул рукой, — это просто сопляки, которые хотят выслужиться перед Робином и попасть в группу Людвига.

— Значит, в деревне есть и другие охотники?

— Есть, — кивнул Маркус. — Есть группы поменьше. Их Людвиг выдавил с рынка. В основном они теперь охотятся для себя и для своих семей. И иногда продают добычу проходящим торговцам. А ещё есть такие, как мы с отцом. Вольные охотники, которые не вступают ни в какие группы. Мы охотимся на опасную дичь, вдали от деревни, в одиночку.

— Проходящие торговцы? — эта информация меня заинтересовала.

— Да. Раз в несколько месяцев через нашу деревню проходит большой торговый караван. Они скупают все, что насыщено духовной энергией. Шкуры, клыки, рога, редкие травы. Платят хорошо. Большинство групп, которые не под Людвигом, только за счет этого и держатся.

Интересно. Значит, экономика деревни завязана на редкие караваны. Людвиг контролирует рынок, а остальные вынуждены ждать приезжих торговцев.

— Слушай, а у тебя не будет проблем из-за того, что ты мне помог? — спросил я, вспомнив, как рыжий угрожал Маркусу.

Маркус отмахнулся.

— Не парься. Наша семья и так с Людвигом на ножах. Мой отец считает его жадным выскочкой, который думает только о деньгах, а не о чести охотника. Так что хуже уже не будет.

К этому времени мы вышли на небольшую, уединенную поляну. В центре рос старый, могучий дуб, а рядом с ним виднелся замшелый пень.

— Пришли, — сказал Маркус и направился к пню.

Он пошарил рукой в дупле и с довольным видом извлек оттуда увесистую кожаную флягу, обтянутую медными обручами.

— Вот она, — он с гордостью ей потряс. Внутри что-то булькнуло. — Отцовские запасы. Думаю, к твоей рыбе «Медвежья мощь» подойдет просто идеально.

Он отвинтил крышку и протянул флягу мне.

Я вздохнул легко узнаваемый аромат. Крепкий, щекочущий нос и отдающий нотками приятной горечи. Да, это то что нужно!

— Ив, только давай не здесь. Я знаю одно место…

Маркус уверенно шагнул с тропы в густые заросли орешника. Ветки цеплялись за его одежду, шуршали, хлестали по рукам, но он двигался вперед, как будто этого просто не замечал. Я пригнулся и поспешил следом, стараясь не отстать.

Через несколько минут мы выбрались на небольшую поляну, спрятанную между двух поваленных деревьев. Эти замшелые гиганты лежали так, будто специально образовали удобные скамейки. В центре чернела яма с остатками старого костра. Здесь было тихо, спокойно, и казалось, что от всего мира нас отделяет невидимая стена.

— Вот, — Маркус с гордостью обвел поляну рукой. — Мое убежище. Нашел его, когда был еще совсем мелким.

Он бросил на землю охапку сухого валежника, которую собрал по пути, и ловко разжег небольшой костер. Огонь весело затрещал, разгоняя вечерний сумрак и бросая на наши лица пляшущие блики. Стало тепло.

Мы уселись на поваленные стволы друг напротив друга. Маркус с осторожно отвинтил крышку фляги и протянул ее мне.

— Угощайся.

Я принял её и сделал глоток. Напиток обжёг горло приятным теплом, растекаясь по груди и проваливаясь в желудок. Вкус был резким, терпким, с нотками меда и каких-то трав.

— Хорошая штука, — признал я, вытирая губы тыльной стороной ладони. — Твой отец знает толк в напитках.

— Еще бы, — Маркус довольно усмехнулся. — Он говорит, что настоящий охотник должен уметь не только зверя завалить и его разделать, но и хорошо отпраздновать.

Я достал из корзины вторую копченую рыбину и протянул ее Маркусу.

— А это к напитку.

Он взял рыбу, отломил щедрый кусок и отправил в рот, тут же запивая его глотком из фляги. Его глаза на мгновение закрылись от удовольствия.

— Небеса… — выдохнул он, прожевав. — И правда, великолепное сочетание. Соленая, дымная рыба и эта «Медвежья сила»… Они будто созданы друг для друга.

Я усмехнулся и тоже откусил кусок рыбы, запивая его из фляги.

Маркус был прав. Сочетание и правда было не передаваемым. Вкус копченой рыбы раскрывался под действием пенной горчинки с привкусом мёда, он становился глубже, многограннее. А напиток, в свою очередь, смягчался, теряя часть своей резкости.

В голове промелькнули воспоминания из прошлой жизни. Дорогие рестораны, изысканные вина, сложные гастрономические пары. А здесь, в глухом лесу, у костра, с простым охотником, я испытывал не меньшее, а может, даже большее удовольствие. Простая еда, хорошая компания. Что еще нужно для счастья?

Мы слушали треск костра, обменивались ничего не значащими фразами, чтобы поддержать разговор. В воздухе витал запах дыма, копченой рыбы, орешника и хвои. Вечер был теплым, звезды начинали проступать на темнеющем небе.

Маркус отломил еще кусок рыбы, задумчиво посмотрел на него.

— Знаешь, — вдруг сказал он. — Я хочу поскорее прорваться на пятый уровень. Нужно успеть, пока мне еще шестнадцать.

Он сделал еще один большой глоток из фляги, его щеки слегка покраснели.

— Зачем такая спешка? — спросил у него, отламывая еще кусок рыбы.

Он помолчал, подбирая слова. Потом выдохнул и заговорил тише, почти доверительно.

— Я хочу попасть в Секту Убийц Монстров.

Мои брови сами собой поползли вверх.

— Убийц Монстров? Звучит внушительно.

— Это не просто внушительно, — глаза Маркуса загорелись. — Это одна из самых сильных сект на востоке континента. Они специализируются на охоте. На настоящих монстров, не на каких-то кабанов или оленей. Древние чудовища, духовные звери высоких уровней, твари из темных земель. Изменённые существа и даже Демоны. Вот кого они убивают.