Это был эффект ясности корней усиленный очищением от боли лекарства Игниса.

Корни давали ясность мысли, помогали находить объяснения сложным логическим структурам. Собственно благодаря им я и прошел пол пути, но там где были размытые абстракции корней было уже недостаточно, так как эти абстракции надо было не понимать. Их надо было чувствовать. Своим профессиональным наитие, сформированным за годы работы.

Если корни это мозг, то опыт в профессии это сердце.

Как с едой, нельзя приготовить хорошее блюдо, если готовишь смотря только в сухую книгу рецептов, нужно еще и пробовать на вкус.

Я снова взялся за свиток.

82 %

89 %

96 %

Силуэт в интерфейсе Системы становился всё чётче с каждым процентом. Теперь я видел не просто контуры, а детали. Потоки энергии, которые входят в ингредиент через руки практика. Точки фокусировки, семь узлов восприятия, расположенные вдоль позвоночника. Движение связующего потока, который рождается в центре и расходится волнами.

97 %

Я понимал технику. Не просто читал о ней, не заучивал последовательность действий, а именно понимал, всем своим существом. Это было похоже на момент, когда после долгих лет практики нож наконец становится продолжением руки. Не инструмент, а неотъемлемая часть тебя самого.

98 %

Последний абзац свитка. Завершающие строки, которые раньше казались бессмысленным набором красивостей.

«И когда три потока сольются воедино, практик ощутит момент насыщения. Не разумом, но всем естеством. Ибо истинное мастерство не в знании, но в бытии…»

Я закрыл глаза.

99 %

…

Модель техники вспыхнула светом, и на мгновение весь мир залило белым сиянием.

А потом перед глазами появилось окно:

Сканирование завершено.

Алхимическая Техника «Духовное Насыщение» добавлена в слот № 7.

Доступно для использования.

Я откинулся на спину, уставившись в ночное небо. Звёзды рассыпались надо мной щедрой горстью, и каждая из них казалась ярче и ближе, чем обычно.

Голова была пустой и звенящей, но это была приятная пустота, чистая. А не та мутная каша, которую я таскал в черепе последние дни, глотая корни горстями.

Я изучил технику.

Не просто отсканировал, а понял всем своим нутром.

Руки слегка дрожали, то ли от усталости, то ли от того, что внутри до сих пор бурлило странное возбуждение. Хотелось вскочить, что‑то делать, проверить, убедиться, что это не сон и не галлюцинация от передоза допинга.

Я повернул голову и посмотрел на котёл с ухой. На дне ещё оставалось немного бульона, и в свете догорающего костра он поблёскивал жирными разводами.

А что если…

Руки сами потянулись к котлу. Зачерпнул миску ухи и устроился поудобнее, скрестив ноги. Бульон остыл, но ещё сохранял тепло, и знакомый аромат щекотал ноздри. Рыба, травы, дым.

Закрыл глаза.

Перед внутренним взором вспыхнул силуэт практика из интерфейса Системы. Светящиеся линии энергетических каналов, семь точек‑узлов вдоль позвоночника, переплетение потоков в области солнечного сплетения. Теперь я видел это не как абстрактную схему, а как карту собственного тела.

Приступим.

Сосредоточился на ощущении внутренней энергии. Она была где‑то там, глубоко внутри, свернувшаяся клубком в районе живота. Тёплая, знакомая и послушная. Столько раз я чувствовал её во время подводных тренировок, когда стабилизировал избыточную силу после поглощения рыбы.

Но одно дело просто напитывать ею мышцы, и совсем другое, направлять с конкретной целью.

Потянул мысленно за этот клубок, и он отозвался. Нити энергии потекли от центра к периферии, медленно и неуверенно, как вода, которая ищет путь по новому руслу. Я вёл их вдоль руки, к ладони, и с каждым сантиметром продвижения чувствовал лёгкое сопротивление, будто проталкивал густой сироп через узкую трубку.

Вспомнил, как Игнис работал над своим отваром. Его движения были плавными и естественными, энергия подчинялась ему без видимых усилий. Но у него за плечами стояла сотня лет практики, а у меня только теоретическое понимание, которому от роду пара часов.

Собрал нити вместе и попытался закрутить их друг вокруг друга. Получилось криво, неровно, с торчащими во все стороны «волосками» рассеянной силы. Но получилось!

Энергия просочилась на ладонь и задрожала. Мелкая вибрация, как у натянутой струны, которую задели ногтем. Неприятное ощущение, словно рука затекла и теперь отходит покалыванием.

Сжал жгут плотнее, прижимая разбегающиеся нити друг к другу. Вибрация сопротивлялась, не желая униматься, и мне пришлось приложить волевое усилие. Какое‑то, внутреннее, похожее на то, как удерживаешь в голове сразу несколько заказов во время ресторанной запары.

И вдруг покалывание прекратилось.

Энергия легла на ладонь тяжёлой, плотной каплей. Я ощущал её вес, хотя это было абсурдно: у духовной силы нет массы. Но она давила на кожу, как ртуть в пробирке, холодная и текучая.

Я постарался запомнить каждую деталь: как скручивал нити, как гасил вибрацию, как ощущается правильный контроль. Потому что в следующий раз придётся повторить всё это быстрее и чётче.

Капля рвалась куда‑то вперёд, словно тянулась к чему‑то далёкому, как собака тянется к миске с едой. К точке фокусировки, догадался, ощущая направление.

Я открыл глаза и протянул руку к миске с ухой.

Сгусток энергии сорвался с ладони раньше, чем я успел отдать команду. Просто перетёк по воздуху, преодолев расстояние в какую‑то долю секунды, и погрузился в бульон.

И тут меня накрыло.

Резкий отток силы, будто кто‑то выдернул пробку из ванны. Энергия хлынула из тела в миску, и я почувствовал каждую каплю этого потока. Словно сам вытекал в посуду вместе с собственной духовной силой.

Но я видел.

Внутренним зрением, словно активировал навык Разделки и выкрутил его на максимум. Я видел, как энергия входит в структуру блюда. Проникает в волокна рыбы, растворяется в жирном бульоне, обволакивает каждую молекулу. Это было похоже на то, как краска расходится в воде, только вместо цвета распространялся невидимый свет.

Бульон начал меняться.

Сначала мелкие пузырьки, будто уха решила закипеть заново, хотя никакого огня под миской не было. Потом поверхность задрожала рябью, и отдельные компоненты, кусочки рыбы, капли жира, разваренные волокна, стали сливаться друг с другом.

Структура перестраивалась прямо у меня на глазах. Бульон густел, превращаясь из прозрачной жидкости в нечто кремообразное. Кусочки филе растворялись, отдавая себя общей массе. Через минуту или две в миске лежал густой суп‑пюре, бархатистый и однородный.

А потом оно засветилось мягким, тёплым сияние. Будто само блюдо стало источником света. Золотистые блики играли на поверхности, переливаясь в такт моему дыханию.

Аромат ударил в ноздри с такой силой, что у меня закружилась голова. Или это было не от аромата?

Концентрация духовной энергии в этой миске… Я чувствовал её даже без «Локатора». Плотная и готовая к усвоению. То, что раньше рассеивалось при готовке, теперь было заперто внутри и сохранено.

Я сделал это! Воспроизвёл технику старика.

Пальцы разжались, обрывая связь с блюдом. Сияние чуть приглушилось, но не исчезло. Уха продолжала мерцать, как угли костра.

Получилось. Чёрт возьми, получилось!

Волна эйфории накатила с такой силой, что я едва не расхохотался во всё горло. Одиннадцать дней. Одиннадцать чёртовых дней я бился головой о стену, жрал корни горстями, мучался головной болью и истекал кровью. И вот оно, доказательство, что всё было не зря.