Наконец, когда темнота за окнами стала совсем густой, Тая немного выдохлась.
— Какая-то ты сегодня невеселая, — заметила она, пересыпая сухари в тканные мешочки.
— Что… я? — не сразу нашлась девушка, — Вовсе нет. Просто… наверное… задумалась.
— У меня тоже такое бывает. Но сегодня почему-то хочется радоваться. Ведь все так хорошо складывается. А скоро будет еще лучше. Ты же знаешь, что осенью…
Адриана вздрогнула, прослушав окончание фразы. Стоило отвлечься, как ложка сама взялась помешивать джем. Хорошо еще, что помощница ничего не заметила.
* * *
Прошло еще некоторое время, прежде чем Таяна наконец отправилась спать. Затаив дыхание Адри дождалась, пока на втором этаже утихнут шаги и закроется дверь. Теперь можно было приступать.
Почему была важна именно кухня, девушка и сама не знала. Просто ее не оставляло чувство, что в комнате может ничего не получиться. А здесь, между столов и печей… можно даже вообразить, будто она снова в Магическом Институте.
С нарастающим волнением, Адриана медленно подняла руку. Все ее внимание теперь было сосредоточено на простом полотенце, которое, сливаясь со стеной, висело на загнутом гвозде.
Миг, другой, ничего не происходило.
«Пожалуйста, ко мне» — произнесла Адри одними губами.
Серая ткань нехотя дернулась, и осталась на месте. Девушка крепче стиснула зубы. Для магии всегда требовалась сила воли, концентрация и дисциплина.
Некоторое время продолжалось безмолвное противоборство, и полотенце сдалось. Со стороны это выглядело так, будто кто-то невидимый потянул его на себя, не догадавшись сперва отцепить гвоздь.
Адриана потерла виски, ощущая, как ее захлестывает горячая волна счастья. Но не стоило терять голову и поддаваться эмоциям. Может еще раз проверить?
Вилка прыгнула в ладонь сразу, без малейшей заминки. А вот кочерга предпочла просто упасть, так что девушке пришлось ловить ее руками, чтобы избежать шума. Но какая же это была мелочь!
Не сразу удалось переставить и сковороду. Поднявшись в воздух, она никак не хотела возвращаться обратно, а потом внезапно опустилась с таким стуком, что вполне могла разбудить Таю.
Огонек свечи слабо замерцал. Пожалуй, на сегодня достаточно. И как бы ни хотелось продолжить, пора уже отправляться спать.
* * *
Однако уснуть быстро не получилось.
Просидев половину ночи на кровати, Адриана решила, что пока не будет ничего менять. Да, магия постепенно возвращалась, однако ее сила пока была невелика. На уровне средней служанки, но никак не наследницы знатного рода.
Так что лучше не торопиться, продолжать заниматься пекарней и постепенно восстанавливать былое мастерство. К тому же, девушка совершенно не представляла, как вернуться в столицу.
И сложность заключалась даже не в том, что нужно оставить пекарню или нанять карету. Просто… Что она скажет семье? Как объяснит свое отсутствие? Как отнесется отец к тому, что она столько месяцев работала как простолюдинка?
Невольно вспомнилось, как несколько лет назад, младшие братья затеяли убирать за домом опавшие листья. В те годы Валеру и Димиру еще не хватало магического мастерства, поэтому они вооружились метлами, но едва успели приступить к делу, как были остановлены отцом. Граф Таллес тогда был ими очень недоволен…
Правда на тот момент дело было в другом. Чтобы пробудились способности, дети должны как можно меньше делать что-то руками. Тогда им поневоле приходится сосредотачиваться на мысленных усилиях. А Адриана давно уже перешагнула детский возраст. Но все же…
Домой она вернуться не может. По крайней мере сейчас.
* * *
На этот раз, жара не продержалась долго. Спустя всего пару дней резко похолодало, и почти сразу же зарядил дождь. Не слишком сильный, но монотонно-занудный. Зато пекарня вновь наполнилась покупателями.
Пришелся кстати и горячий чай, который оценили почему-то не местные, а жители других улиц. За малую серебрушку Адри наливала две большие чашки — вполне достаточно, чтобы согреться, прежде чем возвращаться в свои кварталы.
А горячие пирожки, разлетались как… горячие пирожки. Даже самые дорогие, которые начинялись теперь не ягодами, а джемом. Грибные тоже приняли уважительно, про картофельные и говорить было нечего, у этих давно появились свои почитатели.
Таяна осмелела настолько, что уже не стеснялась несколько раз на дню пробегать по малому залу с тряпкой. Тем более, что большая часть покупателей совершенно игнорировала просьбу — вытереть ноги.
Банка с малыми серебрушками наполнялась, будто попала под денежный родник. Однако Адриана соблюдала теперь предельную осторожность. Вся дневная выручка убиралась под половицу, и с каждым днем там оставалось все меньше свободного места.
Монеты можно было и разменять, однако Тая предложила на этот раз, рассчитаться с градоправителем малыми серебрушками, и девушке эта идея показалась забавной. При этом, такой поступок вовсе не был местью. Скорее шалостью. И Адри нисколько не сомневалась, что ее братья (при мысли о них, в душе все же немного сжималось) это бы оценили.
Приятным разнообразием в череде рабочих дней стал визит Рома. Отряхнувшись от капель дождя, парень игриво улыбнулся, старательно пряча что-то за спиной.
— Смотрю процветаешь, чудачка? — подмигнул он, — А у меня как раз есть для тебя…
— Только не вздумай класть на прилавок! — торопливо предупредила Адриана. Она уже успела заметить, как из короткого мешка просачиваются красные капли.
— Неужели брезгуешь? — Ромерт свободной рукой взъерошил волосы, — Между прочим, отличная говяжья печень. Я ее лично своими руками… О! Таечка! Какая ты сегодня румяная, сама как пирожок!
Выглянувшая из кухни девочка, скрестила руки на груди.
— Ром! Я только что протерла пол.
— То-то я смотрю, какой-то он неприлично чистый. Вон в пекарне по верхней улице, воды по щиколотку.
— Тебя снова там принимают? — прищурилась Адриана, смутно припоминая первый разговор. Ясно теперь, почему Рома давно не было видно.
— Неужто ревнуешь, малышка? — не удержался парень, — Зря беспокоишься, меня на всех хватит. А что до той пекарни… Хозяин там муку закупать отправился, не мог же я допустить, чтобы его милая жена скучала в одиночестве.
Вручив сестре мешок с говяжьей печенью, Ромерт еще раз широко улыбнулся и облокотился на прилавок. Адри даже не двинулась. За столько времени она уже как-то привыкла принимать Рома со всеми его недостатками. К тому же, видов на него она не имела, а сам по себе, парень он был неплохой.
— Хочешь, я расскажу нечто такое, что вызовет у тебя негодование, чудачка? — заговорщицки шепнул он, подаваясь немного вперед.
— Если хочешь поделиться подробностями своих похождений, то меня они совершенно не трогают.
Ром хохотнул.
— Ну… Это было бы неуважением к некоторым милым дамам. Нет, речь пойдет именно о тебе.
Адри чуть изогнула бровь, всем своим видом показывая, что слушает.
— Так вот. Отгонял я на днях перекованных лошадей в городские конюшни… — начал парень, — Потом наведался еще кой-куда. А на обратном пути… — он выдержал звучную паузу, — Подбегает ко мне паренек с лотком, и предлагает хлебное лакомство, всего за двенадцать серебрушек. Смотрю я, значит, подозрительно знакомые пироги, сплошь все с картофелем, да с ягодой. Я этому проныре уши хотел надрать, так он сразу удрал, как понял, к чему клонится дело. Ты чужакам за сколько пироги продаешь?
— Примерно за пять серебрушек…
— Бери десять! — решительно посоветовал Ром, — Они же наживаются на тебе. Скупают здесь, и перепродают втридорога.
Адриана закусила губу. Услышанное стоило сперва обдумать. Задрать цену легко, но стоит ли, если это повлияет на продажи?
— Я подумаю. — уклончиво отозвалась она.
Ромерт кивнул. Ему явно хотелось еще поболтать, но тут зазвенел колокольчик, и пекарня опять наполнилась покупателями. Одна из вошедших девушек обиженно надула губки.