— Посмотри на себя, как ты берешь мои пальцы. Вот так. Забирай все, что тебе нужно.

Наслаждение внутри нарастает от его похвалы и от того, как он следит за каждым моим движением, словно не хочет упустить ни единой мелочи.

— Мне нужно... — я умолкаю, полностью поглощенная тем буйством ощущений, которое он вызывает. Так трудно соображать, когда внутри все пылает.

— Скажи мне, — подстегивает он низким, хриплым голосом.

— Хватит дразнить, — я хватаю ртом воздух.

— Хорошо. — Он усмехается, будто наслаждается моей пыткой. — Хотя мне так нравится смотреть, как ты извиваешься.

Темп ускоряется. Он сильнее надавливает на клитор и одновременно глубоко проникает в меня пальцами; мой восторг взмывает все выше и выше.

Чувства переполняют, контроль потерян, но я сосредотачиваюсь на ощущении его кожи и смотрю ему в глаза, когда взлетаю на вершину и рассыпаюсь на части.

Я не могу дышать, пока огонь разливается по всему телу, и я крепко сжимаю его пальцы внутри себя.

— Так красиво, — стонет он, помогая мне пережить этот пик, и мое тело бессильно опускается на простыни.

* * *

Семейка Оукс

Мама: Милли, извини, что прервала ваше свидание вчера. Надеюсь, вы отлично провели время!

Тесс: СВИДАНИЕ? Это тот парень из Тиндера в татуировках, скриншот которого ты мне присылала?

Папа: Когда ты приведешь его знакомиться?

Мама: Пока я разговаривала с Милли, я пригласила его к себе на день рождения.

Мама: Он весьма хорош собой.

Фэбс: Это тот, что с крошечными ладонями на фото с пиццей?

Папа: Это тот, который болел? Он тебя не заразил?

Милли: Мам, не знаю, в курсе ли ты, но можно писать человеку лично, а не объявлять обо всем на весь семейный чат. 🙄

Милли: Болел Финн, и он меня не заразил, пап.

Тесс: Но руки-то у него маленькие?

Милли: У него идеальные руки.

Тесс: Идеальные — это в смысле как раз прикрыть сосок или всю грудь целиком?

Мама: Тесса Оукс! Это неприлично.

Милли: Тесс, см. сообщение выше про личные переписки. И у него нормальные мужские руки при росте за метр восемьдесят.

Фейбс: М-м-м. Обожаю такой размер.

Папа: Как мне удалиться из этой беседы?

Тихий голос Финна отвлекает меня от телефона. Мужчина, чьи пальцы еще этим утром были внутри меня, ведет себя совершенно непринужденно и напевает песню из «Моаны», пока везет нас на работу.

К счастью, мне удалось ускользнуть из его дома до того, как проснулись девочки. Я долетела до дома, причесалась-оделась и заехала за ним, чтобы поехать на работу вместе.

Все это кажется таким... уютным. Удивительно естественным.

Наверное, поэтому я спрашиваю:

— Хочешь поехать со мной домой завтра?

Он перестает напевать.

— С удовольствием, если ты не против.

От мысли о Финне и девочках в Ферн-Ривер на лице расплывается широкая улыбка. Они могли бы пожить в доме моего детства, вволю набегаться по ферме и познакомиться с моей семьей. Поиграть в домике на дереве, который построил папа, увидеть мою любимую лошадь и потанцевать среди цветов, которые я помогала сажать прошлой весной.

Кажется, я хочу этого сильнее, чем готова признать даже самой себе.

— Девочкам понадобятся купальники и одежда, которую не жалко испачкать. И еще у нас есть козы. Знаешь, они иногда могут жевать одежду или шнурки. Я подкину маме пару идей насчет еды, которую любят дети. Не хочу, чтобы они все время ходили голодными. О, и я не знаю, как нас всех распределят, но вы можете занять мою старую комнату. Там двуспальная кровать, а девочкам мы надуем матрас. Я перекантуюсь у Фейбл. — Я глубоко вдыхаю, чтобы унять свою болтовню.

Он весело и нежно улыбается.

— Похоже, ты нервничаешь из-за того, что везешь меня знакомиться с родными.

— Пожалуй. Немного.

Финн кладет ладонь мне на бедро, и его большой палец начинает медленно описывать круги.

— Все будет идеально. Я хочу познакомиться с твоими близкими, чтобы они стали и моими тоже.

Под колесами хрустит гравий, когда мы сворачиваем на дорогу, ведущую к дому, где выросла Милли, и впереди показывается белый двухэтажный фермерский дом. Его окружает зеленое покрывало травы, усыпанное полевыми цветами, и два массивных болиголова.

Пеппер, сидящая сзади между девочками, оживляется и виляет хвостом, глядя в окно.

— Мы приехали? — спрашивает Элоиза из своего детского кресла.

Милли делает глубокий вдох, ее ноги мелко подрагивают от волнения.

— Ага. Вот мы и на месте. — Она указывает, куда припарковаться: рядом со старым серым пикапом.

Снаружи раздается радостное приветствие, и Милли распахивает дверь еще до того, как я успеваю заглушить мотор. Она бросается в объятия к молодой женщине в панамке, а Пеппер пулей вылетает через переднюю дверь, выбираясь на свободу.

Пока я открываю заднюю дверь, чтобы высадить девочек, к нам подходит Мэри с доброй улыбкой — точь-в-точь как у Милли.

— Добро пожаловать! — Она обнимает меня, по-матерински, тепло, и я тут же вспоминаю свою нонну. Сто лет меня так не обнимали. — Я так рада, что вы приехали.

Мы отстраняемся, и она по-дружески сжимает мое плечо.

— Очень хотела с тобой познакомиться.

— Спасибо, что пригласили. У вас здесь чудесно.

— О, спасибо. — Она присаживается перед девочками. — Я мама Милли, Мэри. Я очень рада, что вы приехали к нам на ферму.

Элоиза тут же расплывается в улыбке.

— Я Элоиза. А можно мне погладить ваших коз?

— Конечно. Они будут в восторге, — воркует Мэри. — А ты кого хочешь погладить, Эйвери?

— Лошадей, — коротко отвечает та.

Мэри кивает.

— Это мы устроим. Они и мои любимицы тоже.

Милли подводит к нам ту самую девушку и представляет ее — это Фейбл. Сестра чуть ниже Милли и выглядит на ферме как родная: джинсовый комбинезон, штанины которого заправлены в рабочие ботинки, и две медово-русые косы на плечах.

Когда я протягиваю руку для приветствия, она крепко сжимает ее и поворачивает мою ладонь, будто внимательно изучая. Прищурившись, она выдает:

— Хороший размерчик.

Пожалуй, это самое странное приветствие в моей жизни.

— Э-э... спасибо?

Выпустив мою руку, она подмигивает и опускается на корточки перед девочками.

— Кто-нибудь хочет помочь мне собрать яйца?

Эйвери кивает, а Элоиза начинает подпрыгивать.

— Я! Я хочу!

Фейбл берет их за руки — на этот раз ничего не разглядывая — и ведет к курятнику.

Пока Милли с мамой обмениваются новостями, я замечаю высокого широкоплечего мужчину в джинсах и фланелевой рубашке. Он выходит из сарая; Пеппер несется к нему, он мимоходом проводит рукой по ее спине и продолжает путь к нам.

— Ну надо же, Милли наконец-то вернулась домой, — говорит он, крепко прижимая ее к себе и покачивая из стороны в сторону.

Она отстраняется и строго смотрит на него.

— Это ты не приехал в прошлый раз вместе с мамой.

Он ерошит ей волосы — точь-в-точь как я девчонкам.

Я протягиваю руку, и он крепко ее пожимает.

— Приятно познакомиться, мистер Оукс. Я Финн Эшфорд.

Его лицо лучится от широкой улыбки.

— Зови меня Дейв.

Милли счастливо наблюдает за нами; на ее щеках играет румянец, будто она уже успела подзагореть на солнце.

— Так, — Мэри берет Милли под руку, — давайте покажем Финну окрестности, чтобы он почувствовал себя как дома.

* * *

Единственное, что может быть мучительнее Милли в бикини, — это невозможность прикоснуться к Милли в бикини. Темно-зеленая ткань обтягивает ее идеальную грудь, дразня так, что я то и дело пялюсь на нее. Она сидит на краю небольшого причала в джинсовых шортах, болтая ногами в пруду, а солнечные зайчики пляшут на ее крепких плечах и изящных ключицах.