— Ничего смешного, молодой человек.

Он снова начинает дрыгать маленькими ножками.

Мэтти закатывает глаза, но уголки ее губ все равно приподнимаются.

— В общем, я приехала поздно, разобралась с парой дел, а потом полтора часа проспала в папином кресле, пока бабушка купала Эй-Джея в кухонной раковине после того, как он уделался так, что подгузник не выдержал.

— Похоже, твой день был примерно таким же продуктивным, как мой.

Мэтти вздыхает. Но, несмотря на усталость, написанную у нее на лице, в ней появилось что-то новое. Мягкость. Тихое счастье, которого год назад еще не было.

Она снова работает. У нее есть Эй-Джей. Есть Кейсон.

Потом она выпрямляется и смотрит на меня.

— Ну, а как прошел твой первый день в «Беликуре»?

Я пожимаю плечами.

— Нормально.

Мэтти хмурится.

— Просто нормально?

Шелби тоже переводит на меня взгляд, и в ее глазах вспыхивает любопытство.

— О-о.

Я откидываюсь на спинку кресла и глубоко выдыхаю.

— Ну... возможно, я с самого начала немного все испортила.

Мэтти вздыхает.

— Харли.

— Что? — возмущаюсь я. — Это не моя вина.

Шелби ухмыляется.

— Готова поспорить, что твоя.

Я ее игнорирую.

— Я пришла не в той одежде.

Мэтти моргает и оглядывает мой наряд.

— В смысле не в той?

— У них есть этот... фирменный пиджак «Беликура».

Шелби фыркает.

— Ну конечно.

— И, оказывается, носить его обязательно.

Мэтти медленно кивает.

— Ладно...

— В общем, утром, когда я пришла, мне выдали пиджак. А поверх свитера он не налез.

Шелби взрывается смехом.

Мэтти поджимает губы, пытаясь удержаться.

— Это было ужасно неловко, — защищаюсь я.

— Правда? — спрашивает Шелби. — Не похоже на такую уж большую проблему.

— Ага. Ну, видимо, для Дианы, менеджера фронт-офиса, это проблема. И мистер Портер Гаррисон тоже был не в восторге.

Шелби пожимает плечами.

— В следующий раз просто сними свитер и надень пиджак.

Мэтти хмуро на нее смотрит.

— Думаю, тогда мистер Гаррисон тебя бы простил, — добавляет Шелби, многозначительно поигрывая бровями.

Мэтти зажимает переносицу пальцами.

— Господи.

Шелби вытирает слезы от смеха.

— Что еще? — спрашивает Мэтти.

— Мне пришлось весь день провести с Дианой, а она, похоже, от меня совсем не в восторге.

Мэтти становится серьезнее.

— Правда?

Я качаю головой.

— По-моему, я ей не особо нравлюсь.

— Почему? — спрашивает Шелби.

Я пожимаю плечами.

— Она постоянно упоминала мой возраст.

Мэтти хмурится.

— Как именно?

— Ну, знаешь... всякие мелкие замечания. — Я изображаю вежливый тон Дианы: — Вы очень молоды для такой должности. Обычно мы нанимаем людей с большим опытом.

Шелби кривится.

— Грубо.

— Вот именно.

Мэтти задумчиво наклоняет голову.

— Может, она просто тебя проверяет.

— Проверяет на что?

— Насколько серьезно ты относишься к работе.

Шелби осторожно покачивает Эй-Джея.

— А тебе там хоть что-нибудь понравилось?

— Вообще-то да. — Я немного оживляюсь. — Кабинет у меня крошечный, но симпатичный. И остальные сотрудники показались очень дружелюбными.

Мэтти кивает.

— Это хорошо.

— А знаете, что самое лучшее?

Обе смотрят на меня.

— Мы можем бесплатно есть в ресторанах отеля.

Глаза Шелби округляются.

— Ох, они об этом еще пожалеют.

— Правда?

Мэтти улыбается.

— Вот это действительно приятный бонус.

— По сути, мне платят вдвойне — деньгами, стейками и пастой.

Шелби смеется.

— По-моему, работа мечты.

Я снова вздыхаю.

— Только...

Мэтти прищуривается.

— Что?

— Когда я собралась уезжать, машина не завелась.

Шелби стонет.

— О нет.

— Ага.

Я съезжаю ниже в кресле.

— Одному из парковщиков пришлось прикуривать аккумулятор.

Шелби морщится.

— Вот это неловко.

— Еще как.

Мэтти наклоняется вперед, опираясь локтями о стол.

— Эта машина уже давно дышит на ладан.

Я тут же выпрямляюсь.

— Эй.

Мэтти приподнимает бровь.

— Что?

— Я люблю эту машину. Это первая вещь, которую я купила на собственные деньги, — обиженно говорю я.

С шестнадцати лет и до самого окончания школы я каждое лето работала у Иммы Джин в кафе, а потом еще по выходным и праздникам, откладывая каждый цент.

Выражение лица Мэтти немного смягчается.

— Я знаю. Ты два года пахала как проклятая. И я очень тобой гордилась. Но, по-моему, эта подержанная «Киа» уже отработала каждую вложенную в нее копейку.

Я вздыхаю.

— Она провезла меня через весь колледж.

— Вот именно, — говорит Мэтти. — Четыре года поездок туда-сюда до Ларами.

Шелби кивает.

— Этой машине пора медаль выдавать.

Мэтти складывает руки на столе.

— Но теперь ее пора отправить на заслуженный отдых.

У меня сжимается грудь.

— Я серьезно, Хар. — Мэтти смотрит на меня тем самым взглядом. Взглядом старшей сестры, которая автоматически считает себя мудрой и, конечно же, правой. — Пока можешь ездить в отель на одном из рабочих пикапов ранчо.

Я выпячиваю нижнюю губу, как двухлетний ребенок.

— Это временно, пока не придумаешь что-нибудь еще. Мне только не хватало, чтобы ты застряла ночью на горной дороге без связи. Особенно когда скоро выпадет снег.

Это немного отрезвляет.

Потому что она права.

Моя «Киа» совершенно не предназначена для зимних поездок по Титонам.

— А можно мне Блу-Бесси?

— Эту ржавую развалюху? Ей сто лет, — говорит Мэтти.

— Скорее семьдесят пять. И ты прекрасно знаешь, что дедушка за ней ухаживал.

Мэтти вздыхает.

— У нее, наверное, пробег меньше, чем у твоей машины.

Я тут же оживляюсь.

— Так это да?!

— Ладно. Попрошу папу ее осмотреть и убедиться, что она в порядке.

— Да! Спасибо!

Шелби ухмыляется.

— Подожди, пока эти важные господа увидят, как ты прикатишь на этой рухляди.

Я бросаю на нее недовольный взгляд.

— Нет ничего плохого в рабочем пикапе. Какая разница, что они подумают?

Эй-Джей тихонько пищит.

Шелби опускает на него взгляд.

— Ой, не знаю. Может, стоит спросить у девушки, которой было стыдно из-за пиджака.

Уф.

Ненавижу, когда она права.

Я не из тех женщин, которым важно, как они выглядят в чужих глазах или что обо мне думают окружающие. Наверное, мне просто очень хотелось произвести хорошее первое впечатление.

Шелби немного перекладывает Эй-Джея и наконец, явно неохотно, протягивает его мне.

— Держи.

Мое лицо тут же озаряется улыбкой.

— Наконец-то.

Я подхватываю его на руки.

— Привет, красавчик, — шепчу я.

Он моргает, глядя на меня, а потом морщит крохотное личико, которое быстро становится темно-красным.

Шелби театрально вытягивает руки.

— Все равно я уже устала его держать.

— Какая же она врунья, — говорю я ему как раз перед тем, как он издает сердитый вопль.

Мэтти качает головой и тянется за сумкой с детскими вещами, лежащей на тумбе позади нее.

Шелби направляется к двери, но оборачивается через плечо.

— Ой, пока не забыла.

Мэтти приподнимает бровь.

— Что?

— Бабушка отправила меня узнать, останешься ли ты на ужин. А я отвлеклась на обнимашки с малышом.

Мэтти смотрит на часы на стене.

— Нет. Кейсон должен забрать нас примерно через полчаса. А когда мы приедем домой, Марсия, скорее всего, уже приготовит ужин.

Шелби кивает.

— Понятно. Звучит здорово.

Я осторожно покачиваю Эй-Джея, пытаясь его успокоить, пока Мэтти собирает со стола несколько бумаг и откладывает их в сторону. Затем она расстилает на столешнице чистое детское одеяло и протягивает руки к Эй-Джею.

— Так и будет.

Я остаюсь с Мэтти и Эй-Джеем, пока не приезжает Кейсон. А потом выношу за ними сумку с детскими вещами.