— Ну и что? — равнодушно спросил Кнут, — уже назначила тебе встречу, чтобы как следует… отблагодарить? Если спросишь моего мнения — не советую. Да, наслаждение будет, что надо, но за него она тебя высосет досуха.

— Досуха? Убьёт? — удивлённо спросил Сареф.

— Нет, конечно, — хмыкнул Кнут, — она же не дура — ссориться с Керси. Но… два, а то и три малых круга будешь лежать пластом без сил. Так что смотри сам.

— А ты откуда знаешь, как это бывает? — поинтересовался Сареф, — ты тоже с ней, ну?..

— Она меня не хочет, — фыркнул Кнут, — у меня, оказывается, слишком сильная и горячая энергия для её изнеженной душонки. Ей, видите ли, не нравится.

— Но… если она тебя не хочет, то откуда же ты знаешь…

— Она меня не хочет… но иногда приходится, — пожал плечами Кнут, — как ты понимаешь, не всегда посланники других Поселений ограничиваются одними только словами. Иногда они идут на более… решительные шаги, которые далеко не всегда согласованы с Наблюдателями. И каждый находит… свои способы за них расплатиться. Ну а эта синяя шкура, в принципе, сама тебе продемонстрировала свою самую главную ценность. Поэтому…

Сареф поморщился. Нет, он, конечно, не питал никаких иллюзий насчёт какой-то там любви или даже того, что это будет бесплатно… но после того, как он осознал, что Каони целой половине Перекрёстка могла оказывать такие услуги, у него отпало всякое желание иметь с ней дело.

Они направились дальше. И Сареф, следуя за Кнутом, видел, что у топора, который так и продолжал висеть у напарника за спиной, металл лезвия полностью совпадал с металлом, который был вплавлен в его череп. Это вызывало у Сарефа ещё больше вопросов, но вместе с тем он понимал, что это любопытство стоит придержать. У Кнута и без того явно тяжёлый характер, и с высокой вероятностью потому, что он постоянно испытывает боль. При таких условиях чудом было то, что хотя бы на общие вопросы об устройстве Перекрёстка он отвечал спокойно и терпеливо.

— Постой, — внезапно сказал Кнут, резко повернувшись на 180 градусов и ткнув рукой за спину Сарефу, — туда! Там что-то происходит!

Там, куда показывал Кнут, оказался ещё один тёмный переулок. Они быстрым, но при этом тихим шагом прошли в него… минута ходьбы — и за очередным поворотом они увидели то, что искали. На небольшой, относительно просторной площади находилось четверо. Один, крупное рогатое существо с чёрной шерстью, круглыми рогами и жёлтыми глазами избивало кого-то плетью. Хрупкая фигурка у его ног всхлипывала под ударами, но не дёргалась, словно понимала, что это сделает ситуацию ещё хуже. По бокам его охраняло двое существ, и одним из них был тот самый жёлтый кролик с рогом, которого он встретил несколько часов назад. Второй — наг с человеческим торсом и змеиным телом, похожий на Ссефа, но уже с рыжей шкурой.

Сареф шагнул было вперёд… как его за руку схватил Кнут — и Сареф подивился тому, насколько горячей была его кожа, даже по меркам шкуры Хима.

— Нет, — тихо сказал его напарник, — здесь мы не можем вмешиваться.

— В смысле? Почему? — удивился Сареф.

— Это Марук, Наблюдатель Теней. У него договорённость с Керси. Они не вмешиваются в дела друг друга.

— Верно, — рогатое существо подняло голову в их сторону и снисходительно усмехнулось, — рад, что подопечные Керси уважают договорённости. И, поскольку он отвечает за ваше поведение — так и быть, можете просто уйти. Ну, или остаться и посмотреть, что бывает с теми, кого я ловлю на воровстве на своей территории.

С этими словами он схватил за волосы фигурку, лежащую у его ног, и с силой потянул вверх… и перед ошеломлённым Сарефом показалось грязное и заплаканное лицо Мимси…

Глава 3.

Опешив, Сареф смотрел в лицо своей бывшей нянюшки. Да, разумеется, Джи-Джи говорил ему, что отводил её в Перекрёсток, и он даже сам собирался её найти… Вот только водоворот событий захлестнул его с такой силой, что у него не то, что организовывать поисковую операцию — у него даже просто продохнуть и уделить время своей строке умений толком возможности не было. Однако ж Хаос, как видно, всё равно улавливает подобные веяния, считывает желания и плетёт собственные узоры событий… и вот — они всё же встретились. Пусть и при не совсем обычных обстоятельствах.

— И ведь какова нахалка, — в этот момент на морде Марука даже промелькнуло что-то вроде уважения вперемешку с досадой, — казалось бы, обычная беженка, и двух кругов тут не провела. Но нет, уже замахнулась на один из моих личных тайников, представляете⁈ Какая наглость! Но ничего, сейчас-то она узнает, что бывает с теми, кто осмеливается посягнуть на моё! И, кстати, хорошо, что вы здесь, — он неожиданно доброжелательно кивнул Сарефу и Кнуту, — будете свидетелями, чтобы потом Эрборин не капал мне на мозги за самосуд.

С этими словами он поднял хлыст и снова опустил его на спину Мимси, которая зажмурилась от боли, сдерживая крики. Сареф же лихорадочно соображал. Он понимал, что любое вмешательство сейчас может обернуться чудовищными рисками, проблемами и подозрениями. Что вся их операция, и без того хрупкая, ненадёжная и колоссально полагающаяся на случай, может после этого вмешательства полететь ко всем чертям. Но… он физически не мог смотреть на то, как беспомощную Мимси избивают. Потому что… 20 лет назад эта женщина оказалась единственным человеком, которая не побоялась вступиться за бесправного пятилетнего мальчика…

— Так, может быть, она хотела у вас работать, и таким образом продемонстрировала свои навыки, — заметил Сареф, стараясь, чтобы его голос звучал отстранённо, равнодушно и с минимальной долей интереса, словно это, действительно, всего лишь забавная ситуация, — если вы — Наблюдатель Теней, значит, вы выполняете работу, о которой вслух говорить не принято, но которую, тем не менее, выполнять надо ради блага всех жителей поселения. Поэтому к вам на работу вряд ли можно попасть по простому собеседованию.

— Хм, — Марук от этих слов, действительно, задумался и даже опустил руку, занесённую для следующего удара. Однако несколько секунд спустя он покачал головой и мягко сказал, — любопытно, но нет. Если ты хочешь вступить в гильдию убийц, вряд ли для этого будет разумно пытаться убить главу этой гильдии. А примерно это сейчас и пыталась провернуть эта дрянь. Я готов оценить нестандартные и экзотические способы показать свои навыки, но это — перебор даже для меня. Но мне нравится, как ты оцениваешь мою работу, парень. И я запомню это. Обычно подопечные Керси в отношении моих ребят более… категоричны.

Марук снова поднял было хлыст… как теперь слово уже взял Кнут.

— Может быть, хотя бы спросим её, зачем ей понадобилось обворовывать тебя, Марук? Если ты хочешь, чтобы мы потом свидетельствовали за тебя перед Эрборином, нам нужно знать причины! Не говоря уже о том, что это банально странно: беженка, которая не провела в Перекрёстке и двух кругов, полезла обворовывать лично тебя. Мало того, она узнала, где именно это надо делать. Вам всем это не кажется подозрительным?

Сареф с досады прикусил язык. Ну, разумеется, начинать надо было именно с этого. Понятно, что подручные Марука молчали, потому что не хотели попадать под горячую руку, но он-то, с его-то Интеллектом⁈

— Что ж… вопрос имеет право на жизнь, — Марук снова поднял Мимси, впрочем, теперь уже за шиворот, а не волосы, — давай, мерзавка. Поведай же, для чего ты это затеяла⁈

— Вы… вы не понимаете… — всхлипывая, прохрипела Мимси, — моя дочь… она умерла! Но… вместе с тем… не умерла! Её можно вернуть, можно… нужен только источник силы… и мою дочь можно будет вернуть…

— Понятно. Она сумасшедшая, — пожал плечами Сареф, — я понимаю вашу ярость, уважаемый Марук, я и сам бы разозлился, если бы меня пытались обокрасть. Но, судя по всему, если вы будете избивать её дальше — то ничего не добьётесь.

— Но откуда ты узнала, где и что надо красть? — сурово спросил её Кнут.

— Голоса… сказали мне, где искать, — всхлипнула Мимси, — источники силы… и я почти сумела… я сняла Печать Изумрудов, Печать Аметистов, Печать Серебра… я бы смогла, смогла, ах, будьте вы все прокляты, прокляты!