— Любит? — подозрительно уточнила Ванда, — тогда… мне это не подойдёт. Потому что если этот ваш Хэнни попытается меня… полюбить, я это терпеть не стану! А в мои планы не входит стать отверженной, которой здесь никто не даст и крошки еды.

Эти слова произвели самый неожиданный эффект: Джи-Джи и Энью переглянулись, после чего уставились в землю, словно увидели что-то непристойное. После чего карлик осторожно заговорил:

— Нет, девочка… этого ты можешь не бояться. У Хэнни была избранница, которая ушла из жизни много Великих Кругов назад. И… даже если бы это ему было интересно — у него каждый день в ногах валяются десятки самых роскошных самок, которые могли бы принесли самое сильное и здоровое потомство. Ему нет никаких причин пытаться брать тебя силой.

— Ну что ж… если так — то, наверное, стоит попробовать. После того, как я потеряла своего избранника, — она вздохнула, — наверное, даже лучше, если у меня сразу будет работа, которая позволит отвлечься от… всего этого.

— Вот и чудесно, — карлик повернулся к змею, — Джи-Джи, ты же будешь так добр отвести девушку к Хэнни?

— Ага, а ты за это время приберёшь в свои склизкие ручонки Месса? — тут же парировал Джи-Джи, — щас! Мне тоже нужен помощник!

— Зачем тебе такой помощник? — удивлённо спросил Энью, — ты и сам вполне справляешься с тем, чтобы подтирать слёзки и сопельки всем нуждающимся. Дар Месса должен послужить…

— Тому, чтобы ты ещё лучше везде совал свой нос? — вспылил Джи-Джи, — хватит с тебя и того, что на тебя работает каждый десятый Житель Перекрёстка! Дар Месса…

— Так, стоп, стоп, стоп, — прервал их Месс, — о чём вы спорите?

— Твои способности уникальны, Месс, — честно ответил ему Джи-Джи, — Хаос очень редко отмечает своим даром других существ… ну, вернее, они очень редко после этого остаются в здравом уме и твёрдой памяти так, как это случилось с тобой.

— Мне об этом прекрасно известно, — холодно ответил Месс, — я 36 лет… или, по вашему, 40 циклов жил с разумом ребёнка, которому едва хватало ума поддерживать себя в чистоте.

— Да, разумеется, — тут же кивнул Джи-Джи, — однако сейчас твой замечательный дар…

— Должен послужить чему-то большему, чем поиск бедных и несчастных! — рассердился Энью, — и ты это знаешь!

С несколько секунд они сердито друг на друга смотрели, после чего грустно вздохнули.

— Мы же ведь подерёмся? — угрюмо спросил Энью.

— Обязательно подерёмся, — кивнул Джи-Джи.

— Ну… тогда ни тебе, ни мне? — всё так же безрадостно спросил Энью, — отведём его к Эрборину? Или к Скру?

— Это ещё кто такие? — подозрительно спросил Месс.

— Эрборин — Наблюдатель Справедливости. Он, когда это необходимо, вершит суд и выносит приговор, — ответил Джи-Джи, после чего нехотя добавил, — он тоже давно ищет себе помощника… и, признаться, было бы очень полезно, если бы за его спиной стоял кто-то, кто мог бы взглянуть в сердце приговорённого и подтвердить, достоин ли он своего приговора — или же заслуживает ещё один шанс.

Энью уныло кивнул. И после этого Сареф невольно начал проникаться к ним обоим уважением. Эти двое явно очень любили свои сферы влияния… но они были готовы отказаться от потенциального помощника ради той сферы, которую оба тоже считали важной. И Сареф их понимал… ему ли не знать, как скора и сурова на расправу людская молва.

— А Скру — это Наблюдатель Волшебства, — продолжил Энью, — все, кто обладает способностями подчинять стихии или другие силы — они все обучаются у Скру. Как вы можете понимать, его сфера влияния может пересекаться с другими… ведь его ученики потом могут пойти и в охотники, и стражи, и в шпионы, и даже в переговорщики…

— Это всё, конечно, мило, но я не хочу ничего решать, пока не узнаю, что будет с моим сыном, — заявил Месс.

— Прошу прощения… вашим сыном? — вежливо уточнил Энью.

— Ах да, я не упомянул, — тут же заговорил Джи-Джи, — дело в том, что… этот хилереми, Хим… у него раньше был хозяин… вернее, он и сейчас есть, — тут же добавил змей после того, как Сареф наградил его свирепым взглядом, — в общем, после того, как Месс принял лекарство из Хаоса, и оно сработало, на всю их семью объявили охоту. Нину убили, её внука поймали и пытали, свели его с ума… но его хилереми смог сбежать с душой своего хозяина. И так они с Мессом и попали в Хаос.

— Нина? Та самая? — удивлённо спросил Энью, — ну, тогда это многое объясняет. Действительно, если лекарство Хаоса исцелило то, что не могла вылечить Система — то местные власти от такого обязаны были взбеситься. Понимаю… Что ж, в таком случае, уважаемый Месс, это лишний повод для вас пойти работать на меня. Ведь, будучи моим шпионом, вы сможете приглядывать за хилереми вашего сына вне зависимости от того, какую деятельность он себе выберет.

— Ну, какая же ты подлая тварь, — бессильно прошипел Джи-Джи.

— Что поделать, — Энью, как показалось Сарефу, даже с некоторой долей сочувствия посмотрел на синего змея, — каждый из нас считает свою сферу влияния самой важной.

— Мне кажется, мы могли бы обсудить такие важные вопросы в более приятной обстановке, — неожиданно сказал Сареф, — может быть, вы пригласили бы нас в заведение этого самого Хэнни? Мы бы убедились, что Ванда пройдёт его критерии и будет там работать. Да и вообще… мы проголодались.

— Отличная идея, — неожиданно с энтузиазмом кивнул Энью, — а то что-то мы какие-то негостеприимные. Бедные беженцы только прибыли — а мы уже жадно делим их, как куски мяса. Что ж, уважаемые Ванда, Хим, Месс, следуйте за нами.

— Эй, а как же я? — удивлённо спросил Стив.

— А что тебе, гибрид? — Энью даже не повернулся в его сторону, — найди кого-то из своих, да и прибейся к ним в стаю. Не потеряешься.

— Опять, — сердито заявил Джи-Джи, — Энью, твоё высокомерие когда-нибудь выйдет тебе боком, я тебе это точно говорю!

— А что я могу сделать? — с искренним удивлением спросил Энью, — мне не нужны гибриды. Они вообще никому не нужны. Они бестолковые, недисциплинированные и совершенно бесполезные. Они могут только жрать, спать и драться за самок. Даже Хэнни их у себя не жалует.

— Я за него лично поручусь. Пошли с нами, Стив. Не обращай внимания на Энью, он просто слишком предвзятый. Мы найдём тебе место, обещаю.

Стив, поникший после такого пренебрежения, поплёлся за ними, старательно отыгрывая то, как сильно его это задело. Сареф же лихорадочно размышлял, пользуясь выигранным временем.

С одной стороны, даже в аспекте их миссии разделиться и заняться сбором информации звучало вполне здраво… но уж слишком быстро их разводили в разные стороны. Если позволить разделить себя сейчас — то велика вероятность, что после этого они уже не смогут найти друг друга в огромном, огромном Перекрёстке. Поэтому стоило хотя бы зафиксировать общую точку сбора в приюте этого Хэнни, где будет работать Ванда, и куда свободно могут прийти они трое. А после этого уже можно свободно думать о том, какой род деятельности для себя здесь выбрать…

Глава 10.

Странное дело — вроде бы в течение разговора они шли по невзрачному переулку, где практически никого не было, и куда даже шум Перекрёстка доносился так, словно эта жизнь кипела не на соседней улице, а где-то далеко. Теперь же Энью было достаточно один раз свернуть в сторону для того, чтобы они снова оказались на оживлённой улице, по которой десятки и сотни самых диковинных существ спешат по своим делам. Сареф даже заподозрил, что Энью как-то умеет манипулировать пространством. Потому что, в противном случае… как бы уничижительно это ни звучало, но не было другой причины тому, что этот карлик на своих коротких ножках держал под контролем такое огромное поселение.

Дополнительно это подчёркивало и отношение к ним прохожих. Когда их сопровождал только Джи-Джи, к нему относились так же, как и к любому другому жителю Перекрёстка, то есть давали ему дорогу. И даже самые высокие, сильные и массивные существа внимательно следили за тем, куда они ставят свои ноги, лапы и копыта. Теперь же, когда к ним присоединился Энью… на него смотрели с явным страхом, уходили в сторону, некоторые даже шарахались, видя, что он идёт им навстречу. После такого уже не возникало сомнений, что этот карлик ведёт учёт всем грешкам местных жителей, даже самым мелким… и в любой момент как сам Энью, так и его подопечные могли взять тебя за загривок и спросить за твоё нехорошее поведение.