Раум кинул на меня спокойный взгляд, но в его глазах блеснул острый свет: недовольства или что‑то иное?

— Вы просто можете это правило отменить и ввести новое, если хотите, — ответил он.

Ожидая, что меня, наоборот, должны были осадить, я растерялась.

— Почему это я могу? Кто я такая?

Раум остановился и повернулся ко мне.

— Госпожа Аурая, вам стоит быть более аккуратной в словах. Хоть никто в глаза вам этого не скажет никогда, но если вы будете перед другими себя принижать, это будет означать, что вы совсем не понимаете свой статус.

— А что в этом такого? — я пожала плечами. — Особа неизвестного происхождения с человеческой планеты, без сил и статуса. Что же во мне такого примечательного?

Раум сжал губы, прищурился и огляделся, словно проверял не подслушивают ли нас.

— Госпожа, вы специально? — как‑то устало произнёс мужчина. — Не важно ваше происхождение: ромары никогда не смотрят на него. Важно то, кто вы такая сама по себе. А вы — сильный представитель рода эромо. Я бы даже сказал, самый сильный. Вас даже господин по силе не победит.

— Что ты имеешь в виду? — если сначала я хотела только проверить, как же ко мне относятся здесь, то сейчас вообще не понимала, как реагировать.

— Вы — одна из немногих, рождённых в роду эромо, с силой великой Сесиль. Я не слишком хорошо знаю подробности её силы — это тайна эромо, — но все девушки этого рода, имеющие эту силу, были лучшими из лучших. Вы способны видеть будущее, читать людей как открытую книгу, и лучше вас никто не способен стабилизировать психическую силу любого ромара. Для мужчин нашего рода вы — как сама богиня.

Открыв рот от неожиданности, я смотрела на Раума. Тот же, словно от смущения, выпрямился, кашлянул в кулак и, повернувшись, пошёл дальше.

— Подожди, и это всё?

— Я думаю, вам стоит посетить род эромо. Нынешний правитель приходится вам каким‑то родственником. Думаю, он будет рад вашему приезду.

— Не уверена, — пробурчала я.

— Если вы так считаете, значит, будет не очень рад.

Остановившись, я с открытым ртом смотрела на удаляющегося Раума. «Да что, чёрт возьми, происходит? Кто я вообще такая?» — пронеслось в голове.

Раум больше ни слова не произнёс, а я не хотела снова получать потом информацию — со старой бы разобраться.

— Добро пожаловать в главный дворец рода Аурая. Это сердце Самираны — дворец золотого Калура, — объявил Раум.

Он открыл небольшую кованную чёрную калитку, позволяя мне во всей красе заходящего солнца оценить вид дворца. Величественное здание напоминало замок в восточном стиле с элементами средневековой Европы далёких времён. Да и в целом здание очень сильно походило на те, что я видела на картинках по истории архитектуры Голубого оазиса, когда планета ещё даже не вступила в космическую эпоху.

— Он так напоминает что‑то земное, — пробормотала я.

— На самом деле это архитектура ромаров, уходящая корнями к основанию Вселенной, — пояснил Раум.

— А как же земные постройки?

— Вы будете удивлены, но все постройки во Вселенной, независимо от того, на какой планете и какой расой или родом они возводились, имеют схожие черты. Земляне не были исключением. Просто они забыли всё это в процессе эволюции, пока вновь не вернулись в космос.

— Даже на других планетах?

— Да, на всех. Вам стоит побывать на многих из них, особенно на тех, где живут, как считают, самые древние роды. И своими глазами всё увидеть.

— А сколько лет этому зданию?

— Дворец перестраивается каждые семьсот–тысячу лет почти с нуля.

— Почему?

— Ничего не бывает вечно. Каждый хранитель строит здание под себя.

— Это задумка Карлана? — я удивлённо воскликнула, показывая пальцем на здание.

— Вы верно подметили. Господин перестроил это здание. Последние ремонтные работы были окончены два года назад. Но внутри убранство в большинстве комнат отсутствует — господин не видел необходимости их обустраивать.

— Но почему?

— Ему хватало самого необходимого. В итоге во дворце задействовано лишь порядка десяти комнат, половину из которых занимают слуги.

Застонав, я прикрыла глаза. «Это уж совсем», — подумала я.

— Можете это всё обставить, — предложила я.

«Заманчиво», — мелькнула в голове дикая, но очень приятная мысль.

— Могу?

— Да. Часть мебели была уничтожена, но некоторые вещи ещё остались. Старый антиквариат, зеркала, посуда — всё в целости и сохранности. Есть люстры и другие украшения из драгоценных металлов и камней. Тканевые предметы интерьера, к сожалению, господин приказал уничтожить — они были слишком старыми.

— Но разве это правильно?

— Вы же хозяйка? А кто, как не хозяйка, должна этим заниматься?

Растерянно осмотрев огромный дворец, я облизнула пересохшие от волнения губы. Я, конечно, мечтала о своём доме. Но, давайте откровенно, не о таком большом — максимум на пару жилых комнат. Но мысль обставить нечто такое грандиозное буквально поглотила меня.

— Раум, — я выпрямилась, одёргивая ткань платья, — завтра всё мне покажешь.

— Будет исполнено, госпожа, — галантно поклонился дворецкий. — Пока позвольте показать вам вашу комнату.

Меня проводили в небольшое помещение на первом этаже, недалеко от столовой. Конечно, как и сказал Раум, комнаты, через которые мы прошли, были почти пустыми: кресла, столики и пара диванов. Никаких украшений и предметов интерьера. Исключение — тяжёлые чёрные шторы. Многие комнаты и вовсе были закрыты.

— Прошу, это ваша комната, — произнёс дворецкий.

Пройдя внутрь, я огляделась. Даже у тёти я жила в помещении побольше. В комнате умещалась только большая двуспальная кровать и одно кресло. Зеркало на двери шкафа было наполовину накрыто тканью.

— И он так жил? — тихо спросила я, невольно представляя, каково это — существовать в такой аскетичной обстановке.

— Двадцать два последних года.

— А что его… — я замялась, не понимая, о чём вообще хотела спросить.

— У господина никогда не было женщины. Вы первая, кого он привёл в дом. Для нас, слуг, это большая радость — за все семьдесят пять лет у господина не было девушки. Конечно, до становления хранителем у него не было девушки, а после — и святой.