— Не очень хочется гневить толпу твоих фанаток. Я, пожалуй, откажусь от такого предложения.
Улыбка на миг померкла на чужих губах.
— Жестоко, — заметил парень.
Пожав плечами, я закрыла глаза, давая понять, что больше обсуждать эту тему не намерена.
— Хоть и справедливо, — в голосе опять послышалась улыбка.
Мы посидели немного молча. Я краем сознания сосредоточила все мысли и чувства на собеседнике, не сильно стараясь форсировать какие‑то события. Всё же больше интерес вызывало ожидание того, что ещё он хочет сделать.
Послышался шорох, после чего моё ухо коснулся чужой шёпот:
— Может, тогда поучимся здесь?
Горячее дыхание обожгло кожу, пуская табун мурашек куда‑то в центр груди. Жар вспыхнул на щеках. Память услужливо подкинула воспоминания жарких объятий и горячей кожи.
Открыла глаза и тут же поймала взгляд бездонных тёмных глаз. Минута, две — не знаю, сколько прошло времени, пока мы изучали друг друга. Когда чужие губы потянулись к моим, в душе шевельнулось чувство отторжения — я дёрнулась и выпрямилась, спугнув Рэя.
— У меня нет с собой ничего.
Парень слегка нахмурился, словно не ожидал, что ему могут отказать. Только вот какой отказ — от совместной учёбы или в поцелуе — расстроил его, я не понимала.
— Жаль, думал, мы сможем больше провести времени вместе.
Я растерянно огляделась, пытаясь придумать хоть что‑то. Но в голове, как на зло, не было ни одной подходящей идеи.
— Можно только поговорить, — издала я нервный смешок.
Парень улыбнулся — видимо, предложение ему понравилось.
— Предлагай тему, — с прищуром проговорил он.
— Эм… — я замялась. О чём можно спросить? Где грань той дозволенности?
— Парад! — воскликнула я, словно найдя ответ. — Я мало что о нём знаю.
Рэй откинулся на спинку дивана. Чужая рука потянулась к моей. Длинные, слегка грубоватые пальцы схватили два моих пальца и потерли.
— Не думал, что тебя интересует подобное.
— Но это правда, — как‑то пробурчала я, надув губы.
Видимо, мой вид настолько позабавил «принца», что он рассмеялся.
— Прости, прости, я понял.
Пальцы, ощущая чужое тепло, медленно передавали его дальше — по руке к плечу.
— Тогда что ты хочешь узнать?
Чужая рука была сухой и горячей, мужские пальцы — толще и длиннее моих. Но я совершенно не понимала себя. Пытаясь умом доказать, что это Рэй — парень из сна… возможно.
Мысленно сопоставляя жар чужих пальцев, которые держали мои сейчас, и жар крепкого тела из сна, я не видела сходства. Обманчивость может стоить слишком дорого — это я усвоила много лет назад.
Постаравшись не делать резких движений, я медленно отняла руку, испытав облегчение, когда места, которые раньше контактировали с чужой кожей, обдало лёгким ветерком — словно сдувая неприятное наваждение.
Я задумалась, потирая руку об руку, и постаралась вернуться мыслями к разговору.
На самом деле о параде я знала мало. Он хоть и проводился каждый год, но ни участвовать, ни как‑то касаться его мне не приходилось. А всю информацию я могла узнать только из сети, где о параде явно рассказывали поверхностно.
— Ну, я знаю не больше обычных людей. Поэтому можно рассказать всё.
Рэй, оторвав взгляд от места, где раньше лежали наши руки, а теперь лежала только его, с сомнением посмотрел на меня.
— Что‑то не так? — спросила я в ответ на его взгляд.
Он покачал головой:
— Не думал, что дочь семьи Амал не знает о параде. Твой отец тоже принимает в нём участие как командир одного из авианосцев.
— Обстоятельства, — пробурчала я, не спеша раскрывать свои взаимоотношения с семьёй.
— Что ж… — Рэй откинулся на спинку дивана, закинув ногу на ногу. — Событие скучное и крупное. Обычно на нём собирается куда меньше кораблей флота и войск, но в этом году — круглая дата. К тому же она знаменательная для Совета Союза: в этот раз несколько коалиций собираются представить своих преемников.
— Преемники — будущие политики и военные?
— Нет, преемники родов. В Совет, как ты знаешь, входят по три представителя от каждой коалиции. А вот кто именно это будет, каждая коалиция решает сама. Чаще всего представителями становятся члены ведущих родов коалиций. Исключение — у Четвёртой. Эромо — единственная раса, правящая этой коалицией. Ведущих родов у них всего два, поэтому они как‑то по своим задумкам отправляют представителей.
— А в Третьей коалиции сколько ведущих родов? — полюбопытствовала я.
Рэй замолчал, отвернулся, обдумывая ответ — или же просто не хотел его давать. Спустя минуту тишины я поняла, что ответа ждать не стоит, и уже решила задать другой вопрос.
— У нас всего один правящий род. Но там всё слишком сложно. В любом случае мне переживать об этом нет смысла.
— Ты станешь преемником в Совет?
— Не знаю, — хмыкнул Рэй. — Это будет зависеть не от меня.
— О‑о, — я округлила губы в удивлении. — Тогда почему?..
Вопрос оборвался и повис в воздухе. Запоздало я поняла, что задавать его не стоило.
— Ну, наш род непростой, как уже говорил. Когда‑нибудь и сама всё поймёшь.
— А кого ещё должны представить? — постаралась сместить тему в другом направлении.
— Не знаю даже. Отец говорил, что должны присутствовать около восьми возможных преемников. В любом случае довольно скучное мероприятие. Званый вечер пройдёт незадолго до парада, так что придётся приехать туда раньше и провести больше времени.
— Но это же столица Союза.
— И что, — фыркнул Рэй. — Меня это мало волнует. Я не интересуюсь всякими побрякушками. Больше всего хочу оттачивать свои навыки.
Я припомнила субботнюю перепалку Рэя с Сударом. Возможно, рана Рэя куда глубже — этот вопрос его явно беспокоит. У каждого из нас есть свои проблемы, которые отнимают всё время и которые маниакально хочется решить.
— У тебя всё получится, — стараясь придать голосу больше уверенности, проговорила я.
— Спасибо, — радостно улыбнулся парень. — Я знал, что ты меня поддержишь.
— А что ещё можешь рассказать о параде? Вы же в среду улетаете?
