— А если я это не надену? — насупилась Эми.
— Тогда я настоятельно попрошу вас пересесть воо-н за тот столик. Он, конечно, рядом с туалетом, но зато не попадет на видео-отчет о вечеринке. Клиентам хочется полной аутентичности.
— Я, вообще-то, тоже клиент!
Официантка реплику проигнорировала и кивнула на хламиду.
— Дорогая, позволь тебе помочь, — поднялся Джесс, едва сдерживая смех.
Официантка фыркнула и удалилась, сердито цокая каблуками. Эми тоже вышла из-за стола.
— Что за бред! Первый раз с таким сталкиваюсь!
— Вообще-то у них на двери ресторана висит объявление, где предупреждают, что с полуночи — спец. обслуживание и в качестве пропуска обязательны костюмы нечисти.
Эми, кажется, видела какую-то пеструю табличку, но не обратила внимания на текст. Она развела руки, надевая «распашонку», а Джесс обошел ее, встал за спиной и стал завязывать тесемки. Случайно или намеренно, но его пальцы скользнули по шее девушки, мимолетной лаской коснулись шелковистых волос. Эми затаила дыхание. Джесс, напротив, задышал часто и глубоко.
— Ты скоро? — наконец решилась прервать неловкую паузу девушка, — ты же меня не в смирительную рубашку облачаешь!
— Очень мило, — оценил Джесс, возвращаясь на место и глядя, как она расправляет на груди ткань с рисунком кровоточащего сердца.
— Ага, осталось только лицо набелить. Может, муки у них попросить, для полного соответствия?
В ресторане, между делом, расторопные официанты сменили фон. Сами надели маски и ободки с рожками, на барной стойке расставили бесплатное угощение: стаканы с «кровью» (красным вином и гранатовым соком). На незанятых столиках появились черные скатерти-паутинки, на окнах зажглись свечи, а лампы выключили, и ресторан погрузился в полумрак. То ли романтический, то ли пугающий…
— Пожарного инспектора на них нет, — хмуро бросила Эми, — сейчас кто-нибудь напьется, заденет свечу и устроит пожар. Ой…
— Я от своих предсмертных страхов давно избавился.
Словно в подтверждение своих слов Джесс осторожно провел рукой над свечой, которую принес на их столик официант. Пламя задрожало, и по стенам заплясали тени. Эми поежилась.
— Дурацкая это все-таки затея, — пожаловалась она. — Завтрашний праздник мне больше по душе. К потустороннему миру нужно относиться с почтением, а не с насмешками.
— Смех — лучшее средство от страха, а люди всегда боялись смерти, — парировал Джесс. — Думаю, многие бы оценили шутку, что среди них сегодня находится оживший призрак…
— Ты завидуешь им? — тихо спросила Эми.
Джесс пожал плечами:
— Я давно смирился с текущим положением вещей, Эми. Одна ночь в году — уже подарок, особенно когда можно провести ее в такой приятной компании.
Их разделяло лишь дрожащее пламя свечи. Молчание стало тягучим, жарким, от взгляда темных глаз у Эми кружилась голова.
В этот момент в зале включили музыку, бодрую, ритмичную, но со зловещим подвыванием в проигрышах. Вечеринка началась. Эми вздохнула и принялась за еду — доверительно общаться в такой обстановке было просто невозможно! Джесс заказал вина, но не того, что стояло на стойке, а коллекционного, одного из самых дорогих в меню. Пригубил. Повертел бокалом, глядя, как отражается в стекле пламя свечи.
— Да, это, конечно, не то. Кстати, Эми, забыл сказать: помимо украшений, что мы сегодня раздобыли, — Джесс похлопал рукой по рюкзаку, — где-то в глубине, под развалинами сохранилась пара бочек с вином. Уверен, за него дадут хорошую цену.
— Почему развалины до сих пор не исследовали?
— Это место считалось проклятым. Замок колдуна… И люди старались обходить пожарище стороной. Даже деревню покинули.
— В наше время этим никого не отпугнешь, скорее, наоборот.
Джесс покачал мизинцем серьгу:
— Ну, и ваше время… По крайней мере, в мое последнее пробуждение я, скажем так, отваживал любопытных, решивших заглянуть туда.
— То есть, воздействовал на них?
— Да. Я хотел сохранить клад до особого момента, хотя не знал, что мне выпадет такой шанс — получить возможность общаться с тобой, будучи призраком… Зато теперь ты сможешь осуществить свои мечты, и мне это греет душу.
Эми смутилась. Как же ей хотелось поверить, что Джесс и впрямь не замышлял ничего плохого!
— Но почему ты дождался именно сегодняшнего дня, чтобы приехать сюда?
— Я предполагал, что может понадобиться моя помощь. И потом, не хотел, чтобы ты была в дороге одна с таким содержимым в рюкзаке. Мало ли, что может случиться…
— Но ты же можешь отпугнуть любого, — усмехнулась Эми.
— То есть, ты мне, по-прежнему, не веришь?
Девушка упрямо помотала головой.
— И какова твоя версия?
— Как ты и предупреждал в шутку. Принесешь меня в жертву темным силам и получишь возможность вернуться. Не на один день. А навсегда. Как раз и ночь подходящая.
Джесс стукнул кулаком по столу так, что подпрыгнули тарелки. Тут же к ним подошел официант.
— Все в порядке?
— Да, да, — поспешно сказала Эми, и когда тот отошел, периодически оглядываясь на них, сказала Джессу.
— Ты сам виноват. Темнил, умалчивал, уходил от ответа. А теперь хочешь, чтобы я взяла и просто так тебе поверила?
Джесс опустил глаза. Это тупик! Неужели заветную ночь, которую он так ждал, они проведут, перебрасываясь упреками! Оставить Эми? Нет, это было выше его сил! И в этот момент она протянула руку и осторожно погладила пальцем след от своего укуса, еще сочащегося сукровицей. Почему Джесс не забинтовал руку? И неужели она так сильно его укусила? Джесс задохнулся от нахлынувших ощущений, перехватил ее пальцы, и на этот раз Эми руку не убрала.
— Я хочу тебе поверить, понимаешь? — прошептала она. — Но страх сильнее.
Джесс подозвал официанта, запросив счет. Расплатился, перекинул через плечо рюкзак и, не отпуская руки Эми, решительно потянул ее за собой. Какими глупыми казались ей истории о том, когда девушки связывались с негодяями и подлецами, поддавались их власти, даже понимая, что влезут в неприятности. А теперь сама, не в силах сопротивляться его воле, пошла за ним. Взволнованная. Покорная. Готовая принять свою судьбу.
Они перешли улицу. Джесс снял пиджак и накинул его девушке на плечи:
— Прости, но твое пальто я потерял где-то в лесу. Ты сможешь вести машину? — спросил он.
— Да, но… — Эми растерялась.
Она думала, что Джесс ведет ее в гостиницу. Жаркая краска стыда опалила щеки.
— Тогда поехали домой.
Рюкзак он положил на заднее сиденье, потом, подумав, вытащил из уха серьгу, стащил с пальцев перстни — все, кроме того, на котором было заклятье, и сунул их в рюкзак. Уселся на переднее сиденье. Эми завела мотор и осторожно вырулила со стоянки. Часы, мигающие на панели, показывали три часа ночи. Всего несколько часов…Эми вцепилась в руль. Только бы глупостей не натворить!
— Расскажи мне… Расскажи мне все, — попросила она.
Джесс, который не меньше ее боролся с собой, охотно откликнулся. Он рассказывал о том, как любил играть в прятки со слугой, залезая в матушкины сундуки. Вспоминал запах соснового бора в окрестностях замка в августе, когда смола на стволах тает от жаркого солнца. Перечислял города, которые ему удалось посетить и людей, которых он повидал. Он говорил только о своей жизни. Настоящей жизни. О тех тридцати годах, что он прожил обычным человеком на этой земле.
Эми ехала медленнее, чем обычно, оправдывая себя тем, что на ночной трассе следует быть осторожнее. Словно можно было обмануть время. Когда на горизонте показалось созвездие городских огней, а на панели замигали цифры «06: 10», Джесс выдохнул:
— Светает. Эми, останови машину.
Она выбрала подходящее место и съехала на обочину.
— Выходи! — скомандовал Джесс.
Она подчинилась. Джесс крепко-крепко сжал ее руку и повел туда, где деревья расступались, и было видно розовеющее на востоке небо. С минуту они стояли, наблюдая, как небесный художник добавляет новых красок, расчерчивая горизонт нежно-голубым, перламутровым, сиреневым. Потом Джесс повернулся к девушке, притянул ее к себе и выдохнул в призывно раскрытые губы:
