— Боюсь, два свидания в один день — это будет перебор.

— Да, ладно, — возразила она и потянула меня обратно.

— Вот себе его и бери, — зашипела я сердито, но Беата хихикнула:

— У меня такого добра в Чехии полно, и потом я скоро уезжаю, а этот экземпляр — явно не для краткосрочных интрижек.

Я вздохнула, понимая, что меня ждет. Умению Беаты клеить парней позавидовала бы любая! А, тем более, клеить их для своей непутевой подруги. Пару минут мы покружились возле стенда, потом Беата обратилась к мужчине с каким-то нейтральным вопросом, и вот уже мы оживленно беседуем, причем подруга ненавязчиво выставляет меня перед нашим новым знакомцем в выгодном свете.

Мартон оказался менеджером фирмы, поставляющим профессиональное оборудование для салонов красоты, что вполне оправдывало его присутствие на выставке.

— Девушки, не желаете выпить кофе и продолжить нашу увлекательную беседу? — предложил он.

Мы, конечно, согласились, и поднялись в кафе на втором этаже, откуда открывался вид на людской муравейник. Мартон (особенно по контрасту с Элеком) оказался весьма приятным собеседником. Голос у него был мягкий, манеры непринужденные.

— Ну, а вы чем занимаетесь?

— Я путешествую по миру, трачу деньги жениха и оправдываю это гордым званием тревел-блогера, — заявила Беата, обозначив, что она занята.

— А вы, Эми? — спросил у меня Мартон.

— А Эми, в отличие от меня, занята благородным и полезным обществу делом — до недавних пор она работала в службе социальной поддержки.

— А теперь?

— А теперь она решила сменить сферу деятельности и заняться кулинарией. Несколько модных заведений практически дерутся за право считать ее своим кондитером, так как ее выпечка — просто божественна!

Ох, и зачем я поделилась с ней своими планами!

Мартон улыбнулся и посмотрел на меня:

— А сама Эми разговаривать умеет, или вы по совместительству работаете ее рекламным агентом?

Я, кажется, покраснела, а Беата вполне убедительно изобразила раскаяние:

— Ой, простите, я — большая болтушка и…

Тут у нее зазвонил телефон. Черт, я знаю эту уловку — пару минут назад она завела будильник, и теперь, ловко сымитирует телефонный разговор и исчезнет под предлогом важной встречи. Так и произошло. Беата подмигнула мне и, извинившись, упорхнула. Заплатить за кофе Мартон ей не позволил.

Когда она ушла, пару минут я отчаянно краснела под мягким взглядом Мартона, и, наконец, не выдержала:

— Простите. Поверьте, это произошло без инициативы с моей стороны!

— Нестрашно, — улыбнулся он, поворачивая на столе чашку, — вернее, я даже рад. Я заметил вас, Эми, еще когда вы перебирали флаконы в парфюмерной секции, но никак не придумал, как к вам подступиться. Беда современного общества — поставить лайк в инстаграме, чтобы заявить о намерении познакомиться — легко, а вот сделать это без прикрытия сетей…

Я немного расслабилась. А Мартон продолжал:

— Так, значит, вы решили сменить профессию? Поддаетесь модному принципу «выйди из зоны комфорта» или и впрямь определились с призванием?

Его интерес к моим планам был искренним, и мне это польстило. Приятно выступать полноправным участником беседы, а не декорацией для демонстрации чужого самолюбования.

— Это пока только планы. В социальную сферу я пошла, руководствуясь, скорее разумом и чувством долга. Но, знаете, матери Терезы из меня не вышло. Видеть людскую растерянность и отчаяние, помогать, но понимать, что система — штука инертная, не так просто что-то изменить.

— И втиснуть реальные ситуации в рамки формальных отчетов для министерства было сложно? — уточнил Мартон.

— Да! Но откуда…

— Я сам когда-то начинал с госслужбы, но вскоре понял, что с бюрократией бороться не хватит сил.

— И выбрали сферу, максимально далекую?

— Это? — он обвел рукой выставочный зал. — Нет, здесь все проще. У нас семейный бизнес. Но отцу недавно сделали операцию, пока он восстанавливается и отошел от дел, я ему помогаю. Раньше я отбрыкивался от сферы продаж, хотя теперь, в принципе, понял, что мне нравится общаться с людьми. А вы и впрямь так хорошо готовите, как сказала ваша подруга?

— Не знаю, — рассмеялась я, — это не мне судить. Наверное, вам нужно попробовать, чтобы решить.

— Что ж, если вы при случае пригласите меня отведать вашей выпечки, я буду очень рад! А пока…Эми, мне нужно вернуться к работе, но мне бы очень хотелось еще раз увидеться с вами в более спокойной обстановке. Что скажете?

А что тут скажешь? Я продиктовала Мартону свой номер телефона, и он тут же его набрал, убедившись, что его номер высветился на моем экране.

— Ну, вот, улыбнулся он, — теперь мы друг друга не потеряем.

Мы тепло распрощались. Мартон проводил меня до выхода, а сам вернулся к стенду своей фирмы. Не прошло и двух минут, как у меня зазвонил телефон.

— Может, я спешу, — сказал Мартон в трубку, и я почувствовала его улыбку, — но не хочу, чтобы договоренность о встрече оставалась размытой. Поужинаете со мной в этот четверг?

Я подумала… целых полсекунды и согласилась.

Ни о встрече с Элеком, ни, тем более, о знакомстве с Мартоном призракам я рассказывать не стала. Зачем преждевременно обнадеживать Себастьяна? Тем более, мне почему-то слабо верилось, что Элек и впрямь что-то разузнает. А если и так, то я сначала прочитаю материалы, а потом уже решу, что рассказывать Себу. Если он стал жертвой сектантов, нужно будет как-то подготовить его, что ли. Что касается Мартона, то все пока неопределенно, но очень мило. Как раз то, что я и хотела — противовес той жизни, что я вела в последнее время.

Если честно, я была так переполнена противоречивыми впечатлениями дня, что вечером не стала звать призраков. Но Джесс явился сам, правда, вновь окликнув меня из-за двери кладовой.

— Вы изменились, — заметил он.

Я и забыла, что на моем лице — праздничный макияж.

Поддавшись настроению, улыбнулась кокетливо:

— Вам нравится?

— Вы, Эми, прекрасны в любом обличье, но естественная красота мне нравится больше.

Он смотрел на меня как-то… непонятно. Молчание затягивалось. Я откашлялась и отвела глаза. Вот я идиотка. Джесс тоже отступил.

— Как прошла встреча? — спросил он меня, располагаясь на другом углу дивана.

Граф, который в последнее время баловал меня своим расположением и сейчас лежал под бочком, выгнулся и зашипел, но я успокаивающе почесала ему за ушком.

Я вспомнила теплую улыбку Мартона и смешливые искорки в его серых глазах, потом спохватилась, что Джесс спрашивает про Элека.

— Вы один? А Себ?

— Себ не в настроении. Зачем вы спрашиваете?

— Дело в том, что человек, с которым я сегодня встречалась, он детектив, у него частная разыскная фирма.

— Да, я… — Джесс сделал паузу, — догадался, что вы захотите привлечь кого-то к розыскам. И что же?

— Он согласился помочь нам. Весной он вел дело, связанное с сектой, и обещал поднять старые связи.

— Наверное, нет пока смысла говорить об этом Себастьяну, мало ли, что выяснится.

— Да, я тоже так думаю.

— Как приятно, — улыбнулся Джесс, — редкое единодушие.

— Почему вы все время насмешничаете? — не выдержала я.

Он потеребил сережку в ухе.

— Может, шутками я маскирую непреодолимое, пламенное влечение к вам, дорогая Эми!

— Ясно, — вздохнула я, — честного ответа я от вас не дождусь. Кстати, вам не кажется, что сегодня достаточно стылый вечер, да и ветер довольно сильно завывает в трубе…

— Это вы к чему? — нахмурился он.

— Это я к тому, что именно в таких условиях вы обещали поведать правду о том, что связывает вас с кольцом. Так что, еще не созрели?

— Нет, — твердо отказался он.

— Джесс, вы понимаете, что чем больше вы упираетесь, тем больше подозрений это вызывает.

— Понимаю, — вздохнул он и подался вперед, не обращая внимания на зашипевшего кота. — Эми, я обещаю, что обязательно вам все расскажу. Но… мне нужно время. А вы, вы, Эми, можете пообещать мне кое-что в ответ?