Я запустила его на всех шести каналах. Купол стал ровно-серым. Эльдар поставил камеру возле первого ряда, поднялся в галерею и попросил переключать каналы по одному.
- Первый.
Я оставила первый, остальные погасила.
- Второй.
Он отвечал из галереи через гарнитуру. Я меняла поля: серое, белое, красное, зелёное, синее. Святослав следил за показателями кластера. Дежурный оператор записывал время.
На четвёртом канале Эльдар попросил вернуть сетку.
- Какую?
- Геометрическую. Шаг десять.
Я вывела сетку. Тонкие белые линии легли на купол одинаковыми квадратами.
- Пятый вместе с четвёртым.
Включила соседний канал. На границе их изображений появилась едва заметная ступенька. По привычке я посмотрела выше, туда, где стык обычно выдавал себя быстрее. Там линии совпадали.
- Стоп, - сказал Эльдар. - Не меняйте сцену.
Он спустился, переставил камеру на два ряда левее и снова поднялся. Мне пришлось ждать у пульта, не понимая, что именно он увидел. Это раздражало сильнее его тона.
- У линии горизонта, третья горизонталь снизу, - сказал он.
Теперь я заметила. Белая линия подходила к границе ровно, на соседнем секторе начиналась чуть выше и через несколько метров возвращалась на место.
- Крепление? - спросил оператор.
- Пока вопрос, - ответил Эльдар. - Время после запуска?
- Двадцать семь минут, - сказал Святослав. - Система ещё прогревается.
- Температура в аппаратной?
- В пределах допуска.
- Покажите журнал.
Святослав не двинулся.
- Давайте закончим тест. Тепловой дрейф на старых проекторах обычен.
- Тогда сдвиг должен меняться плавно и проявляться шире, - сказал Эльдар. - Здесь локальная ступень.
- Маска смешения после прогрева выровняется.
- Возможно. Журнал.
Я обернулась к Святославу.
- У меня чтение сохранилось. Могу открыть.
- Климатический журнал не относится к авторскому архиву, - сказал он.
- Я в курсе.
Он подошёл к пульту и сам вывел таблицу на второй монитор. За последние сутки температура менялась меньше чем на половину градуса. Влажность тоже оставалась ровной.
Эльдар сфотографировал экран с номером журнала и временем.
- Для теплового объяснения мало, - сказал он.
- Это не лаборатория, - ответил Святослав. - Двери открываются, люди ходят.
- Поэтому и нужен полный график, а не одно значение.
Я снова посмотрела на сетку. Ступенька никуда не исчезла.
- Старый звёздный аппарат сейчас выключен, - сказала я. - Его оптика здесь ни при чём.
Эльдар повернулся ко мне.
- Я не говорил, что при чём.
- Двенадцать лет назад вам это не мешало.
Дежурный оператор опустил ручку. Святослав сделал вид, что его заинтересовал кластер.
Эльдар снял гарнитуру.
- Мы обсуждаем текущий тест или старый отчёт?
- Вы приехали к той же системе.
- От той системы здесь осталась половина.
- Главная половина.
- Вот поэтому мы и не закончили разговор тогда.
Я отключила сетку.
- Я не давала команду, - сказал Эльдар.
- Поле зафиксировано в журнале. Можно вернуть.
- Верните.
Я снова вывела сетку. Линия появилась с той же ступенькой.
Эльдар подошёл к центральному аппарату. Не коснулся его, только посмотрел на основание и проходы вокруг.
- Вы всё ещё считаете, что его надо убрать? - спросила я.
- Я считал, что нельзя держать весь зал на единственном аппарате без исправного резерва.
- В официальной выдержке было написано, что он не соответствует современной производственной схеме.
- Верно.
- И должен быть выведен из постоянной эксплуатации.
- До устранения единственной точки отказа.
Я вспомнила лист, который Яков принёс мне после того аудита. На нём стояла подпись Эльдара и фраза, обведённая красным.
- Там не было «до».
- Значит, вы читали не весь отчёт.
- Достаточно было страницы с выводами.
- Выводы занимали четыре страницы.
Он произнёс это без торжества. Просто сообщил число.
- Не путайте память учреждения с отказом от резервных систем, Мирра Савельевна. Сохранить аппарат и сделать вид, что он не способен остановить весь показ одной неисправностью, - разные задачи.
- Мы поставили цифровой комплекс.
- Через несколько месяцев после моего аудита. Значит, хотя бы приложения кто-то прочёл.
Святослав постучал пальцем по столу.
- Может, вернёмся в этот год?
- Согласен, - сказал Эльдар. - Дайте историю калибровочных профилей за последний месяц.
- В задании этого нет.
- Теперь есть основание запросить.
- Один сдвиг сетки не основание открывать системную историю внешнему человеку.
Эльдар достал из папки договор.
- Я не внешний человек, а инженер приёмки. Здесь есть доступ к технической документации в объёме, необходимом для проверки.
Святослав прочитал страницу.
- Через служебную заявку.
- Оформляйте.
- Согласование у директора.
- Зовите директора.
Яков появился через десять минут. Кто-то успел предупредить его, потому что вошёл он с готовой улыбкой и двумя стаканами воды.
- Эльдар Романович, рад видеть. Давно вы у нас не были.
- Двенадцать лет.
- А ощущение, будто вчера спорили.
Он протянул воду. Эльдар взял стакан, поставил на подоконник и не открыл.
- Что нашли?
Святослав заговорил первым:
- Небольшой сдвиг маски между четвёртым и пятым каналами. После полного прогрева повторим.
- Температура стабильна, - сказал Эльдар. - Нужны профили.
Яков посмотрел на сетку.
- Мирра, ты видела это раньше?
- Сегодня увидела после его указания.
Я могла сказать, что линия едва заметна, что в обычном показе зритель её не различит. Яков ждал именно такого ответа.
- На приёмке она быть не должна, - добавила я.
Эльдар коротко кивнул, но благодарности в этом не было.
- До юбилея осталось десять дней, - сказал Яков. - Мы не можем разбирать систему перед полным залом и журналистами.
- Я не предлагал разбирать систему.
- История профилей потянет проверку конфигурации. Святослав прав: дождёмся полного прогрева, поправим маску и закроем вопрос.
- Тогда мою подпись в акте не получите.
Яков всё ещё улыбался.
- Вы с Миррой удивительно постоянны. Один защищает резерв, другая память, а в итоге оба готовы остановить работу.
- Я готов остановить приёмку, - сказал Эльдар. - Работа идёт по действующему комплексу.
- Я не защищаю неисправность, - сказала я.
Яков перевёл взгляд на меня.
- Конечно. Просто ты сейчас утомлена и воспринимаешь любую техническую мелочь как угрозу.
- Моя усталость не сдвигает линию.
- Вот. Вы уже нашли общий язык, - сказал он, словно сам этого добивался.
Эльдар посмотрел на него без улыбки.
- Если вы рассчитывали, что старый спор сократит проверку, не получилось.
Яков отпил воду.
- Я рассчитывал, что опытные люди не станут устраивать кризис из одной тестовой сетки.
- Тогда покажите профили, и кризис закончится.
Святослав закрыл климатический журнал.
- Сегодня доступ не оформим. У меня проверка безопасности медиахранилища и ограниченные учётные записи.
- Калибровочные профили хранятся отдельно от авторского архива, - сказал Эльдар.
- Но доступ выдаёт одна служба.
- Подайте заявку сейчас.
- Эльдар Романович, - вмешался Яков, - подпишите остальную часть акта. На профиль вернёмся после юбилея. Я лично приглашу вас.
- После юбилея у меня другой объект.
- Тем более нет смысла задерживаться.
Эльдар посмотрел на часы.
- Следующий объект с пятницы. До него окно.
- Сегодня среда, - сказал Святослав.
- Я умею считать.
Он достал телефон, отошёл к первому ряду и позвонил. Говорил коротко: назвал объект, номер договора, попросил перенести выездную бригаду и продлить гостиницу. Потом выслушал ответ и убрал телефон.
