- А M-01?

- Техническое поручение.

- Чьё?

Святослав посмотрел на Эльдара.

- Вы здесь инженер или свидетель?

- Свидетель технического разговора. Вопрос задала Мирра.

- Тогда ответ у меня для Мирры.

- Поручение не объясняет, откуда у станции взялся сам токен. Кто принёс M-01 к OP-1?

- Никто мне его не передавал. Он лежал в прозрачном служебном конверте в запираемом ящике станции. На конверте стоял код задачи.

- Кто положил конверт?

- Я не видел. Получил системное уведомление, пришёл и открыл ящик своим ключом.

- Где конверт сейчас?

- Я оставил его в ящике. Что с ним было после блокировки станции, не знаю.

Он открыл планшет. Я ожидала новую строку журнала или пересланное письмо. Святослав показал PDF с заголовком «Распоряжение на диагностическую проверку юбилейной программы».

В тексте предписывалось создать рабочую копию утверждённого плейлиста, назначить архивный калибровочный профиль четвёртому каналу и провести короткую проверку синхронизации. Отдельной строкой разрешалось использовать M-01 для подготовки задачи. Внизу стояла моя фамилия и изображение подписи.

У распоряжения не было номера входящего документа, подписи второго сотрудника или отметки совета. В правом верхнем углу стоял только путь к внутренней папке и служебный код задачи. Дата приходилась на пятницу перед юбилейным сеансом.

- Почему этого нет в реестре поручений? - спросила я.

- Технические задачи не все проходят как входящие документы.

- Почему вы не приложили его к объяснению в воскресенье?

- Во вторник меня спрашивали о входе и вентиляции. Потом запретили менять станцию. Я оставил файл там, где получил.

- Документ, который якобы разрешает чужой токен и скрытую копию, вы считали не относящимся к происшествию?

- Я считал, что совет видит ту же папку.

- Откуда документ? - спросила я.

- Из внутренней папки технических поручений.

- Кто положил?

- Пришёл под вашей фамилией.

- Это не ответ.

- Другого у меня нет. Я увидел распоряжение, проверил подпись и выполнил.

Я наклонилась к экрану. Подпись была моей, но не поставленной на этом документе. Прямоугольник вставки чуть отличался по серому фону от белого листа. Через нижний росчерк проходила бледная синяя линия, а в правом углу оставался обрезанный фрагмент служебной надписи: «...47-А».

- Увеличьте.

Святослав развёл пальцы на экране. Фрагмент стал зернистым, но номер не исчез.

Акт № 47-А. Девять лет. Помета в неполной копии индекса. Утренний поиск под директорской учётной записью перед пресс-показом. И теперь его номер на краю моей подписи в распоряжении Святослава.

- Похоже, подпись взяли из старого акта, - сказала я.

- Это ваша подпись.

- Моя подпись на другом документе.

- Докажите.

- Пришлите PDF на зарегистрированный адрес совета.

- Он уже там. Я приложил к письменному объяснению после вашего приглашения.

Эльдар попросил открыть свойства файла. Святослав не возражал. PDF создали за день до юбилейного сеанса, но поле автора содержало общую служебную учётную запись. Имя исходного изображения подписи в свойствах не отображалось.

- Можно сохранить контрольную сумму? - спросил Эльдар.

- Совет уже получил файл. Считайте с моей копии тоже.

Эльдар записал сумму на отдельный лист и назвал её вслух для обоих диктофонов. Планшет не трогал и файл себе не пересылал.

Я отправила номер контрольной суммы секретарю совета. Через несколько минут пришёл короткий ответ: файл с такой же суммой зарегистрирован в приложении к объяснению Святослава в 16:52. Значит, он показывал нам тот же PDF, который передал Марату, а не специально изменённую копию на планшете. Происхождение подписи это не решало.

- До сегодняшнего приглашения файл был в приложении совета? - спросила я.

- Нет. Я приложил его сегодня.

- Почему только сегодня?

- Потому что сегодня вы впервые письменно связали мою работу с двумя командами и деньгами подрядчика. Теперь бумага нужна моей защите.

Он ответил прямо. От этого позднее появление распоряжения не стало менее удобным.

- Вы не могли считать такую проверку штатной, - сказала я. - Рабочая копия создавалась после заморозки конфигурации. Диагностическая команда попала в программу с полным залом.

- В распоряжении сказано проверить на юбилейной программе.

- Не запускать на зрителях.

- Вы много лет требовали проверять гибридную конфигурацию на реальном материале. Ваша подпись разрешала задачу.

- Скан подписи не разрешает ничего.

- Пока экспертиза не признала его вставленным, это документ с вашей подписью.

Он говорил спокойно. Не улыбался и не изображал победу. Защитная версия была подготовлена так же тщательно, как наши четыре страницы.

Я перевернула лист с подрядной перепиской.

- Вы обсуждали личную оплату, если совет заменит комплекс. Чем хуже выглядела старая система, тем выгоднее становился ваш будущий договор.

- Я обсуждал работу, которой ещё не существовало. Инженеры заранее разговаривают с поставщиками.

- Вы просили включить свои услуги отдельно от штатного обслуживания.

- Потому что координация замены не входит в мою зарплату системного администратора. Ни один ответ не гарантирует мне деньги.

- Но создаёт интерес.

- Интерес есть у всех. Вы сохраняете должность. Данилевский получает обследование. Подрядчик получает конкурс. Яков Сергеевич получает финансирование.

- А зрительница получила фиксатор на руку.

Святослав опустил взгляд на лист.

- Я не планировал травму.

- Что вы планировали?

- Выполнить поручение и показать нестабильность старой конфигурации в пределах короткой диагностики.

- Две команды работают независимо.

- Если ваш стенд воспроизводит их независимо, это ещё не значит, что они создавались разными людьми или с разным намерением.

- Мы этого и не утверждаем.

- Пока.

Эльдар переложил диктофон дальше от края. Красная точка записи продолжала гореть.

- Кто передал вам распоряжение? - спросил он.

- Файл находился во внутренней папке.

- Кто сообщил путь?

- Уведомление пришло от системы.

- Сохранено?

- В образе станции. Его снял внешний эксперт.

- Значит, ответ будет в проверке.

- Возможно.

Святослав закрыл планшет, но не встал.

- Я пришёл добровольно, потому что обвинение в саботаже разрушит мою работу раньше любого заключения. Если вы передадите журналистам, что я устроил аварию ради контракта, я отдам им распоряжение.

- С подписью, которую я на этом листе не ставила.

- Подписанное вами, пока не доказано обратное. И объясню свою версию.

- Какую?

- Вы знали, что директор готовит перевод и прекращение допуска. Заказали заметный сбой, чтобы остановить юбилейное объявление, показать себя единственным человеком, способным спасти зал, и сохранить должность. Потом эффект оказался сильнее, женщина встала, и вы решили переложить всё на техников.

Я смотрела на него. Пугал не только смысл, но и то, насколько готовой была версия. В ней даже моя команда остановки превращалась в заранее рассчитанный жест.

- Вы понимаете, что говорите? - спросила я.

- Понимаю, как будет выглядеть бумага с вашей подписью рядом с вашей борьбой против увольнения.

- Меня не увольняли.

- Готовили перевод. Для заголовка разница небольшая.

- Для фактов большая.

- Тогда дождитесь фактов и не называйте меня первым.

- А если экспертиза подтвердит вставку подписи?

- Тогда будем выяснять, кто создал документ. Я получил задачу в рабочей папке и выполнил её как системный администратор.

- С использованием персонального токена другого сотрудника.

- С разрешением на его применение.

- Вы не позвонили мне.

- Поручение было от вас. Звонить человеку и спрашивать, действительно ли он подписал каждый PDF, не входит в регламент.