Сердце ухнуло вниз и забилось где-то в животе.

«Это он. Человек с большой буквы. Лично пришел.»

Я напряглась всем телом, рука сама сжалась на ручке тележки так, что побелели костяшки пальцев.

— Добрый день, — ответила осторожно.

— Маргарита? — спросил он, и от того, что знает мое имя, внутри все похолодело.

«Выходной же. Только криминал не отдыхает.»

— Да, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал, держа спину прямо. — А вы...?

— Игорь. Просто Игорь, — он не протянул руку для рукопожатия, просто представился. Голос ровный, без угрозы. — Мне передали, что вы согласились поговорить.

— Я думала, это случится в понедельник, — выдала я тихо и тут же почувствовала, как нелепо это прозвучало.

«Отлично, Рита. Прямо с порога — дура набитая. Хотя пусть. Чем меньше он думает, что я понимаю — тем лучше.»

Мужчина чуть повел головой в сторону — на людей вокруг, на Алису в тележке.

— Здесь вы в безопасности. Детей не учел, — сказал он коротко.

«Не учел. Значит, все остальное — учел.»

Я оглянулась по сторонам — люди ходили мимо с тележками, выбирали продукты, переговаривались, никто не обращал на нас внимания. Обычный супермаркет, обычная суббота.

«Плохая новость — он вообще здесь. Хорошая — пришел сам, без театра. Хотя такие в одиночку не ходят. Наверняка здесь полно его людей.»

Алиса повернулась, посмотрела на Игоря с детским любопытством:

— Дядя?

— Это знакомый дядя, солнышко, — ответила я, не отводя взгляда от него. Голос прозвучал ровнее, чем я ожидала.

Игорь бросил взгляд на Алису. На секунду, не больше. Потом взгляд вернулся ко мне. Словно ждал, что я заговорю. Только вот это он ко мне подошел, и ему от меня что-то надо, а не наоборот. В бесстрастных, казалось бы, изумруда, уставившихся на меня, было оценивание. Но не как женщины. Это был не мужской взгляд, а работодателя. Или взгляд владельца овощной палатки, который оценивал поставку фруктов.

«Только этого не хватало! И самое страшное, что ему, похоже, пришлась по душе поставка.»

— Вы умная женщина, Маргарита. Моих людей раскусили быстро. Это редкость.

— Для женщины?

— Для кого угодно. Люди предпочитают не вмешиваться, не замечать, не вдумываться.

«Хвалит. Интересно зачем. Просто констатация или что-то еще?»

— Структурное мышление — моя работа, — ответила я.

— Знаю, — кивнул он, и во взгляде мелькнуло что-то — не угроза, скорее интерес, быстрый и цепкий. — Поэтому и хочу поговорить серьезно. Есть предложение. Но не здесь.

Пауза. Я молчала, изучала его лицо. Никаких золотых цепей, никаких понтов. Одет дорого, но неброско. Держится тихо — голос негромкий, движений лишних нет. Не давит. И именно поэтому от него было страшнее, чем от тех двоих на площадке — те хотя бы понятны были. Этот — нет. Те пришли предупредить. Этот пришел зачем-то еще.

Я еще раз оглянулась, уже целенаправленно. У стеллажа справа — человек в черном пиджаке, взгляд в нашу сторону. Слева, метрах в десяти — делает вид, что выбирает кресс-салат. И наверняка еще есть.

«Черт. Он в моем районном магазине — и это его территория.»

— О чем разговор? — спросила я прямо.

— В частности о вас, — сказал он. — В общем о том, что вы видели. И о том, что я могу вам предложить. В наших общих интересах.

«Что он может мне предложить? Мне от него ничего не надо. И почему я чувствую, что это не угроза — а что-то совсем другое?»

— Я сказала, что вмешалась по незнанию. В дальнейшем не планирую поддерживать отношения с Радягиной.

— О, речь не только о ней.

Я смотрела на него и не могла понять. Он не запугивал. Не торговался. Просто ждал, словно ждал, что ответ будет положительным.

«Деваться некуда. Он знает, где я живу, как зовут, где работаю. Если бы хотел навредить — уже бы навредил. Не стал бы разговаривать в магазине в субботу утром. Надо идти и слушать. А там видно будет.»

— Мам, я тут выбрал… — вернулся Тема, и я инстинктивно шагнула чуть вперед, встав между ним и мужчиной.

— Артем… — выдохнула я.

— Игорь Игоревич? Здравствуйте, — проблеял сын, враз побледнев.

— Мы знакомы? — спросил тот.

— Я одноклассник Варвары. Видел вас возле школы.

«А имя откуда знаешь?»

— О, здравствуй, — он пожал руку моему сыну. — Артем Власов, так?

— Так, — я видела, что мой ребенок сейчас грохнется в обморок, поэтому переключила ситуацию на себя.

— Понедельник, час дня, — сказала я твердо.

— Здесь рядом «Атлантис». Старый ресторан…

— С очень вкусной кухней, — вторила я.

— Думаю, это будет уместно. Как деловой обед.

— Дети будут в садике и школе до трех.

— Прекрасно. Жду вас в понедельник. Скажете на входе свое имя, и вас проведут. Поговорим спокойно.

— Договорились.

Пауза. Где-то в соседнем проходе ребенок заплакал громко, требуя игрушку, мать шипела на него раздраженно.

Игорь посмотрел на Артема — коротко, оценивающе. Потом снова на меня.

— Маленький мир, — сказал он ровно. — Значит, договорились. Понедельник, час дня. Не прощаюсь, — кивнул он и я снова напрямую встретилась с его взглядом. На миг перед глазами встало лицо мужа.

«Почему? Они ведь совсем не похожи!»

Развернулся плавно и пошел прочь. Высокая фигура в темном пальто и идеальной выправкой растворилась среди стеллажей быстро и бесшумно, как будто ее и не было.

Я стояла, держась за тележку обеими руками. Сердце колотилось где-то в горле, руки дрожали мелко.

«Вот и познакомились. Деловой обед, значит. Интересно, что он хочет предложить женщине с двумя детьми, которая случайно помогла соседке-наркоторговке, будучи вооруженной только халатом и тапками. Ничего хорошего, Рита. Ничего хорошего… Да какого хрена, Рита. Ты вляпалась!»

Артем подошел ко мне, встал рядом. Молчал, смотрел в пол, переминался с ноги на ногу.

— Насколько ты его знаешь, Тема? И что более всего мне интересно — откуда? Только про школу мне лить в уши не надо. Ты чуть не посинел весь, когда увидел этого человека — спросила я тихо, поворачиваясь к нему, хватая за плечо.

Он не сразу ответил, смотрел в пол упорно, будто там что-то интересное нарисовано.

— Артем, — я понизила голос еще сильнее, сжала его плечо, чтобы не слышала Алиса, которая увлеченно все это время тащила пачки с печеньем в тележку. — Говори мне. Сейчас!

— Отец Варвары, — сказал он наконец тихо, все еще не поднимая головы, голос дрожал слегка.-- Кардиналовой.

— Я поняла. Но кто он такой? Ты его боишься?

Артем огляделся по сторонам быстро, проверяя, не слышит ли кто из прохожих, наклонился ко мне ближе и прошептал прямо в ухо:

— Кардиналов, мам. Его в городе все знают как Кардинала. Он... серьезный человек. Очень серьезный. Опасный.

— Я и так поняла, что он очень серьезный! Несерьезные люди в супермаркет без охраны не ходят! — не отставала я, тоже шепотом, почти рыча.

— Крыша, — Артем посмотрел мне в глаза, и в его взгляде я увидела страх, настоящий, неподдельный. — И я не про черепицу и стройфирму. К нему лучше не приближаться, мам. С такими людьми лучше вообще дела не иметь никогда. Куда ты влезла, ма? — он сжал мой локоть в ответ, вопросительно заглядывая в глаза.

— Это случайность. Я уверена, что мы поговорим с ним, и все разрешится, — пошла на попятный, отпуская сына.

Пауза. Мне стало холодно, несмотря на то, что в магазине было тепло, даже жарко от обогревателей и толпы людей.

— Откуда ты это знаешь, Тема? — спросила я, и в голосе прозвучала тревога, которую я не смогла скрыть, задрожал голос. — Откуда ты знаешь, кто он такой?

Артем пожал плечами неуверенно, отвел взгляд в сторону:

— Ребята в школе говорят постоянно. Все знают, чья дочь Варвара. С ней никто особо не связывается, потому что боятся отца.

Я смотрела на сына и понимала, что он недоговаривает, что-то скрывает, держит при себе, но сейчас не время и не место выяснять это до конца, не в магазине же устраивать допрос.