- Все двадцать четыре, вместе с вами. - не без гордости ответил я - двадцать пятый в тайном и закрытом для остального мира совете концерна.
- Значит, полная стая зверья захотела засвидетельствовать свое уважение наследнику уважаемого Рахнамы...
- Да, сам удивлен и польщен. Но не стал приглашать сменный состав канцелярии.
- И не следовало! Слишком мелкие сошки, не имеющие никакого веса и уважения в концерне, несмотря на степени уровня доступа к документации. - согласился старик.
Завершив разговор с Кодададом, я выслушал поочередно доклады Фарваза, Махди, Масуда и Ашана.
В общем знаменателе получалось, что "курьера", вернее, лишь на одной незамеченной преступником веб-камере снимок подозреваемого в убийстве Джумы не получилось идентифицировать. Ни с помощью специальных баз данных совместно со стамбульской полицией, ни с применением хитроумных программ моих айтишников, чтобы с точностью сказать: в супермаркете был такой-то и именно он подменил оставленную моим работником флешку с ценным инфо.
Шофер офисной машины оказался вне подозрений. Подсунуть в авто GPS-контроллер кто-то смог на парковке, тем более ночью, когда рядом никого не находилось из моего персонала.
Замена USB-флеш-накопителя не давала мне покоя. Из-за его содержания не дрогнула рука убийцы, убравшего со своего пути не только моего айтишника, но и уборщицу в его квартире, а дальше, для полного стирания следов, устроившего пожар...
Я прокручивал не раз в памяти тот звонок поздним вечером, когда Джума торопливо пытался донести до меня важное. Парень не только втемяшился в страшный секрет, касающийся меня, но и наступил на хвост крысе в нашем team. За это и поплатился.
Заданный практически сразу после гибели заместителя Пранава вопрос о якобы имеющихся рудниках Кодададу, повис в воздухе. Старику почему-то захотелось и дальше играть в прятки.
Размышляя о Пятнице и в спешке проговоренном им почти закодированном послании перед самой смертью, я снова и снова убеждался, что однажды мне придется напроситься в гости к Юсуфу. В родительский особняк. Если не конкретные ответы на вопросы, то хотя бы намёки ожидал заметить в старом кабинете папы. Комната не ремонтировалась и не переоборудовалась другой мебелью или новейшими электронными устройствами из-за отдельно выделенного отцом пункта в его завещании мне и брату.
Зачем-то это ему было надо?!
Погружаясь каждый раз в воспоминания о своем детстве, во времена, когда Рахнама старший был жив и я мог оставаться в Иране, учась в своей первой школе в Кередже, меня посещало ощущение чего-то упущенного. Будто никак не выныривающего из глубин целого моря памяти - о наших с отцом разговорах, поездках, встречах с гостями в особняке и вне его стен...
В душе саднило даже теперь, спустя десятки грёбаных лет без него, оставившего меня - круглого сироту один на один с жестоким миром и сразу обрушившейся на меня - пацана изнаночной стороной получения доходов от теневых операций, в строго отведенной концерном геолокации.
Как приказ к действию.
И никаких поблажек на возраст и возможность отказаться...
- Фотографии. Надо бы попасть в Кередж и полистать старые семейные альбомы. - запланировал на будущее. - Посмотреть библиотеку папы. Он иногда подчеркивал какие-то понравившиеся ему строки в книгах...
Меня лишь на мгновение отвлек звонок Ашана.
- Ничего по курьеру не выявлено. Глухая стена. Маяк в машине тоже не дал никаких результатов. Хозяин не обнаружен.
Выслушал неутешительный доклад. Не стал срываться зря. Лишь кивнул, досадуя на серию неудач и вернулся к теме, тревожившей не меньше.
- Когда состоится бракосочетание, разъедутся гости... Наверняка можно найти зацепку на каком-нибудь снимке прошлого века. - предположил я и пообещал себе проведать Юсуфа, как болеющего брата. Настоять на своем и устроить ему лечение в клинике Тегерана через знакомого профессора, а также воспользоваться пребыванием в отчем доме для своего собственного расследования недоговоренностей и тайн семьи...
Уединившись для пары часов работы в кабинете, как обычно утром, после совместного с Михаэлой завтрака, я не только успел посмотреть почту, ответить на срочные письма с вопросами по организации торжества, но и занялся текущими делами бизнеса, который теперь, как никогда должен приносить доходы и покрывать немалые траты...
Свадьба у меня впервые. В отличие от будущей матери моего первенца! Михаэла даст клятвы уже третьему мужу...
Ничего нельзя упустить. Делшад, как моя правая рука, уже неделю находится на Кише, полностью взяв на себя всю организационную кутерьму перед свадьбой.
- Если траур не позволяет, не рви душу. Поручу кому-то из офиса. Правда, доверия у меня больше к тебе. - предупредил я парня.
- Босс, наоборот, мне легче не замыкаться в себе, а быть нагруженным выше крыши. Рабочий ритм отвлекает меня от горестных воспоминаний о смерти Фарангис.
Выслушав помощника, я дал ему отмашку отправиться на остров Киш, организовать подготовку нашей с Михаэлой свадьбы под ключ. Няня пока вела тегеранскую часть работы, но и она должна была уже завтра утром отбыть в отель "Песнь моря" вместе с группой секьюрити для усиления охраны мероприятия. А потом им предстоит начать принимать и расселять гостей, которые начнут прибывать по моему приглашению.
Карим - мой бессменный представитель и исполнительный директор трех отелей нашей сети в Великобритании тоже дозвонился и предупредил, что, из-за простуды сыновей, он скорее всего прилетит или один, или, если с женой, то лишь на день, чтобы сразу вернуться в Лондон - домой.
- Ну, вот! А я мечтал познакомить своего тёзку с Михаэлой! - посетовал однокурснику по университету. - Прилетайте. Желаю выздоровления сыновьям!
Сделав запланированные звонки, я встал, повернувшись к окну. Заметил, как из дома выпорхнула моя любимая. Ее беременность, пока незаметная, позволяла моей красавице выглядеть грациозно и элегантно.
Известные мне поминутно ежедневные планы будущей супруги сегодня включали продолжение изучения исламской веры, а также традиций празднования свадьбы в Иране и, что немаловажно, семейных устоев.
Магди и Масуд, неотрывно следовавшие с обеих сторон - гарантия моего спокойствия за жизнь Мишико.
Персидские обычаи, только услышав в первый раз их неполное перечисление, моя словачка восприняли с миной сомнения на ее светлом симпатичном лице. Хорошо еще, что терпения хватило, не подвергать всё и сразу критике и язвительным репликам, щедро пересыпаемым, как специями, матерными выражениями. К ним мой слух никак не мог привыкнуть. Тем более, что я решился на кардинальные действия! Сначала всё-всё понять, а потом уже избавляться от пагубной привычки будущей мамы моего сына!
Не откладывая в долгий ящик важный план, позвонил:
- Реза, зайди с готовыми переводами. Я хочу знать все сказанное на английском, пока хаум-джан занята своими неотложными делами.
И невольно улыбнулся. Расшифровки на фарси с записывающей аудиоаппаратуры в гостиной, на террасе и даже у бассейна, которые приносил сын Афсун, читались мной вот уже пару дней, как сборник анекдотов. Чтобы не произнесла Михаэла на словацком или хорватском языках, фиксировалось.
Конечно, она не знала о начинке дома - прослушке и говорила мне в лицо не только обидные, но и очень смешные вещи. Я привык и уже не представлял и дня без нового развлечения - узнавать, что обо мне - "козле иранском" думает любимая! Единственное препятствие до конца понять то, что болтает словачка, выявилось тогда, когда Реза признался в незнании русского языка, в частности - его богатого нецензурного запаса.
Как и когда моя белокурая бестия изучила еще и эти непереводимые Резой на фарси выражения оставалось для меня загадкой!
- Было бы время, я купил бы тебе ускоренный курс русского!
Это предложение сын няни не принял.
- Легче найти кого-то из эмигрантов! Невозможно за короткий срок овладеть матерной лексикой. Она, как молоко матери, впитывается в человека с детства. - высказал мне свою беспомощность Реза.
