– Как вы желаете именоваться? – спросила админ.

– Семья Ларуско, Така-сама. Прошу вас, примите взнос.

– Не мне, – отрезала админ. – Оценщикам в кассу, пожалуйста. Как оплатите, вернетесь сюда.

Господин Юн отошел к одному из окошек, через которые обычно охотники обменивают выпавшие из монстров кристаллы. Над головой так и светился его плейлист. Двое посетителей с вытянутыми физиономиями уставились на него, не скрывая своего изумления. Ха! Он бы тоже уставился, узри такое со стороны.

Рассчитавшись с кассиром, Юн вернулся к администратору.

– Все в порядке, господин Ларуско, – подтвердила она. – Скольких членов вы хотите зарегистрировать?

– Пока троих, включая себя.

– В таком случае прошу вас внести в регистрацию их имена.

Юн старательно записал новые имена девушек на всплывшей панели и сразу же получил три свернутых трубочкой гербовых свитка с большими печатями. Свидетельства о принадлежности персонажа к семье.

– Большое спасибо, Така-сама, – поблагодарил Юн. – Не подскажете, сможем ли мы завтра принять участие в фестивале?

Админ наскоро что-то проверила и объявила:

– Вполне. Через два часа ваша семья и полная информация о ней будут размещены во всех базах данных. Вас известят. У вас все?

– Да. Спасибо большое. Хорошего вам дня!

Вежливо поблагодарив Таку, господин Юн вышел из гильдии с таким восторженным настроением, что готов был полететь если бы мог… А если может? Попробовать?

Нет, не стал, мысленно представил состояние многочисленного населения столичного города в тот момент, когда НПС и игроки узрели бы над собой пылающего ангела с огромными, почти как у дракона, опаленными крыльями и, конечно же, длинный черный шлейф искр и дыма как непременную принадлежность тех крыльев. Да, уж! Вот была бы потеха. Скорее паника. Нет, не нужно этого.

Однако дело-то сделано! Свершилось! Есть! Ура!

В оружейной лавочке Юн забрал вчерашний заказ. Придирчиво осмотрел оба предмета и остался очень доволен. Нравился ему этот молодой мастер-кузнец. Имя негромкое, никому не известное – Хигаши Акиро.

Странно, оружие кузнец делает весьма добротное и ко всему вовсе недорогое. Еще накануне, когда впервые с Миланкой зашли в его магазин, Юн заметил то, о чем теперь глубоко задумался: для начинающих охотников (типа Ушастой) Акиро – просто находка. Почему же у него так мало клиентов?

– Хигаши-сан, – обратился к нему Юн. – Вы давно занимаетесь оружейным делом? Уровень у вас какой?

Кузнец, удивленный вопросом, ответил не сразу.

– Скоро два года. Поддержки третий. Кузнечного дела восьмой ранг. Оружейник девятый. А почему вы спросили, господин Юн? Вас что-то не устроило? Дайте-ка, я посмотрю.

В голове Юна прочно засела новая мысль. Вот оно что! Акиро спускал весь накопленный опыт и стаж всего на два навыка, если не считать выносливости и силы, без которых кузнецу просто не обойтись. То есть примерно, как Милка. Общий рост его не интересовал. Он качал только то, к чему лежала душа. Чем хотел заниматься.

– Нет-нет! Как раз все замечательно, – поспешил успокоить Юн.

Для себя отметил: мастер еще и весьма порядочный человек, не чета тому ушлому прощелыге из лавки походного снаряжения, что справедливо попал под разнос Мелкой два дня назад.

– Видите ли, я бы хотел стать вашим постоянным клиентом, заключить с вами долгосрочный контракт. Разумеется, мне хочется знать немного больше о вас.

Взгляд оружейника замер от удивления. Хигаши отложил в сторону инструмент и вытер руки о фартук.

– Вот как? Контракт? И о чем вы хотите спросить?

Перед ответом Юн сознательно облокотился о высокий прилавок.

– Хотелось узнать ряд стандартных деталей. Как часто вы «онлайн»? В какое предпочтительно время и на какой срок заходите? Из какой вы семьи или гильдии?

Лицо собеседника мгновенно переменилось. Он нервно бросил фартук на стол и вообще отошел к кузнечному горну.

– Так бы и сказал сразу! Уже донесли? Нечего ломать комедию.

Юн насторожился. Непонятная реакция. Даже, можно сказать, чересчур агрессивная для безобидных, формальных вопросов.

– И все же я повторюсь! – настойчиво заговорил Юн. – Я не имею привычки лгать и лукавить. Мне нравятся ваши работы.

Последняя фраза задела кузнеца за живое. Он вернулся к прилавку и даже, кажется, слегка приспустил пар.

– Нравятся мои работы? Не врешь?

– У-у! – покачал головой Юн.

– Тогда ладно. Я уж решил, что проклятые конкуренты гадостей вам наговорили. Всегда они так. Только заметили, как в мою кузницу клиенты заходят, подождут за углом и давай языками чесать… Нет у меня семьи. Выгнали меня. Брат мой когда-то играл. Года три назад. Натворил он тут дел. Заказов набрал и деньги вперед. Да еще столько! Ломанное оружие где-то в пещере нашел, чуть подлатал, подчистил и за свое продавал. Охотники в Подземелье идут, а оружие после десятка ударов или тупится, или ломается. Брат потом игру бросил, а имя-то запятнал. Я, когда играть начал, в гильдию вступил, «Белого Сокола» называется. Повезло поначалу, им кузнец нужен был, без нужды бы не взяли. Месяц всего продержался. Кто-то кому-то что-то сказал. Знаете, как бывает? И все, кидала я и обманщик. С тех самых пор живу одиночкой, и всем плевать на то, что я народ не кидаю. Цены смешные держу, не поверите, едва на налоги и кусок хлеба хватает. А тут еще конкуренты чертовые. Вы уж не обижайтесь на меня, господин Юн.

Подробное и откровенное объяснение кузнеца развеяло туман возникших подозрений в голове его собеседника.

– Я не обиделся, Хигаши-сан, – намеренно вежливо ответил Юн. – Моя семья уже дважды обращалась к вам. Ваша работа – работа качественного мастера. А слухам всяческим мы не верим, пока не проверим, конечно. Так что, если вы не возражаете, я пришлю к вам своего казначея. С ней и договоритесь об условиях сделки.

Мастер Акиро смотрел на посетителя и не верил: правда ли это.

– Ваша семья? Казначея, говорите? Конечно, господин Юн, будет у вас оружие. И доспехи вам будут.

– Тогда по рукам.

Попрощавшись с Хигаши, господин Юн поспешил домой…

Милана давно встала. Сказать по секрету, попробовала бы девчонка проспать, когда к ней приставили такого породистого матерого цербера, как Виола. Их обеих, готовых к утренней тренировке, Юн застал в комнате по возвращении в «Веселую Вдову».

Широко распахнулась скрипучая входная дверь. На пороге стоял Юн и улыбался во весь рот. При его появлении обе девушки встали и вежливо склонили головы.

– Утречко, господин Юн.

– Приветик и вам, други мои! – радостно отозвался он и шагнул в глубину комнаты. – Очень хорошо, что еще не ушли.

Он сбросил с себя парчовый сюрко и поочередно протянул свитки с печатями девушкам.

– Тебе, Ушастая! – объявил Юн. – С этой минуты твое полное имя: госпожа Милана Ларуско, поддержка-стрелок второго уровня, казначей семьи Ларуско.

Радостная Милка развернула свой свиток и принялась его старательно изучать.

– Это вам, госпожа Исидо Виола Ларуско, войн-разбойник седьмого уровня, наставник и глава воинской касты семьи Ларуско.

У эльфийки отвисла челюсть.

– Кто я? А меня вы спросили, господин Юн?

– Еще вчера, – без смятения ответил Юн. Вив вытаращила на него глаза, а он продолжал. – Ты сама сказала вечером, что со мной навсегда, еще помнишь? И? Поскольку ты в нашей семье пока единственный официальный воин, то кому же еще возглавить воинскую касту? Мы же не в гильдии. А если бы были в гильдии, Вив, то главой воинов все равно стала бы ты. И не смотри на меня такими преданными глазами. Ты превосходный боец. Еще лучший тактик. Ты не подвержена панике. Ты обладаешь ни с чем не сравнимым чутьем следопыта. Ты строгая и ответственная! Я так сказал. И так будет.

Какой же истинной женщине не понравится столько лестных характеристик? Эльфийка смягчила взгляд. Сдалась. Сдалась не потому, что падкая на лесть и «соловьиные трели», а потому что поняла его правоту.

– Все получилось?