Я провела пальцем по экрану, надеясь, что брат предлагает захватить мне пончиков из лавки по соседству с медицинским центром.

Надо же. У меня впервые за долгое время прорезался аппетит.

Джуд бы порадовался, особенно учитывая, что перед отъездом в Нью-Йорк он приготовил и принес мне полноценный завтрак прямо в постель.

Джоэл:В меня въехали сбоку. Еду в больницу на обследование. Пожалуйста, приезжай.

Когда смысл слов дошел до меня, телефон выскользнул из рук и с грохотом упал на стол. Сердце бешено заколотилось, а в голове столкнулись противоположные желания.

Мчись туда немедленно.

Оставайся здесь. Тут безопасно.

Позвони Джуду. Дождись его и поезжайте вместе.

Коул, скорее всего, следит за Джоэлом.

Кто-то из ФБР присматривает за братом.

Но он мой брат. Я должна быть там.

Но здесь безопасно.

Безопасно. Безопасно. Безопасно.

Да к черту все.

Я схватила телефон, ключи, сумочку и выскочила из дома. Джуд получит уведомление, что я ушла. Как только соображу, что с Джоэлом, напишу Джуду и все объясню. Он в трех часах езды отсюда. Не сможет же он прилететь по щелчку пальцев.

Я рванула входную дверь, захлопнула ее за собой и кубарем скатилась по лестнице к машине.

Прыгнув на водительское сиденье, я дернула ремень безопасности через грудь, повернула ключ в замке зажигания и перечитала сообщение Джоэла, пытаясь понять, куда именно ехать. У больницы два корпуса. В обоих есть приемный покой, а Джоэл не написал, в какой именно его везут. Конечно, между ними всего около километра, но в пробке или при поиске парковки это расстояние могло стать вечностью, или...

Что-то тяжелое с силой зажало мне рот. Знакомый приторный запах хлороформа резанул по глазам, проникая в нос и легкие. Я попыталась отстегнуть ремень. Попыталась закричать. Попыталась вырваться из пропитанной химикатами тряпки.

Но все погрузилось во тьму.

— Мия!

Голова шла кругом, пока меня швыряло и катало по фетровой обивке. Гребаный хлороформ...

Где я?

Мимо со свистом проносились машины, но я не сидела. Я лежала. Попыталась потереть глаза, но не смогла. Что-то намертво впилось в запястья. Руки и ноги были связаны.

Я в своей машине? Нет. Не в своей. Эта слишком просторная, и в ней странно пахло.

И я здесь не одна.

Задние фонари вспыхнули изнутри, на мгновение осветив лицо Джоэла.

Водитель заложил вираж на бешеной скорости, и к горлу подступила тошнота.

Я в машине. Я связана. Джоэл здесь.

Дело дрянь.

Брат облегченно выдохнул.

— Я думал, ты труп.

Я застонала, рот наполнился желчью, но я заставила себя ее сглотнуть.

— Ощущения похожие. Что случилось?

Он закрыл глаза и медленно выдохнул.

— На меня напали, когда я выходил с физиотерапии.

— Так ты не попадал в аварию?

— Чего?

Я попыталась упереться в пол багажника, но со связанными за спиной руками и коленями Джоэла, впившимися мне в бедро, сделать это было трудно. Машину резко мотнуло, и мы покатились друг на друга.

— Мне пришло от тебя сообщение, что ты попал в аварию и тебя везут в больницу.

Водитель ударил по тормозам, нас швырнуло на заднюю стенку, и Джоэл грязно выругался.

— Каковы шансы, что за рулем твой жуткий ухажер?

— Нулевые, — прохрипела я. — Он в Нью-Йорке. Скорее всего, это твои дружки.

После этого он заткнулся.

Значит, вот каково это на самом деле — быть похищенной.

Меня тошнило, я лежала связанная в багажнике и понятия не имела, кто нас взял и куда везет.

Ну, то есть, кто взял, я как раз прекрасно понимала.

А вот куда нас везут — оставалось загадкой.

Но во время своего первого похищения я усвоила одну полезную вещь. «Ты мне кажешься девицей из тех, что выбьют задние фары и начнут звать на помощь».

И я сделала ровно то, чего Джуд ожидал от меня в прошлый раз. Заворочалась, пока не уперлась ногами в задние фонари, и ударила что было сил. Из-за стянутых пластиковой стяжкой лодыжек понадобилось несколько попыток, но в конце концов корпус треснул и поддался. Джоэл повторил то же самое, разбив свой фонарь с двух ударов. Мне даже думать не хотелось, как сильно это опять раздробило его колено.

В багажник хлынул дневной свет. Я перевернулась на живот, извернулась, заглянула в дыру, а затем просунула обе ноги наружу и заболтала ими, будто махала кому-то.

— Мы в Атлантик-Сити, — сказала я.

— Откуда ты знаешь?

Я свирепо уставилась на Джоэла.

— Потому что я ездила сюда каждый божий день чертову неделю, пытаясь выиграть столько денег, чтобы покрыть твой долг.

Он отвел взгляд.

— Точно. Шансов, что эти деньги сейчас у тебя с собой, нет?

— Ни единого. Они лежат в ячейке в гребаном банке.

— Ну просто зашибись, — пробормотал он.

Даже после всего, через что я ради него прошла — после всего, что он знал, после того, что случилось с Джудом, после того, что это сделало с моим телом и разумом, — Джоэл по-прежнему вел себя так, будто ничего страшного не произошло.

— Невероятно, — едва слышно прошептала я.

— Мия...

— Заткнись, — прошипела я. — Просто замолчи. Пока мы не поймем, чем все это закончится, я не хочу слышать от тебя ни слова.

— Прости.

— И ты до сих пор не понимаешь, как сильно твоя ошибка разрушила меня. — Я опустила голову, пытаясь сдержать рвоту. — Надо было швырнуть тебя навстречу последствиям твоих же бредней еще тогда, когда Джуд сделал тебе первое предупреждение. — Приступ тошноты отступил, и я резко выдохнула. — Но ты единственный, кто у меня остался. — По щеке покатилась слеза. — И я люблю тебя.

Пока машину трясло и бросало из стороны в сторону, Джоэл молчал. На очередном повороте он снова повторил.

— Прости. Правда. И я тоже тебя люблю.

Показались знакомые очертания зданий, окружавших «Четырех всадников». Интересно, видел ли кто-нибудь мои ноги? Позвонили ли в полицию?

Интересно, сидит ли Джуд прямо сейчас на каком-нибудь совещании?

Интересно, знает ли он, как сильно я жалею о том, как все между нами повернулось?

Но сейчас об этом думать нельзя. С моими академическими способностями, эйдетической памятью и склонностью к подсчету карт я могла просчитывать шансы в мгновение ока.

И шансы на то, что мы с Джоэлом выберемся отсюда живыми, равнялись нулю.

Я сделала глубокий вдох, стараясь сообразить, как бы Джуд посоветовал мне поступить в такой момент. Какую историю выдать?

Выбитые фары ясно давали понять, что мы в сознании, так что притвориться мертвыми не выйдет.

Я не знала, известно ли им, что Джуд служит в ФБР. Его настоящую личность в прессе не светили. Это станет частью нашей легенды. Все остальное придется придумывать на ходу.

— Когда водитель откроет багажник, не говори ни слова. Веди себя покорно, но молчи. Ничего не отрицай. Ты их только разозлишь. И что бы ты ни делал, ни в коем случае не вздумай ляпнуть, что Джуд из ФБР. Они этого не знают. Для них он тот, кем ты его считал — вышибала, который ворвался в твою квартиру и избил тебя.

Впервые в глазах Джоэла мелькнул неподдельный ужас.

— Хорошо.

— Не заговаривай, пока к тебе не обратятся. Отвечай на вопросы как можно короче. Не выдавай лишних деталей. Когда тебя крали, тебя били?

— Да. По голове.

— Поздравляю, у тебя амнезия. Пользуйся этим. Веди себя так, будто изо всех сил пытаешься помочь, но ничего не помнишь, — бросила я, когда машина замедлила ход.

Брат кивнул.

— И, Джоэл... — Голос сорвался, когда двигатель заглох. — Я люблю тебя, — прошептала я.

— И я тебя люблю, — шепнул он в ответ.

Водитель грязно выругался и пнул крыло, заметив выбитые фары. Я услышала скрип и хлопок тяжелой двери — сначала открылась, потом закрылась. На мгновение все стихло, пока он заходил внутрь.

От мусорных баков потянуло зловонием старого фритюрного жира и протухшего пива. Мы за «Четырьмя всадниками». Багажник распахнулся, и внутрь хлынул дневной свет, ослепив меня. Над нами нависли зловещие тени.