– Ладно, я в школу. – я поднялся из кресла. – Ты со мной или с Хованом будешь?
Ворон молча сорвался с места и врезался мне в грудь, заставив вздрогнуть. Он уже пару раз такое проворачивал, но я никак не мог привыкнуть. Физически я ничего не чувствовал, птица словно ныряла внутрь, растворяясь в ауре, но выглядело это жутковато, прямо скажем. Да и то, как он вылетал тоже. И ведь паскуда такая мог же воплощаться чуть в стороне, но нет, это скучно. Ему эпатаж подавай. Вот ведь… Морон!
* * *
– Разрешите! – я коротко стукнул в дверь учительской и сразу вошёл. – Доброе утро!
– А вот и наш специалист! – обрадовался моему появлению Иван Фёдорович. – Проходите, Лев Артёмович, проходите!
– Благодарю, – я и так не тушевался, поэтому спокойно прошёл вперёд, не обращая внимания на кислые морды приезжей комиссии, – Позвольте представиться. Инспектор Ужанихинского отделения Пункта Магического Анализа и Контроля Лука Артёмович Новиков, маг третьей категории.
– Молодой специалист. Понятно. – поджала губы неприятная с виду тётка лет пятидесяти, довольно полная, чей перстень на левой руке выдавал в ней мага. Что было странно, маги обычно следили за своей внешностью, тем более что это было не сложно. – Надеюсь, молодой человек, вы постараетесь никуда не лезть и нам не мешать!
– Исключительно в рамках своих обязанностей, – прогибаться и лебезить перед тёткой я не считал нужным. Много чести. – Когда начнём?
– Мы начнём прямо сейчас, а вы… – начала заводиться неприятная, когда её перебила вторая, чуть моложе, и немного стройней, но тоже с кольцом мага. Их тут специально подбирали что ли?
– Анна Анатольевна, давайте не будем раздувать конфликт, – она улыбнулась мне, но я видел, что глаза остались холодными. – Юноша молодой, ретивый. Будет нам мешать, просто отразим это в протоколе и пусть с ним начальство разбирается.
– Действительно! – подала голос третья, тоже с лицом будто куриную попку косплеит и неумело наложенным макияжем. – Давайте начинать, товарищи. Нам ещё три деревни посетить надо! Я бы хотела ночевать дома, а не в этом…
Комментарии по поводу «этого» я проглотил. Губанов тоже, хоть его и перекосило. Но директор был опытным управленцем, поэтому тут же принял благообразный вид и повёл тёток в первый класс. На самом деле первый. Тестирование на способности начиналось с семи лет и продолжалось всё время обучения в школе. Да, считалось что после пубертата уже можно было не надеяться, но встречались истории становления магами и в двадцать лет и даже в двадцать пять. Единственное, что высоких результатов от таких магов ждать не приходилось. Чем моложе начал заниматься, тем выше шансы достичь значимых показателей, это было аксиомой, поэтому к детям первых четырёх классов было особое внимание.
– На каждой параллели у нас два класса, примерно по двадцать пять учеников, – директор повёл нас за собой, благо идти было совсем недалеко, учительская располагалась в крыле начальных классов. – Начнём с первого «а» и дальше по очереди к четвёртым. Последними в первой смене пойдут девятые и десятые. Всё как обычно.
– Тогда давайте не будем тратить время. – снова недовольно поджала губы первая магичка. – Где у вас тут началка?
Странный вопрос, потому что школа была типовой, но вмешиваться я не стал. Спокойно зашёл следом за всеми, написал свою фамилию в протоколе, что вела тётка из ОБЛОНО, и устроился в уголке, так, чтобы не мешать. Процедуру я помнил смутно, но там ничего сложного и не было. В качестве резонатора использовался всё тот же хрустальный шар с подставкой, исписанной рунами. Испытуемый подходил, клал руки на шар и должен был типа «поделиться своей силой». Это не я придумал, тётки сказали. На самом деле ничего такого было не нужно, шар с рунами являлся именно резонатором, который реагировал на движение энергии в теле, а подобное объяснение лишь путало, но кто я такой, чтобы лезть куда не просят. Да и у сильного мага любое усилие даст тот самый резонанс. Проблема была не в сильных, а в тех, кто вплотную подошёл к черте, отделяющую мага от обычного человека.
Хотя это тоже было лукавство. Это нам уже в технаре растолковали. По сути, любой человек не просто мог стать магом, а уже являлся им. Так что то, что я рассказывал на лекции было истинной правдой. Вопрос был в лишь чувствительности к внешней силе, способности поглощать её, ведь откуда‑то маг энергию берёт, размере внутреннего резерва, пропускной способности при сотворении заклинания, ну и ещё десятку факторов, которые у мага были изначально выше. Но любой мог развить их до приемлемых значений, вот только это требовало запредельных вложений сил и средств. По сути, порог, отделяющий мага от обычного человека, был лишь умозрительным. Он определялся лишь затратами на развитие, которое государство готово понести, ну и… личными усилиями. Ведь в конце концов развиваться желающему стать магом придётся самому. И мало кто выдержит десятки лет упорных усилий, чтобы достичь результата, который другие, более одарённые дети показывают через месяц.
Нашей задачей было отделить зёрна от плевел. То есть найти тех, на кого имеет смысл тратить средства и силы учителей. Понятное дело, что никакие сложные измерения оперативно провести было невозможно, поэтому оценка была комплексной. Тот самый резонатор, направленный рунами как бы вслушивался в энергию испытуемого и выдавал ответ в виде цветного свечения, видимого только оператором‑медиумом. Медиумы вообще ценились, недаром Фею облизали с головы до ног, без экзаменов приняв в университет, а Свят рвал задницу, чтобы захомутать девчонку и ехать у неё на шее в светлое будущее. И недаром я в четырнадцать считал себя избранным. Ну да, задатки у меня были как бы не лучше, чем у Кати. Но получилось, что получилось.
Проверка шла быстро. Первоклашки пугались, стеснялись, путались, но опытные учителя грамотно направляли их, успокаивая и поддерживая, так что задержек не было. Оно и понятно, подобные проверки проходят два раза в год, в сентябре и апреле, так что было время набить руку. Я скучал в углу, не вмешиваясь. Хотя скучал было неправильное определение. Пусть с виду я действительно выглядел равнодушным, внутри пытался справиться с небольшим шоком, потому что оказалось, что теперь я тоже вижу то, что показывает хрустальный шар. И вот это было действительно неожиданно.
Это только в плохих фильмах показывают, как медиум сидит, положив руки на шар, а зрители вокруг видят, что тот начинает заполнять жуткая тьма. По факту же для стороннего наблюдателя он остаётся всегда обычным и прозрачным, и лишь сам медиум может либо наблюдать какие‑то изменения, либо с помощью шара выйти в астрал. А я вот сейчас, по сути, нарушал это неизменное правило и что‑то мне стало прям не по себе. Правда это быстро прошло, когда в голове раздалось ехидное карканье. Ну да, стоило догадаться. Птица‑вещун, страж границы, живущий в двух мирах. Для него это не проблема, а я, получается, получил часть способностей ворона. Теперь понять бы, хорошо это или плохо.
Ошарашенный новым открытием я как‑то на автомате подписал протокол обследования, где не было ни единой положительной отметки. Да, не повезло, но это нормально. Магов, точнее тех, кто мог бы ими стать не так уж много, по сути. Нет, если считать в масштабах страны, то и немало, где‑то один из десяти или пятнадцати, но это совершенно не значило, что в классе они вообще могут быть. И чем старше, кстати, тем шансы меньше, потому что самых одарённых уже раньше отсеяли. В десятом проверка вовсе чистая формальность, никто ничего от выпускников не ожидает, поэтому их и проверяют последними, на отвали. А вот с первоклашками работают всерьёз. Правда, и здесь многое зависело от личности проверяющих.
– Подождите! – глядя как очередная девочка с понурой головой идёт обратно на своё место я впервые вмешался в процесс. – У неё был чёткий отклик, почему вы забраковали результат? Да, свечение немного рассеяно, но в районе погрешности.
