– Прошу! – я распахнул пассажирскую дверь. Не из желания выслужиться, просто решил не нагнетать. Сейчас эта коза начнёт кобениться, психану и реально её здесь брошу. Утрирую, конечно, но и ссориться больше необходимого не хотелось. – Карета подана, ваше высочество!

Алсу как‑то непонятно фыркнула, но села, тайком недовольно морщась. Впрочем, мне на это было плевать. Я захлопнул дверцу и сев за руль завёл мотор. Вместе с двигателем включилось радио, настроенное на музыкальную волну, и подпевая группе Стаса Намина вырулил на дорогу. Погостили и хватит, а с этой цацей пусть Губанов разбирается. Уверен, у директора школы большой опыт в укрощении подобных девиц. А я не нанимался дрессировщиком работать.

– Значит, вас дядя прислал? – Алсу осмотрелась и снизошла до разговора. – А что, никого с машиной получше не нашлось?

– Нет, ну Николая Петровича сложно назвать тётей, но не думал, что вы с ним настолько близки. – я действительно удивился вопросу. – Значит бывали раньше в Ужанихе?

– А? – а вот теперь девушка впала в ступор, но быстро пришла в себя. – Нет, не доводилось. Я думала… неважно. А вы тогда кто?

– Я же представлялся, – я пожал плечами. – Новиков Лука Артёмович, инспектор Ужанихинского отделения Чулымского пункта магического анализа и контроля. Маг третьей категории.

– Понятно, – Урусова протянула это так, что действительно сразу стало понятно, что меня взвесили, измерили, и признали мелочью, не стоящей внимания. – И что, как вам работа в деревне?

– На селе, – естественно, я не мог отказать себе в удовольствии поправить новенькую, хоть и сам часто путался. – Ужаниха это село, довольно большое, около пяти тысяч жителей. А работа прекрасно! То с русалками приходится общаться, то с лесным хозяином. Цыганские проклятия снимаю, с чертями воюю. Всё как у всех.

– С чертями? – удивилась девушка. – Разве это не прерогатива церкви?

– Тут кто первый встал, того и тапки, – я искренне рассмеялся. – Адские твари на старой мельнице завелись, чёрт и пара бесов, а я туда по заявке сунулся, проверить, что там шумит. Ну и нарвался. Как‑то за отцом Никодимом, это батюшка наш, бежать было несподручно, пришлось самому всех положить.

– То есть вы сейчас серьёзно⁈ – а вот сейчас, похоже, мне удалось заинтересовать учительницу. – Правда воевали с чертями⁈ И доска… это же скайборд?

– Да, нашёл старый на чердаке дома. Он у меня старинный, ещё чуть ли не первым ужанихинским магом поставленный. Я дом имею ввиду, – принялся хвастаться я. Девчонка, при всех своих заскоках, была действительно красивая. Ровный овал лица, аккуратный носик, пухлые губы. Чуть раскосые глаза, намекающие на татарскую кровь, тонкие чёрные брови. Да и фигурка, судя по некоторым признакам, тоже отличная. Правда оценить её полностью брючный костюм не даёт. Ох уж мне эти брюки клёш и длинные пиджаки. Но в целом было что посмотреть и перед кем хвост распустить. – Доска так‑то целая была, но рассохлась вся. Но берендеи мне её починили, так что теперь вот летаю, когда время есть.

– А берендеи это… – Алсу заинтересовалась незнакомым словом.

– Оборотни – медведи, – я охотно пустился в объяснения. – В селе целое семейство живёт. Пасеку держат, плотничают. Мёд у них потрясающий! Мой домовой за него практически душу готов продать.

– Оборотни, – кажется, девушка услышала только это, – и домовой ещё.

– И русалки, и лесной хозяин, и кикиморы, одна, кстати, тоже у меня дома живёт. – начал перечислять я, глядя как вытягивается лицо красавицы. – И даже ведьмы! У нас их целых две. Марфа, старая, и Наталья, та молодая, примерно наших лет. Вредная, но в целом добрая. Если, конечно, русалок не обижать.

– Ещё и русалки! – вздох Урусовой вышел скорее похожим на всхлип.

– Нет, русалки тут изначально жили, с тех пор как котлован выкопали возле села. – я решил довести дело до конца. – А вот что действительно пугает, так это Васюгань. Она тут недалеко, на другом конце района. Бездонное болото размером в две Бельгии, древнее как само время. И лезет из него иногда… всякое. Чаще всего такое, что людям лучше вообще не видеть.

– И как… – голос Алсу сорвался, но она сумела совладать с собой и закончила фразу. – И как часто это случается?

– Да как сказать, – я деланно равнодушно пожал плечами, но глядя на огромные от испуга глаза пассажирки рассмеялся. – Простите, Бога ради! Просто не смог удержаться! На самом деле со всем, что я рассказал обычные люди практически не сталкиваются в повседневной жизни. Ну русалки, так не лезьте в воду ночью, не загрязняйте её да берег и будет вам счастье. Может даже услышите, как они поют. Очень красиво. Домовые тоже ребята дружелюбные, если элементарные правила соблюдать. Наоборот, будут помогать, дом в порядке держать. Мой вон готовит так, что пальчики оближешь. Да и в целом хозяйство полностью на нём с кикиморой. А Васюгань… так для этого и нужна служба магического анализа и контроля.

– То есть это всё же правда? – а девочка дурой не была и сумела уловить главное. – И опасность не гипотетическая?

– Опасность она есть всегда, – я пожал плечами. – можно пьяному захлебнуться в луже. Поскользнуться на ровном месте и разбить затылок. И надо сказать, что шансы на это куда выше, чем повстречаться с хтонью вылезшей из Васюгани. Её окрестности надёжно контролируются. Я сам минимум раз в неделю езжу в лес, побеседовать с лесным хозяином, не появилось ли в округе чего подозрительного. То же самое делают все инспектора вокруг болота. Плюс оперативники, плюс постоянные дежурящие маги на железных дорогах. Система отработана и не даёт сбоев, позволяя купировать угрозу в зародыше. Так что в целом, как я уже говорил, обыватели практически никогда не сталкиваются с потусторонним. Если, конечно, сами не ищут приключений на свою… голову.

– Нет, спасибо! – Урусова поёжилась. – Я и не думала, что работа магов… такая! Дядя говорил… не важно.

– Не важно, так не важно. – я не собирался лезть в душу. – Ещё раз прошу прощения за шутку. А можно вопрос? Почему именно в Сибирь поехали на отработку? Ведь могли остаться в Казани. Это конечно не Москва или Ленинград, но и не край географии. Фактически производственная столица страны. Большой город с огромными возможностями. Уверен, там вы могли без проблем в любую школу устроиться. Так почему сюда, к нам?

– Это… неважно! – вскинулась Алсу. – Точнее, неважно куда ехать. Мы, советская молодёжь, молодые специалисты, находимся на острие прогресса и не должны искать тёплых местечек! Наоборот, надо стремиться помочь своему государству чем только можем! Можем поехать в глухую деревню учить детей? Надо делать! А не сидеть у папы… не сидеть, в общем!

– Ну Ужаниху сложно назвать глухой деревней, но посыл я понял и полностью согласен. – несмотря на патетику я не поверил ни одному слову Урусовой. Да, возможно для остальных была заготовлена такая легенда, но я точно знал, что подобных альтруистов исчезающе малое количество. Хотя девочка явно тепличная. Кто знает, что за тараканы там у неё водятся в голове, вполне возможно и такие тоже есть, но то, что это было не основной причиной даже обсуждению не подлежало. – Рад видеть, что я не один такой. Я ведь тоже из западной части страны приехал по распределению месяц назад. Но иногда уже кажется, что всю жизнь тут жил.

– Да? – удивилась девушка. – А вы откуда⁈

– Там, чуть западнее вас, – отшутился я. – Не слишком далеко, по сибирским меркам. Тоже вот решил ехать в глубинку. Так что будем вместе поднимать деревню.

– Да, конечно, – судя по голосу восторга Алсу не испытала. Явно решила, что я очередной неудачник, не сумевший попасть в более приличное место. Это она ещё не знала, что я потомственный москвич. Вот смеху бы было. – А здесь всегда так… пустынно, или вы специально меня по такой дороге везёте? Снова пошутить решили?

– Пустынно? – я оглянулся по сторонам, а потом до меня дошло. Мы ехали уже минут тридцать и до сих пор вдоль дороги не было ни одного намёка на цивилизацию. Только лес, болота и прочие радости жизни. Я и забыл, что благодаря альтер‑эго ничуть не удивлялся такому раскладу, а вот те, кто ни разу не был на Уральским хребтом вполне себе впадали в ступор от увиденного. – А, теперь понял! Нет, я шутить не собирался, это просто особенность сибирской географии. У нас в западной части Союза ведь как? Выехал из города, пять десять минут и деревня прямо на трассе, так? А тут ничего, вы же поэтому удивились?