— Правильно, что пришёл, — голос Кузьмина выдернул меня из пучины размышлений, в которую затянула так и не озвученная шутка. — Не скажу, что у нас население сильно набожное, но уж на воскресную службу выбраться не сложно. А кто знает, что ждёт нас… там.

— Всё что угодно, я особых иллюзий не питаю, — меня, как представителя редкой и важной профессии пропустили в первые ряды, так что, переговариваясь, мы никому не мешали. — но насчёт того, что лишним не будет тут согласен.

Народу было много. Не все пять тысяч, но храм был битком и снаружи тоже стояли люди. Причём кроме главы сельсовета присутствовала вся элита села. Я заметил и врача Векошкина, и Хвостова рядом с симпатичной женщиной, кутающейся в платок, судя по всему, той самой Алёной, магом второй категории. И рыжая макушка управляющего «Коопторгом» мелькала.

Даже Наташка и та присутствовала, хоть обычно ведьмы не жалуют храмы. Не боятся или избегают, просто скептически относятся к церкви, хоть зачастую используют иконы и церковную утварь в своих обрядах. С другой стороны, это может быть элементом контроля. Наталья ведьма молодая, только-только входящая в силу, а таким свойственны импульсивные поступки. В частности — контракты с бесами, значительно увеличивающим личную силу. И естественно, усиление не давалось просто так. Из природной, ведьма становилась чёрной или проклятой, ведь по контракту ей положено было творить… всякое. Ловля детей и людоедство далеко не самые жуткие поступки таких тварей. Они могли и чуму наслать на целый регион, просто потому что того требовал контрактор.

Заходить в церковь такие ведьмы весьма не любили, а от молитвы их корёжило, что с одно стороны доказывало существования ада и рая, с другой подтверждало лишь противостояние между планами, которым люди дали такие названия, но ничего не говорило о существовании Бога как такового. Впрочем, я в теологические дебри лезть не собирался. Не корёжит Наталью и ладно. Природная ведьма товарищ в хозяйстве нужный, хоть и не простой. Но кому сейчас легко. Тем временем литургия подошла к концу и народ потянулся за причастием. Я тоже подошёл, прямо после Хвостовых, получил просфору, хлебнул вина, и после благословения отцом Никодимом вышел на улицу, наконец вздохнув полной грудью. Вот вроде и не устал, но притомился. Всё-таки церковь это не моё, хотя первое время наверняка придётся ходить. Не стоит выбиваться из коллектива, особенно который так тепло меня встретил.

— Лука Артёмович! — уйти я не успел, как меня окликнул Виктор Михайлович, усаживающий в машину супругу, с которой мы так и не познакомились. Судя по брошенному на меня взгляду, это была не случайность, Хвостова явно не жаловала коллег. — Это мы удачно встретились! Сильно занят сегодня?

— Да в целом не особо, — я прикинул свои планы. — Думал зельем заняться от колорадского жука, но это лучше ближе к вечеру, ему настаиваться надо двенадцать часов. Думал в ночь сварить, чтобы утром уже готово было.

— Это дело нужное! Житья нет от этой паскуды! — обрадовался председатель. — Но раз днём свободен, давай в одно место заедем. Я же тебе обещал помочь с транспортом? Так всё готово. Я сейчас супругу увезу и за тобой подскочу!

— Добро! — новость меня обрадовала. Пусть пока я за черту села практически не выезжал, но это явно ненадолго. Так что свои колёса были критически нужны и для работы, и для жизни. — Тогда буду ждать! Спасибо!

— Заранее не благодари, — хлопнул меня по плечу Хвостов и сел в машину. — Может ещё не понравится подарок.

— Это вряд ли. — нет, конечно, у меня имелись собственные предпочтения, на ту же «Сибирь» председателя я заглядывался, с трудом сдерживая слюну, но дарёному коню в зубы не смотрят, а на приличную машину даже со своей весьма приличной зарплатой я накопил бы месяца через три, если не пить и не есть всё это время. — Интересно, что там за тачка такая.

Любопытство терзало меня всё время пока я шёл домой, обедал, а после по дороге на МТС. Оказывается, я пару раз уже проезжал мимо, но не обращал внимание, что там за бетонным забором. Нет, я догадывался, что что-то важное, но поскольку в устройстве деревенского быта мало чего понимал, то даже мысли не возникло, что именно тут находится техническое сердце села. А именно Машинно-Тракторная станция!

Если где-то есть и есть рай для фанатика-технаря, то он точно был именно тут. Десяток величественных комбайнов, ряды тяжёлых «Блиновых» моделей 150К и 700. Рядом примостились гусеничные «Катерпиллеры» и ДТ-75. За ними стоял ряд более мелких колёсных тракторов включая смешные машинки с кузовом перед кабиной. А вот грузовиков было маловато, судя по пустым стояночным местам они все были в работе.

— Попрошайки-то? — Хвостов на мой вопрос бросил взгляд на ряд техники. — Так самая ходовая машинка в моём хозяйстве. Не всегда нужна большая мощь. Понятно там сена подвезти или молоко с дойки там или грузовик или «Беларусь» заводят, а вот перекинуть что от фермы к ферме, людей перевезти, телятам корма подвезти по-быстрому. Тут Т-16 вне конкуренции.

Слава Богу, останавливаться возле тракторов мы не стали, а проехав крытые гаражи, тормознули возле ремонтного цеха весьма солидного размера. Ворота по летнему времени были открыты и внутри виднелся солидный набор станков на все случаи жизни. Слева за отдельными дверями пряталась автомалярная станция, откуда как раз выезжал легковой автомобиль. Я сразу понял, что это то, зачем мы сюда приехали, вот только внешний вид меня изрядно удивил. Впрочем, недаром Виктор Михайлович говорил, что машина может не понравиться, оно и понятно, судя по внешнему виду выпустили где-то годах в сороковых, а маги народ привередливый, привыкший к особому к себе отношению. Такой и обидится мог запросто, что ему подобную развалюху подсунули.

— Готово уже⁈ Молодцы! — Хвостов начал кричать даже ещё толком не остановившись, просто высунувшись в окно. Потом заглушил двигатель, выскочил из машины, с ходу пожав руку пожилому мужчине, судя по поведению и голубой рубахе с коротким рукавом, являвшимся тут главным. — Ну спасибо, Денисыч, удружил!

— Я же сразу сказал, сегодня будет готово, — степенно ответил на рукопожатие тот. — Как новая! Проверять будешь?

— Я не буду, не первый год тебя знаю, а вот новому хозяину технику показать стоит, — схитрил Виктор Михайлович и повернулся ко мне. — Знакомьтесь. Наш бессменный директор МТС Беляев, Константин Денисович. А это новый маг, Лука Артёмович Новиков.

— Наслышан, наслышан, — Беляев первый протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал. Ладонь у директора была твёрдой, задубевшей от въевшейся под кожу смазки. Сразу видно, что он привык не в кабинете кресло протирать, а крутить болты и гайки, возвращая в строй технику. — Маг — это очень хорошо. А то иногда машина колом встанет и хоть с бубном пляши, не поймёшь, где поломка! Лет двадцать назад мы над одним Котом, Катерпиллер который, две недели бились. Мотор полностью меняли, ходовку перебирали, не работает и всё! Вроде схватится и тут же в разнос идёт. А потом Григорьич, маг местный, не здесь, в Караганде это было, подошёл, чего-то пошаманил, и хвать, вытаскивает из нутра какого-то зелёного уродца! Это оказывается, он технику портил, понимаешь!

— Гремлин, — я кивнул, показывая, что в курсе проблемы. — Нечисть редкая, но известная. Её американцы как раз и завезли, когда заводы к нам переносили. Обожает технику портить. Но сейчас, насколько я знаю, все станции и заводы в обязательном порядке против них обработку проходят.

— Ага, было такое, года четыре назад, ещё Викентий делал. — согласился Константин Денисович. — Но, тьху, тьху, тьху, нас Бог от этой заразы миловал!

— Если вовремя проводить профилактику и дальше милует, — я вспомнил, что обряд рекомендуется повторять раз в пять лет и сделал себе мысленную пометку завести реестр со сроками, а то мало ли. — Ну что, будем дарёной лошадке в зубы заглядывать?

— А пойдём! — хохотнул директор МТС. — И ты не смотри что машина старая! Наоборот, таких сейчас не делают! Это ж самый натуральный НЭШ 1000! Раритет, можно сказать.