Первая драка случилась близ села Чумашки, Купинского района. Точнее когда‑то здесь стояла небольшая деревенька, но вот уже лет сорок как люди оттуда ушли и от неё остались лишь заросший крапивой погост и пара сгнивших домов, сейчас больше напоминающих землянки, настолько они обвалились и заросли дёрном. Именно в одной из них меня и поджидали четыре упыря, от голода впавшие в спячку, сравнимую с летаргией. Но появление такого количества вкусных людишек пробудило нежить, а я ещё не расслабился настолько, чтобы сунуться к избам без проверки. И сначала заклинание, а затем Морон подтвердил, что да, нас ждёт засада. Так что выскочивших упырей встретили дружными залпами спецбоеприпасов и мои заклинания и до редкой цепи милиционеров не добежал ни один. Однако, это был самый простой бой, а в следующий раз мне пришлось повозиться.
Началось всё с того, что я остался без сопровождения. Поначалу меня сопровождали сотрудники Краснозёрского РУВД, но за пределами района их полномочия закончились. Точнее поначалу они ещё со мной немного покатались, но потом натолкнулись на местных, плюс собственное руководство задач нарезало, в общем меня передали дальше по цепочке. Но там тоже все стояли на ушах, проверки шли за проверками, дрючили всех не взирая на причастность, поэтому я то передвигался с солидным кортежем, а то рулил в одиночку, пытаясь по карте понять, куда мне вообще ехать, и чем вот этот поворот отличается от того, что мне нужен. Вот в один из таких моментов, когда я соображал, то ли я на месте, а может вообще свернул не туда, и теперь надо возвращаться, а это километров шесть по такой отвратительной дороге, что только обнять и плакать когда на меня вылетел дохлый медведь.
Нет, к кладбищам он никакого отношения не имел, судя по закисшей шкуре, раздувшейся туше и явному некроморфизму мне повезло встретиться с порождением Васюгани. И ведь не сказать, что я так уж близко к ней подобрался, места в районе Верх‑Каргата были довольно обжитыми и на тебе, пробралась, тварь! Скорее всего по воде, чего утопленнику, чапай по дну и чапай. И охрана прошляпила, а мне теперь разбирайся с машиной для убийства всего живого весом в тонну, когтями с ладонь и клыками в палец. Хорошо ещё что морфирование не зашло слишком далеко и медведь не успел обзавестись ни бронёй, наподобие хитиновой, ни дополнительными конечностями, ни особыми приёмами, типа оглушающего рёва, ну и прочими радостями выдаваемыми Васюганскими болотами своим созданиям.
Этот бой мне запомнился даже больше чем схватка с вурдалаком. Тот был тупой, кровожадной скотиной, но всё же сопоставимой по размерам с человеком, а эту тушу никакой Щит не остановит. И уж тем более можно только мечтать, чтобы перекинуть его через себя. Плюс сила, плюс скорость. Минус – полное отсутствие мозгов, хотя как по мне всё ровно наоборот. Если бы ему ещё и разум, я бы точно остался в этих лесах, а так обошлось. Побегать, конечно, пришлось изрядно, и не просто так, а по пересечённой местности уводя тварь от машины. НЭШ ему был на один присест, так что никаких догоняшек вокруг авто и быть не могло.
Конечно, бегать с медведем наперегонки тоже весьма экзотический вид самоубийства, но… я ведь говорил, что тварь получилась тупая? Да, при своём весе и физической мощи нежить могла спокойно не замечать мелкие неудобства, но пытаться пройти через две близкорастущие берёзы у него всё же не получилось. Равно как и свалить их, ну по крайней мере сразу, а вот сдать назад и обойти ума уже не хватало. В итоге я сначала удачно подрубил передние лапы, фактически обезопасив себя с этой стороны и значительно уменьшив мобильность монстра, а потом методично добил задние и уже совсем спокойно отрубил дохлятине голову. На чём моя миссия завершилась, осталось только вернуться к машине, трясущимися руками набрать родной ПМАК, чтобы те связались с местными, затем дождаться наряд на ковре‑самолёте, заполнить кучу бумаг, посмотреть, как маг второй категории сжигает тушу медведя в неугасимом пламени и… вставать на ночёвку. После таких приключений ехать куда‑то было выше моих сил, а спать в машине посреди дикого леса я уже даже привык.
Последняя драка, хотя скорее стычка произошла в последний день работы, когда я уже фактически закончил проверку всех указанных кладбищ и собирался возвращаться. Просто заехал в первую попавшуюся деревню хотя бы пожрать купить, а то пилить пять или шесть часов на голодный желудок удовольствие слабое. Зашёл в столовую, взял куриный суп с лапшой, картофельное пюре, три котлеты, салатик. Компот, конечно не забыл и песочный коржик, на десерт. С удовольствием пообедал, а на выходе меня встретила толпа с дрекольем и охотничьими ружьями.
Да, я в какой‑то мере сам виноват, уже привык, что Старые кости постоянно болтаются за спиной, а Морон или сидит на плече, или кружит над головой. После медведя я в принципе птицу не загонял, ведь в тот раз только благодаря ему меня не прихватили с голой задницей. Гипотетически, хотя кто знает, туалетов в тайге как бы тоже не было предусмотрено. Да и атам тоже висел на поясе, рукоятью намекая, что это не просто нож колбасу резать. Напоминаю, что область уже две недели как лихорадило проверками, а сопровождение я отпустил, решив, что всё, мне оно больше не требуется. Ну и нарвался. Нашёлся в деревне мужичонка один, по прозвищу Крякаш, трепло неимоверное, но харизматичный и умеющий завести народ. Вот он их и завёл, рассказав, что это я, оказывается, кладбища поднимаю, меня милиция ищет, не зря же вон аж несколько машин по трассе пролетели, а сейчас, значит, решил их деревню со света сжить. И если они хотят уцелеть, то меня надо непременно сжечь, иначе всё, кровь, кишки и Содом с Гоморой.
Я честно не знаю, как дело не окончилось кровавой баней. Толпа была угрюма и жаждала крови, а я не собирался позволить разорвать себя на части. Мою просьбу просто дать мне уехать проигнорировали. Точнее заводила начал орать что‑то типа ага, испугался некрот, но не верьте ему люди, он потом вернётся, проклянёт всех вас скопом и каждого отдельно, у коров пропадёт молоко, бабы на сносях родят полено, а деревенская молодёжь все как один перекрасятся в радужные цвета и станут любить друг друга крайне противоестественным способом. К чему было последнее я не знаю, но судя по поминанию Содома у мужичка на этом деле была фиксация и латентное желание попробовать. Правда я тут причём было совершенно непонятно, пробовал бы сам, я к этим вещам крайне отрицательно настроен.
Не остановила людей и демонстрация Старых костей с Плетью тлена. Народ лишь набычился и принялся надвигаться на меня и кровопролитие казалось неизбежным, когда появился глава сельской администрации, ездивший на охоту. Мгновенно оценив ситуацию, он сначала дал залп в воздух, заставив жителей осадить назад, а затем отвесил знатного леща провокатору, даже не став слушать его лепет.
Как оказалось, у говорливого мужичка была справка из жёлтого дома. Там его признали безвредным, чтобы отпустить домой, но вся деревня знала, что кукушечка подтекает. А почему повелись на его бредни никто пояснить так и не смог. Говорят, словно наваждение какое‑то, слушаешь и понимаешь, а ведь прав Крякаш! Чего бы некромант просто так к нам заезжал? Да ещё вот такой весь с оружием и призрачным вороном. Явно же что‑то плохое замыслил. Значит надо взять и проучить, чтобы неповадно было.
То, что большинство из них могло так и остаться лежать неаппетитными кусками гнилого мяса до мужиков дошло сильно позже. Я не обольщался, меня бы всё равно смяли. Люди это тебе не упыри, они куда опаснее, пусть по отдельности каждый из них проигрывает нежити. Но не зря человек стал доминирующим видом на Земле, не имея ни выдающихся когтей, ни клыков. Да и мускулатура у нас была не такой выдающейся как у той же гориллы. Я уже не говорю про мамонтов, но именно люди охотились на гигантов, а не наоборот.
Так что за те минуты я уже успел попрощаться с жизнью, а когда всё разрешилось, подавать заявление не стал. Просто посмотрел на главу, как взрослый матёрый мужик мнётся, не зная как уговорить двадцатилетнего сопляка, чтобы тот не подавал заявление. Ведь если начнутся разбирательства всем будет плевать, что зачинщиком стал психически неуравновешенный человек. У вас то голова где была? Значит и отвечать будете по полной программе. Короче промолчал я и своим ничего не сказал. Бог им судья, а я хоть и не считал себя верующим, но и грех на душу брать не хотел.
