Иногда я задумывался, насколько странно всё сложилось. Огромная социальная сеть, способная изменить целую страну, пока помещалась в нескольких комнатах моей виллы.

Достав телефон, я набрал Рафаэля.

– Доброе утро, – поприветствовал его, дождавшись ответа. – Заедь ко мне. Нужно кое‑что обсудить.

Я заглянул в спальню.

Карла спала поперёк кровати, раскидав одеяло, подушки и собственные волосы. Одна прядь закрывала половину лица, а рука лежала на пустой стороне постели, будто она пыталась найти меня во сне.

За последние сутки ей пришлось многое перенести, поэтому будить её я не стал. Бесшумно прикрыл дверь и направился в кабинет.

Рафаэль приехал через полчаса.

Мы уселись за стол, и я подробно объяснил, что именно хочу получить.

– Не выйдет, – упрямо заявил инженер. – Как я оставлю заводы? Теперь их три. Мне нужно выстроить цепочки, наладить станки, сборочные ленты, обучить людей. Если я сейчас уеду, всё развалится.

– Согласен по каждому пункту, – не стал спорить я. – Поэтому поступим иначе. Сначала подготовишь смету. Потом закажешь оборудование и назначишь ответственных. Через неделю, когда основные процессы запустятся, поедешь сам. Так устроит?

Рафаэль нахмурился, мысленно перебирая возражения.

Спорить всё же не стал.

– Хорошо, – нехотя согласился он.

Речь шла о новом пространстве, которое мы, к слову, ещё даже не выкупили.

Старый завод в Фаворе нуждался в полной переделке. Мы собирались превратить заброшенное предприятие в защищённый технический центр, где разместятся серверы, резервные системы и новые отделы компании. Работы предстояло много, а времени, как обычно, почти не было.

Однако для начала завод требовалось купить.

В дверь заглянула Мария.

– Завтрак готов.

– Ты‑то мне и нужна, – оживился я. – Владелец земли в Фаворе так и не объявился?

Рафаэль воспользовался возможностью сбежать и быстро покинул кабинет. Мария проводила его взглядом, после чего заняла освободившееся кресло.

– Ничего, – она покачала головой. – Написала ему на почту, несколько раз звонила. Ответа нет.

– Плохо. Это лучший вариант из всех, что мы нашли. Цена, расположение…

– Окружение, воры, бандиты, мусор, – принялась перечислять Мария, загибая пальцы.

– Воры и бандиты нам не помеха. Поставим охрану. Мусор тоже мало беспокоит. Мы собираемся не презентации там проводить, а хранить серверы. Местный криминалитет к нам не полезет. А если решит немного пощипать…

Я сделал короткую паузу.

– Ответим.

– Как с Марселем? – Мария едва заметно содрогнулась.

– Как с Марселем.

Девушка не спешила уходить.

Сначала я решил, что она хочет обсудить документы, но Мария молчала, теребя пальцами край юбки. Выглядела она непривычно бледной. Под глазами залегли тени, хотя обычно помощница умудрялась сохранять безупречный вид даже после бессонной ночи.

– Что‑то случилось? – насторожился я.

Мария была мне дорога. Кроме того, она стала незаменимой для компании. Если программисты являлись мозгом Виды, то Мария давно превратилась в её руки. Через неё проходили встречи, документы, поручения и десятки мелких дел, о существовании которых я даже не подозревал.

– Нет, просто…

Она замялась.

– Меня пугает то, что произошло вчера. Скажу больше: меня пугает мысль, что это не последние подобные проблемы.

– Мы всё решили. Но если тебя что‑то беспокоит, скажи прямо.

Мария опустила глаза.

– На месте Карлы должна была оказаться я.

Я мысленно выругался.

И где она успела это услышать?

Хавьер?

Вот же оловянный солдатик. Обычно лишнее слово из него приходилось вытаскивать едва ли не клещами, а тут разговорился.

С другой стороны, для Хавьера я оставался руководителем. С Марией же они уже не первый месяц жили под одной крышей, постоянно встречались за завтраком и ужином. Неудивительно, что телохранитель рассказал ей больше, чем собирался.

– На Карле ни царапины, – напомнил я. – Тебя вытащили бы так же. Без особых проблем.

Мария некоторое время молчала.

– Так будет всегда?

– Настолько опасно?

Она кивнула.

Я не стал вешать ей лапшу на уши.

– Да. И дальше станет только опаснее. Люди наверху – не бандиты с окраин.

Мария побледнела ещё сильнее.

– Ты готова к этому? – продолжил я. – Ещё не поздно соскочить с корабля.

Девушка встала.

Страх никуда не исчез, но время лечит, это я знаю по опыту.

– Готова.

Мария вышла из кабинета Виктора и прикрыла за собой дверь.

Её тут же забила крупная дрожь.

Пока она сидела напротив него, удавалось держать лицо и заставлять голос звучать твёрдо. Теперь напряжение отпустило, и тело перестало подчиняться. Колени ослабли, ладони похолодели, а сердце болезненно колотилось о рёбра.

События вокруг нарастали снежным комом.

Ещё вчера, как ей порой казалось, она была перспективной выпускницей юридического факультета. Искала работу, мечтала о хорошей должности и считала успехом возможность попасть в крупную корпорацию.

Теперь Мария стала едва ли не правой рукой молодого и амбициозного корпората. Подписывала многомиллионные договоры, сопровождала сделки, общалась с владельцами заводов и знала секреты, за которые некоторые люди были готовы убивать.

А вчера убивали уже рядом с ней.

Мария взяла у Эстеллы сэндвич, вышла из дома и забралась во внедорожник. Ей предстояло отвезти Даниэлю документы.

Садясь за руль, она старалась отогнать дурные мысли. Не думать о Карле. Не представлять, что произошло бы, окажись похитители умнее. Не вспоминать спокойное лицо Виктора, когда он сообщил, что проблема решена.

Мария вела одной рукой, второй удерживая сэндвич. Последнее время она почти всегда ела так: в машине, в коридорах, между встречами. Спокойно сесть за стол удавалось всё реже.

Из радиоприёмника донёсся взволнованный голос ведущего:

– Бойня. Другого слова подобрать невозможно. Этим утром Корса получила неоднозначные новости. Преступная группировка Марселя Сотело, больше известного как Краб, была полностью ликвидирована.

Мария перестала жевать.

– Я читаю отчёты с места событий, вернее, ту их часть, что успела утечь в прессу, и не могу поверить собственным глазам. Уберите от радиоприёмников детей. Далее прозвучат подробности, способные шокировать неподготовленного слушателя.

Обе руки Марии были заняты. Она не успела выключить радио.

– В ночном клубе «Глотка» обнаружены тела практически всех членов преступной организации. На данный момент подтверждена гибель тридцати человек. По предварительной версии, неизвестные ворвались в здание, обезвредили охрану и освободили более десяти пленников…

Сэндвич застыл у губ Марии.

Перед глазами возник Хавьер. Его тяжёлый взгляд. Люди службы безопасности, которые молча выходили из дома после разговора с Виктором.

– После освобождения заложников, членов банды вывели в коридор, поставили на колени и казнили. Расстреляли, если называть вещи своими именами. Сам Марсель Сотело также найден мёртвым в своём кабинете…

К горлу подкатила тошнота.

Мария резко ударила по тормозам. Внедорожник дёрнулся, съехал к обочине и остановился, подняв облако пыли.

Она едва успела распахнуть дверь.

Согнувшись, Мария выплюнула остатки сэндвича, а затем её вырвало. Желудок болезненно сокращался, будто его стянули морским узлом. Перед глазами поплыли тёмные пятна.

Лишь когда из горла пошла горькая желчь, она смогла выпрямиться.

Некоторое время Мария стояла у машины, опираясь ладонью о раскалённый металл. Мимо проносились автомобили, и водители равнодушно скользили по ней взглядами.

Она достала воду, прополоскала рот и вернулась в салон.

Руки тряслись так сильно, что крышку бутылки удалось закрутить только со второй попытки.

Мария не присутствовала в клубе, но прекрасно представляла, что там произошло. Радиоэфир лишь расставил всё по местам.