Елизавета молчала. Сжимала в кулаке изгрызенный в лоскуты тонкий носовой платок.

– Это из чего такой следует вывод? – неожиданно впряглась в разговор черноволосая маркиза. Она явно считала себя старше и разумнее сестры, – Ты, доморощенная волшебница, считаешь, что капитан и есть последний бастард императора?

Я слегка растопырила глазки и тут же прикрыла их веками. Намечался скандал. Родовитые аристократки терпеть не могли Марину, неизвестно откуда появившуюся и в три прыжка проскочившую в Лучшие Подруги Главы ГС.

– Капитан Хегг – Последняя кровь. Вернее, он – Первая кровь. Оспаривать этот факт может только слепой, – спокойно и твердо заявила медиум.

– Поддерживаю, – вдруг заявила маркиза блондинка, – невыносимый красавчик капитан ведет себя прям как папаша. Тот ведь был сексуальный маньяк, ни одной девки мимо не пропускал. Это сейчас не принято про это вспоминать. Но у кого с головой все нормально, тот помнит прекрасно, что творил наш последний истинный правитель.

– А что он творил? – я вылезла вперед. Ничего такого про Хьюго Великого Миротворца слыхом не слыхала. В школе точно не рассказывали.

– Ну вот, пожалуйста, – старшая маркиза показала на меня рукой, – и тридцати лет не прошло, а новое поколение уже ни фига не знает!

– Да, император повернут был на сексе! Причем, – тут младшая маркиза понизила голос до нуля, – трахал он все, что шевелится. Ни для кого исключения не делал. Ни на возраст не смотрел, ни на пол. Всегда в постели у него было двое, а то и трое. А уж если ему на людях приспичит, то…

– Хватит! Хватит повторять древние гнусные сплетни о нашем венценосном брате! Все это похабная ложь, которую сочиняет чернь в кабаках! Он был великий государственный деятель! И детей после себя не оставил! Нет никакой крови, ни первой, ни последней! Это легенда! Такая же лживая, как вранье о его родстве с Хёггом, будто бы его великая мужская сила от бога Последнего и поэтому он бессмертный. Умер Хьюго Миротворец от болезни печени, мучился, как обычный человек. Приказываю тему эту закрыть! – пятая герцогиня Елизавета пристукнула мягким холеным кулачком по скатерти, – и в бальной зале не поднимать.

– С чем воюешь, дорогуша? Скажи мне, я помогу.

Все женщины за столом оглянулись. В пылу разговора никто не заметил, как к столу наместницы подошли двое. Седой старик и мальчик с похожими белыми волосами. Одеты они были в синие, расшитые золотом мундиры высших сановников Империи.

капитан Хегг

Я шёл знакомым коридором в обеденную залу. Превосходный мой батлер заранее приготовил мне костюм. Словно предвидел аварию с красным вином. Волшебник.

Я вошёл и сразу скривился. Поморщился. Этот гадкий шум: музыка, живой оркестр, скрипки-балалайки. Танцы. Не понимаю. Терпеть не могу!

Пригляделся, как следует. Широкая зала имела боковые ниши для серьезных людей. Карты! Вот это дело.

Мои любимые подруги сидели за столом для Королевского покера. Такая традиция в замке. Какие-то важные дядьки в дорогих камзолах прилипли с постными рожами по обе стороны стола и кивали в мою сторону еле-еле. Двое не обернулись. Свободный стул ждал, похоже, только меня.

– Позволите присоединиться? Дамы. Господа, – я был безукоризненно вежлив и приятен, подходя к компании

Седой дед выпрямился и откинул длинные белые пряди с лица. Я сразу узнал его – граф Валентин собственной персоной. Пару раз нас сталкивала Судьба. Щуплый паренек, сидящий рядом с графом, поднял на меня глаза. И мир поехал с резьбы.

В сердце сразу ткнулась черная иголка. Не зацепилась, отскочила, причинив страшную затяжную боль. Я не схватился рукой за левую сторону груди, удержался не знаю, как. В глазах потемнело. В висках загремело кровавым набатом. Но я удержался на ногах.

Зеленоглазый. Он поднялся на ноги и уставился своими хёгговыми глазищами на меня в упор. Атака повторилась. Я услышал на краю сознания:

– Здравствуй, любимый. Садись рядом.

Ледяной пот стек по спине в кальсоны.

Я сделал три шага вдоль стола. Оперся о спинку кресла шестой герцогини.

– Я сяду здесь. – объявил я хрипло.

Леди Лиллианна с шумом подвинула свое тяжелое кресло. Камердинер втиснул для меня стул.

Я сел. Неимоверным усилием старался не смотреть на зеленоглазого.

– Возьми меня за руку, Лиля, – я беззвучно попросил.

Герцогиня головы не повернула. Как говорила о чем-то с медиумом, так и продолжала. Я видел крайнее изумление в глазах герцогской домашней волшебницы. Вот уж кто насмотреться на меня не мог!

Прохладные пальчики легли на колено. Я тут же накрыл их своей ладонью. И все. Такое облегчение упало на меня, что я готов был разрыдаться от счастья. Никакой головной боли, никакой раны в сердце, никакого потного удушья. Оргазм и рук не надо! Я откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Лиля дернулась было отобрать руку, но я не отдал. Бешено хотел прижать ее ладонь к губам. Но боюсь, что сейчас она бы мне не позволила.

– Вы присоединитесь к нам, капитан? – знакомый мужской голос вернул меня в действительность.

леди Лиллианна

Герцог Валентин мужик гадкий. Про него чего только не рассказывают, пересказывать противно. Вряд ли ему посылали приглашение. Но по статусу и праву родства он имеет право на место за этим столом. Очередного своего воспитанника приволок, старая сволочь! Что-то он имеет к безногому моему капитану. Моему?! Вот уж я оговорилась!

Волна его переживаний прикатила мне в самое сердце. Чего там только не было! Страх, ярость, презрение, отвращение, снова страх, насмерть перепутанный с вожделением. Как я умудрилась так открыться перед этим безнравственным, неблагодарным и неразборчивым типом? Это не я. Это он мне настолько доверяет, что не прячет истинных эмоций. Не знаю, радоваться мне или спасаться бегством. От нажима его пальцев моя ладонь онемела.

– Хегг, отпусти.

Он вздрогнул. Отмер. Потом ослабил медвежью хватку. Поднес мою руку к губам и тесно прижал. Когда отпустил, на его нижней губе остался отчетливый след моей фамильной печати.

– Спасибо, любимая, – проговорил капитан слышно.

Мальчишка, сидящий рядом с Валентином, громко разрыдался и убежал, стуча высокими каблуками лакированных туфель. Граф промямлил неразборчиво извинения и ушел следом за воспитанником.

– Вы присоединитесь к нам, капитан? – нарушил неловкую паузу взрослый мужчина в генеральском мундире.

Государственный советник Дуглас. Я много слышала об этом человеке. Общаться пока не доводилось. Но ведь и до Королевского покера меня допустили впервые в жизни.

– Почту за честь, полковник, – браво ответил Хегг.

Никакого страдания, страха и пошлых конвульсий! Я с изумлением воззрилась на своего бывшего парня. Бодр и свеж! Как не с ним было.

Дуглас кашлянул.

Капитан подскочил с места, умудрился щелкнуть громко и ловко каблуками бальных туфель:

– Прошу прощения, господин генерал.

Тот кивнул снисходительно и усадил его жестом руки.

Все сидящие за столом поглядели друг на друга. Ждали, продолжатся ли перестановки партнеров или общество устаканилось.

– Позволите начать? – с едкой иронией осведомилась Елизавета.

В ее ярких, как у всех подлинно рыжих женщин, зеленых глазах обида мешалась с аристократической насмешкой.

– Сори, – весело и заразительно расхохотался душка капитан и пересел в кресло по левую руку от наместницы. Нахально отобрал белую ручку дамы и облобызал. – Поехали!

Раздвинул широко ноги, прижав плотно женское бедро в тонком летнем платье. Наглец!

капитан Хегг

– Ставка десять золотых монет, – объявила наместница.

Все они тут знают, что я вечно нищ и гол.