— Я лишь пришёл сказать ей, чтобы она не питала бесплотных надежд на мой счёт! — бывший жених Юри решил высказать альтернативную точку зрения. — Она мне не нужна.

— Видите? Он считает, что ваша жена его любит и не желает верить, будто это не так. Но зачем ей этот смазливый хлюпик, когда есть вы? Ой, ну, то есть, я хотела сказать, что вы гораздо красивее, — девочка засмущалась, а Со Джун очень по-доброму ей улыбнулся.

— Благодарю за столь лестную оценку, агасси, — а потом мой мужчина повернулся к Мин Хо и очень вежливо спросил. — Господин Пак, а зачем моей Юри вы, когда у неё есть я?

Этого нежная душа героя прошлого романа вынести не смогла и произнеся глубокомысленное: "Ой, всё" мужчина поспешно вышел из кофейни.

— Они старались меня защитить, — сдала я подростков.

Намёк был понят и Со Джун с теплой улыбкой спросил:

— Молодые люди, вы ведь любите пирожные? — После чего скупил всё, что осталось у нас на витрине.

А на утро мы проснулись знаменитыми. Дети, как и ожидалось, выложили в сеть, записанное накануне вечером видео.

Хотя, знаменитыми проснулись не совсем мы, а Пак Мин Хо. Всего за одну ночь он удостоился звания "Самый самовлюблённый мужчина Кореи".

Но магическое влияние на мир Акеми и не думало ещё ослабевать. Она выложила короткий рилс, где объяснила произошедшее досадным недопониманием, попросила больше не раздувать скандал. И хейт мгновенно стих.

Все те, кто ещё вчера пылал негодованием, сегодня словно бы забыли о существовании Мин Хо. В реальной жизни так не бывает. Обществу свойственна инертность. Не могли же все в этой фэнтезийной Корее проникнуться роликом на десять секунд? Самым же странным был таймлайн. Минута в минуту, как Акеми выложила свой рилс, видео с её мужем перестали просматривать и комментировать.

Это пугало.

Ведь очень скоро абсолютно такую же власть над миром обретёт Чхве Арин, а я не представляю, как смогу ей противостоять. Потому что в войне матери с возлюбленной первой жертвой всегда становится её сын.

Январь и февраль пролетели совершенно незаметно. Я уставала жутко. Но вместе с тем, начинала чувствовать себя в этом мире спокойнее. Словно обрела своё место.

В кафе мы, наконец, открыли второй зал. И начали с малого. Японские панкейки. Лёгкие салаты. Паста. Пицца. Но и так я чуть с ума не сошла. Бегала между кухнями. Раздавала указания. Следила за тем, чтобы эти самые указания неукоснительно исполнялись.

Благо, новые сотрудники быстро поняли, что я — профессионал своего дела, а не просто так права качаю. Хотя, сплетничают обо мне подчинённые самозабвенно. Всё им моя личная жизнь покоя не даёт.

И ребёнок у меня внебрачный.

И любовник богатый, которого я этим самым ребёнком привязать пытаюсь.

И, вообще непонятно, как такой мужчина обратил на меня внимание. Потому что не похожа я на обладательницу титула "Мисс Корея".

Я, если честно, таких претензий не понимала. Нормальная у меня внешность. Нормальная. Можно сказать, азиатский вариант той, что была у меня в прошлой жизни. Только волосы черные.

И что?

Но у местных столько заморочек по поводу внешности, что подумать страшно. Немного не соответствуешь идеалу, держи соответствующий комплекс, а лучше два или три. И только попробуй не стыдиться.

Но ладно бы они обсуждали мою ординарную внешность только в контексте личной жизни. Это ещё можно понять. Но какая, черт бы их побрал связь между лицом и успешной карьерой? В конце концов повар, в отличие от актера или фотомодели работает руками. Вот руки у него и должны расти из правильного места, а остальное не имеет значения. Однако, так это здесь не работает. Менталитет другой.

Как я и предполагала, проблемы с персоналом возникли. Особенно сильно мне нервы трепал в этом плане Чанг Чже Хун. Мой ровесник и повар от бога. Ну, то есть я его воспринимала, как ровесника. Он всего-то на год был старше меня. У него же на этот счёт было другое мнение.

Моего терпения хватило две недели. Думала, он успокоится, но нет. Потому я отозвала его и честно предупредила:

— Повар Чанг, вы устраиваете меня, как профессионал, но ваше высокомерие портит всё впечатление о вас.

— Что вас не устраивает Шеф Кан? — строит из себя оскорблённую невинность мужчина.

— Меня не устраивает то, что вы используете по отношению ко мне пассивную агрессию. Ваши демонстративно-презрительные взгляды и жесты. Когда я обращаюсь к вам, вы делаете вид, будто не слышите. Если я что-то прошу сделать, соглашаетесь, но потом "забываете". А когда вам становится скучно, начинаете дёргать меня по пустякам. Вот, например, сейчас. Будто вы сами не способны справиться с такой простой задачей, как заточка своих же ножей. Также, меня не устраивают ваши двусмысленные комментарии, спрятанные за вежливыми улыбками. И то, что вы своим поведением создаёте напряжённую обстановку на рабочем месте.

— Вы, действительно, совершенно не умеете считывать атмосферу? — произносит он ошарашенно.

Да, ещё одна местная фишка. Аборигены тут должны без слов понимать невербальные сигналы, иерархию и невысказанные мысли в окружающих. Критиковать характер или поведение человека нельзя. Это ужас как невежливо. Нужно ссылаться на недопонимание, использовать обезличенные конструкции, например, "мы" вместо "вы". Терпеть, терпеть и еще раз терпеть. Даже откровенное хамство и ничем неприкрытую агрессию. Нельзя напрямую давать отпор. А нежелание играть по этим правилам воспринимается как грубость, глупость и незрелость.

— Вы привыкли прятаться за нежеланием других людей вступать с вами в прямые конфликты. Не это ли стало причиной того, что вы в двадцать девять лет сменили шесть мест работы, не сумев нигде задержаться надолго, несмотря на свои способности.

— Вы переходите границы, шеф Кан! — мужчина побагровел.

— Ещё не начинала, повар Чанг. Но если вы настаиваете. Я думаю, что вы так ведёте себя, потому что не можете обуздать свою зависть. Она вырывается в той самой пассивной агрессии, о которой упоминалось ранее.

— Это немыслимо! Как вы можете говорить такие отвратительные вещи?!

— Повар Чанг я лишь назвала эти вещи своими именами. Неужели до меня вам этого никто не решился указать на ваш недостаток? Однако, меня не это интересует, а способны ли вы остановиться? Если считаете, что никакой проблемы у вас нет, а вам семь раз подряд попались неадекватные руководители, которые придираются к вам ни за что, давайте сэкономим время друг друга. Уходите. Вам в полном объеме будет выплачена зарплата за эту смену.

— Что?

— Вам будет выплачена зарплата за эту смену, — повторяю вежливым тоном. — Несмотря на то, что до конца рабочего дня осталось два часа. Да, у вас удивительный талант к готовке. Я не буду с этим спорить. Но вы зарываете его в землю.

— Сразу бы сказали, что ищите подхалима, а не повара.

— Я ищу повара, а не истеричного подростка, который не способен справиться со своими эмоциями. Вы завидуете, злитесь и выплёскиваете эту злость на меня. Мне это не нужно.

— Вы ничего обо мне не знаете.

Сочувственно киваю. Куда уж мне понять весь трагизм его истории?Но если ты к каждому хаму будешь подходить с открытым сердцем, очень быстро превратишься в мишень для нападок. Это приведёт к эмоциональному истощению. А оно мне надо?

Жизнь всегда несправедлива. Кто-то получает всё, не прилагая никаких усилий. Кто-то выбивается из сил, чтобы, просто, не оказаться на дне. И что? В этой мировой несправедливости нет моей персональной вины.

Вспомнилась школа и две мои одноклассницы. Маша и Даша. Маша была типичной маминой любимицей и папиной принцессой. У неё было всё: родительская поддержка, своя комната, репетиторы, красивые тетрадки и милые брелки на рюкзачках. Её обожали учителя, а учеба давалась легко. Но она никогда не задирала нос и была очень доброй.

Дашина жизнь представляла собой увлекательный квест по выживанию в двухкомнатной квартире среди пелёнок и пяти орущих детей-погодок. Её родители хотели много детей, поэтому для начала произвели на свет няньку, подождали семь лет и принялись строгать настоящих деток. Мамочке, которая или беременна, или только родила нужно помогать. В идеале, не только днём. Одна беда — школа мешает. Но и запретить старшей дочери ходить туда не получалось. Органы опеки могли заинтересоваться. Поэтому Дашины родители решили пойти другим путём. Сказали, ей что домашние задания делать не обязательно. И, вообще, если ей так скучно, что за книжки тянет, значит будет она не два раза в день полы мыть, а четыре. Училась Даша паршиво. В школе её ругали постоянно. Это она считала жутко несправедливым. Однако винила в этом моя одноклассница не своих эгоистичных родителей и не себя, а именно отличницу Машу. Хотя, та ей поначалу и домашка давала списывать, и на контрольных помогала. До травли дело дошло. Недолгой, но отчаянной.