Кто помнит, что случается с предметом, который попадает в черную дыру? Её чудовищная сила начинает тянуть данный объект к себе. Ближнюю часть тянет гораздо сильнее, чем дальнюю. Из-за этого любой предмет сначала растянется в длинную и очень тонкую ниточку. А потом эта ниточка разрывается на миллион кусочков, и все они падают в центр чёрной дыры, откуда нет возврата.

С психикой жертвы происходит абсолютно то же самое.

Сначала её истончают, а потом начинают поглощать.

Поглощение редко бывает мгновенным, но если ты не вырвешься из удушающего захвата вечно голодной чёрной дыры, которая прячется под личиной человека, твой конец предрешён. Не нужно ждать, что тебя пощадят.

Конечно, можно сказать, что у представителей темной триады[45] нет выбора. Что это их надо пожалеть, простить, принимать такими, какие они есть. Что они сами были травмированы и их не научили жить по-другому.

Нет, если это добровольный осознанный выбор, я ничего не имею против. В конце концов, это я вижу смысл жизни в счастье. Если кто видит его в страдании, ладно. Попытка навязать кому-то счастье или заставить его отвергнуть страдания, изначально обречена на провал.

Но дело в том, что Соль и Сон Дже жизнь в бесконечной нелюбви навязали.

Не знаю, получится ли у меня что-то изменить. Но я попробую. Чтобы, когда они стали совсем взрослыми, у них был выбор. Потому что это правильно. И тогда, возможно, через какое-то время в этом мире на нескольких людей станет больше.

Весь месяц с момента сдачи экзаменов, мы очень переживали за Соль и поэтому немного выпустили из внимания Сон Дже. А он день от дня становился всё более грустным и замкнутым. Я даже его матери позвонила, чтобы спросить, что случилось. Но, ожидаемо, ничего не добилась.

Этой женщине было плевать на всё, кроме себя любимой. Она сразу же перевела тему на свои страдания. А потом начала ныть о том, что сын для неё — обуза. Что она не может встать на ноги из-за него.

— Хорошо, — сказала я, закипая от злости. — А давайте сегодня мы пойдем к нотариусу, и вы напишите согласие на временное проживание Сон Дже с нами? Успокоитесь. Встанете на ноги. А до тех пор мы будем заботиться о вашем ребёнке.

— И зачем вам лишний рот? — тотчас же насторожились женщина. — Или вы думаете, что я вам буду платить? Нет! Мне самой жить не на что. Я целыми днями работаю и едва свожу концы с концами.

— Нам не нужны от вас деньги. Мы хотим помочь. Сами же говорили, как вам сложно. Вот ваш шанс встать на ноги.

— У богатых, конечно, свои причуды. Но может быть вы лучше денег мне дадите? Я-то их с умом потрачу, а не на глупости всякие, как те рождественские подарки. Ну, зачем мальчику столько игрушек? Он уже взрослый. Ко мне подруга приходила с дочерью. Девочке так конструктор понравился. Конечно, я его ей подарила. А как иначе? Но когда мой неблагодарный сын вернулся домой, то такой скандал устроил. Я, видите ли, не имела права дарить его вещи. Пришлось ему объяснить, что пока он живёт в моём доме, ничего своего у него быть не может. Он что, вам нажаловался?

— Нет, — вкрадчивым шепотом отозвалась я. — А, как, простите, вы его наказали?

— Ну, меня в детстве лупили и ничего. Выросла же нормальным человеком. Не неженкой какой-нибудь.

Захотелось ругаться матом.

Да, в каком месте ты нормальная?

Злобная эгоистичная тварь без грамма мозгов и совести!

Из того, что события произошли последовательно, не вытекает причинно-следственная связь. Да, безусловно, среди тех, кто подвергался домашнему насилию, много "нормальных" людей. Но только они такими стали не благодаря тому, что их лупили, а вопреки. Ошибка выжившего и попытка превратить насилие в добродетель. Данная особа рационализирует свою жестокость тем, что к ней относились не лучше. Потом выставляет все так, будто это и есть воспитание, а не бессмысленные издевательства.

Почему бессмысленные?

Потому что в ситуации насилия у детей, и давайте уж признаем, что не только у детей "отключаются" лобные доли, отвечающие за логику и анализ ситуации, а контроль над организмом перехватывает миндалевидное тело. Включается режим «бей, беги, замри». Потому что это эволюционно выверенные стратегии выживания, которые работали тысячи лет.

Качественная рефлексия и анализ собственных поступков возможен только когда ты спокоен и чувствуешь себя в безопасности.

Вот представьте ситуацию. Родитель наорал на ребёнка, ударил и спрашивает: "Что ты сделал не так". В ответ получает закономерное: "Не знаю". От "тупости" своего чада впадает в ярость и начинает орать в два раза громче, а бить в три раза больнее. Только, это лишь усугубляет ситуацию. Ведь стресс крайне энергозатратная штука. Минут через тридцать объект физического или вербального насилия перестаёт, вообще, что-либо понимать, а в некоторых случаях, даже помнить события двухминутной давности.

А как итог: даже если изначально ребёнок в чём-то действительно провинился, к концу этого скандала он будет искренне верить, что его не любят. А вот причины этой нелюбви будут хаотично выхвачены из текста обвинений. Приоритет будет отдан образам, сказанным наиболее эмоциональным тоном.

"Почему у всех нормальные дети, а ты такой?"

"Смотреть на твою тупую рожу не могу".

"Так бы и вырвала твои наглые глазищи".

И вишенка на торте: "Ну, зачем я тебя родила? Говорили же мне умные люди сделать аборт. Не послушалась. Теперь жалею. Твой отец меня не добил, так ты в могилу сведёшь".

— Ну, и на сколько вы готовы его забрать? — недовольно поинтересовалась мама Сон Дже, разбивая возникшую паузу. — Если на неделю, то не надо. Лишь разбалуете, а мне потом мучайся. Лично мне не нравится, как вы воспитываете своего сына. Дети должны родителей уважать. И бояться. Без страха нет настоящего уважения. Один раз дашь слабину — на шею сядет. Мне так мой отец всегда говорил.

— В те "славные" времена не было законов, защищающих детей от домашнего насилия. Сейчас за это можно и в тюрьму сесть.

Женщина неприятно рассмеялась:

— Понятно от кого мой набрался глупостей о том, что я не имею права его трогать. Я его родила и могу сделать с ним всё, что захочу. Потому что он — мой сын. Нет, если вы заберёте его на весь остаток лета, то ладно. Но из-за недели или двух морочиться не хочу. Дурь из него всяко дольше выбивать придётся.

— Давайте, Сон Дже поживёт с нами несколько месяцев? А вы за это время приведёте в порядок свою жизнь. Отдохнёте. Займётесь своим здоровьем. Может быть, сходите на пару свиданий. Вы ведь еще молодая и достаточно красивая женщина. Я уверена, что у вас отбоя не будет от поклонников.

Врать нехорошо.

Лучше горькая правда, чем сладкая ложь.

Об этом нам твердят с пелёнок, не поясняя: кому именно от той правды будет лучше? Обычно, люди не очень любят тех, кто раскрывает им глаза на объективную реальность. Особенно, если они похожи на эту женщину.

У неё не будет толпы кавалеров. И даже не потому, что она имеет грубые черты и лишний вес. Любят не только красавиц. Милые простушки порой легче находят мужей, чем их более привлекательные подруги. За счёт мягкого характера, харизмы и обаяния.

Тогда как Ким Ёнхи имеет жуткую привычку выливать тонну негатива на любого, кто с ней поговорит дольше минуты. Такое не только мужчина, а вообще никому не нравится. За исключением людей, которые на фоне своих несчастных и бесконечно жалующихся на жизнь приятелей, чувствуют себя звёздами.

Но может быть, если она немного поживёт совсем одна, то осознает, что сын — это не обуза, а самый близкий для неё человек?

— К тому же, вы же останетесь в Сеуле, в любой момент сможете увидеть сына или позвонить ему, — сама не знаю, зачем говорю это.

— Нет, — протянула госпожа Ким недовольно. — Если судьба даёт мне шанс вздохнуть свободно, хочу им воспользоваться. У этого мальчишки плохая карма. Это так угнетает. Он приносит мне лишь беды. Даже моя беременность им была тяжёлой. Но не жалуйтесь, когда он заразит вас своей неудачей. Если начнёте ссориться с мужем или с сыном. Ваше решение — ваша ответственность. Я вас предупреждала.