— У тебя были с ним дела? Через третьих лиц?

— Нет.

— Он говорил тебе что-нибудь… необычное? До того, как все случилось.

— Только то, что вы уже слышали.

Ли Бан кивнул.

— Хорошо. Тогда запомни. Если всплывет хоть одна деталь, которую ты сейчас утаил, отвечать будешь не как рядовой стражник и не как цуань. А как человек, скрывший правду от Империи.

— Понимаю, господин.

— Свободен.

Олег встал, поклонился и направился к двери. Уже взявшись за ручку, он услышал за спиной голос Ли Бана:

— Кан.

Он обернулся.

— Да, господин?

— Будь осторожнее. В этом городе умных боятся больше, чем за сильных.

— Постараюсь.

Он вышел и аккуратно закрыл за собой дверь. Лишь оказавшись в коридоре, он позволил себе медленно выдохнуть.

Формально Олег вышел из истории с Цуй Пинем чистым, его не отстранили, не ограничили в службе. Для городской стражи инцидент был закрыт, для него самого нет. Риск никуда не делся.

Парень быстро пришел к простому и неприятному выводу: любая встреча с мастером ци, способным пользоваться магическим зрением, оставалась потенциальной угрозой.

Даже поверхностный взгляд такого человека цеплялся бы за несоответствия. Слишком сложная структура потоков, наличие двух Искр, следы присутствия второго сознания. Гоблинские заклинания сокрытия ци могли помочь лишь частично. Они сбивали восприятие, размывали контуры, но не решали проблему в корне. Внимательный практик все равно увидел бы аномалию. Значит, идти нужно было другим путем.

Не скрывать ауру, а маскировать ее. Сделать так, чтобы она выглядела естественно для цуаня, а не как нечто, что пытаются спрятать. Именно этим они с Лэяо и занимались свободными от дежурств ночами. Эксперименты были кропотливыми и утомительными, хотя физической усталости Олег не испытывал. Он менял маршруты циркуляции ци, замедлял одни потоки, ускорял другие, создавал устойчивые петли, которые имитировали привычную для цуаней схему внутреннего движения энергии.

Задача состояла в том, чтобы за этими потоками спрятать вторую Искру и сам факт присутствия духа-пожирателя. Лэяо помогала, подсказывала, направляла, иногда брала контроль, проверяя результат «„со стороны“». Получалось неровно. Иногда маска держалась, иногда аура начинала вести себя слишком активно, выдавая лишние всплески. Тогда приходилось начинать заново.

С каналами, обращенными вовне, дело обстояло куда хуже. Эти меридианы неизбежно обменивались энергией с окружающим миром, реагировали на чужую ци, на магический фон, на эмоции и намерения других практиков. Полностью перекрыть их нельзя, а оставить как есть — значит рисковать быть раскрытым.

Пока у Олега не было решения. Лишь призрачная надежда на то, что случайно встреченный практик ци не станет всматриваться слишком пристально. При беглом взгляде он действительно выглядел как цуань с необычным, но допустимым потенциалом. Таких в Империи хватало. Но он прекрасно понимал: однажды ему может не повезти и тогда придется бежать. Если за сбежавшим крестьянином никто особо не станет гоняться, на цуаня третьей ступени объявят систематическую охоту Очи Императрицы.

Олег знал наверняка. Городская стража имели десятки ориентировок на магов-отступников, различных беспредельшиков из числа цуаней, которые объявлены врагами Империи…

В казарме было тихо. Большинство стражников уже разошлись по постам, кто-то дремал, кто-то играл в кости.

Олег и Ван сидели в своей комнате, опираясь спинами на холодный камень.

— Значит, все-таки повысили тебя, -сказал Олег, глядя на Вана. — Поздравляю, буюй.

Слово прозвучало без пафоса, скорее с легкой насмешкой. Ван поморщился и провел ладонью по лицу.

— Да какое тут поздравление? Жалование прибавили только на треть, а голова теперь болит в три раза сильнее. Раньше отвечал только за себя, теперь еще и за тебя, и десяток этих… -он махнул рукой в сторону основного помещения казармы. — Каждый со своими глупостями.

— Зато теперь у городской преступности на шее крепкая цуаньская хватка, -невозмутимо заметил Олег. — Шанду теперь заживет

Ван фыркнул.

— Не смеши! Преступности и тварям плевать, кто у них командир. Ошибешься раз и… отправишься северную границу до конца своих дней охранять

Он помолчал, потом посмотрел на Олега с легким раздражением.

— Знаешь, кого я действительно хотел бы видеть буюем?

— Дай угадаю, -откликнулся Олег. — Какого-нибудь седого ветерана с пузом?

— Тебя, -коротко сказал Ван.

— Не выйдет. Нужно минимум три года службы, без серьезных нареканий. Правила не я писал.

— Правила, -буркнул Ван. — Ты за эти месяцы сделал больше, чем некоторые за десяток лет. Вампира взял, и не самого слабого. Стычку с алхимиком пережил, когда тот совсем с катушек слетел.

— Пережил — громко сказано, -спокойно ответил Олег. — Повезло.

— Слишком часто тебе везет, -заметил Ван и покачал головой. — Если так пойдет дальше, тебе и трех лет не понадобится.

К вечеру плац третьего участка наполнился людьми. Собрали всех, кто в тот момент не нес дежурство. Капитан Си вышел вперед:

— Новый приказ. По распоряжению начальства нам поручено провести зачистку канализации и катакомб под городом. Задача простая: прочесать все, уничтожить логово шанши, если оно там действительно есть.

Он обвел строй взглядом.

— За последние месяцы в Шанду участились исчезновения людей. Не купцов или знатных, а рабочих, бедняков, мелких ремесленников. Иногда находят обезображенные трупы, есть версия, что так кровососы пытаются скрыть следы своих бесчинств. Вопросы?

Вопросов не последовало. Си кивнул и начал раздавать указания. Он быстро и четко распределял десятки, назначал направления, точки входа и ориентиры. Когда очередь дошла до Вана, тот едва заметно напрягся.

— Ван! -произнес капитан. — Берешь катакомбы под бедными кварталами, там могли засесть клыкастые.

Ван коротко кивнул.

— Есть.

Когда капитан перешел к следующему десятку, Ван наклонился к Олегу и тихо сказал, с плохо скрываемым воодушевлением:

— Наконец-то! Первое серьезное дело за год. Нормальная облава, нормальный противник.

Олег молча кивнул. Опасные схватки его больше не привлекали, он предпочел бы еще несколько месяцев рутинной службы и ночных медитаций, медленно и без лишнего риска наращивая силу. Но служба была службой, и выбирать здесь не приходилось.

Участок, доставшийся их десятку, был плох по всем признакам — самый разветвленный, запутанный, вдобавок стражу там не любят по понятным причинам. Она всегда в первую очередь защищает богатых и знатных, а не простых людей.

Бедные кварталы давали вампирам идеальные условия. Пропажу поденщика не будут расследовать так же усердно, как пропажу крупного лавочника или чиновника. Жалобы часто тонули в бюрократическом болоте, но, судя по всему, инцидентов стало так много, что игнорировать их стало нельзя. И Империя зашевелилась…

Отряд шел по бедному кварталу. Никаких факелов или магических ламп, свет в таких местах был роскошью и излишеством. Ночную улицу освещали редкие масляные фонари, закрепленные на стенах домов, да тусклые огоньки из окон, где люди еще не легли спать. Остальное дорисовывало зрение, привыкшее к полумраку. Олег внимательно смотрел по сторонам.

Это была беднота, но не нищета. Не толпы бродяг и оборванцев, таких в Империи не держали. Человек либо был полезен, либо исчезал из городского пейзажа, отправляясь в рабство или на рисовые плантации. Здесь жили те, кому сравнительно повезло, и кто выполнял свою роль.

Бывшие крестьяне, не выдержавшие налогов и поборов. Рабочие, вкалывающие на мануфактурах от рассвета до заката. Мелкие ремесленники и лавочники, существующие на грани выживания. Люди без особых прав, но с четко очерченными обязанностями.

Дома тянулись вплотную друг к другу, каменные, многоэтажные, с узкими окнами. Внутри таких строений ютилось по нескольку семей. Нижние этажи отдавали под мастерские и склады, выше жили люди. Комнаты делили перегородками, закутками, занавесками. Уединения здесь не существовало как понятия.