Примерно через две недели после начала совместных практик Олег заметил изменения, которые нельзя было списать ни на усталость, ни на субъективные ощущения.

Во время очередной глубокой медитации, когда дыхание стало ровным, а сознание очистилось от лишних мыслей, он снова принялся методично прощупывать энергетическую систему. И наткнулся на лишнее.

Сначала показалось, что это просто искажение восприятия. Каналы иногда «„плыли“», если слишком долго держать внимание в одном месте. Но при повторной проверке утолщения не исчезли. Напротив, они стали ощущаться отчетливее: тонкие ответвления, которых раньше не было, аккуратно прорастающие от основных меридианов, словно корни у молодого дерева. Не результат наложенного гоблинского поводка, что-то другое.

— Лэяо, -мысленно позвал он. — Ты это чувствуешь?

— Да, я думала, это нормально. Тело привыкает?

Олег не стал отвечать сразу. Он аккуратно прогнал ци по новообразованиям. Поток шел легко, без сопротивления, как будто эти каналы существовали всегда и просто ждали, пока по ним пустят энергию.

— Это не просто привыкание, -наконец сказал он. — Это рост.

Дальше больше, при углубленном погружении рядом с Искрой обнаружилось нечто, от чего любой нормальный практик впал бы в панику. Серо-зеленое средоточие энергии, плотное, стабильное, с собственной пульсацией. Оно не вытесняло Искру, не конфликтовало с ней, а спокойно соседствовало. На расстоянии в пару сантиметров, встроившись в общую структуру.

— Неужели вторая Искра? -осторожно спросила Лэяо.

— Похоже, -пожал плечами Олег. — Или зачаток. Или что-то очень похожее.

— Ты не боишься?

Он задумался. Прислушался к себе, к телу, к эмоциям.

— Нет. Почему-то нет.

Это даже его самого удивило. Он ожидал злости, тревоги, ощущения потери контроля. Но вместо этого было странное, почти бытовое спокойствие. Ну да, сосед в голове. Ну да, дополнительные каналы. Ну да, потенциальная аномалия, за которую имперские мастера ци, если бы он их когда-нибудь видел, наверняка попытались бы сжечь на месте.

— Подумай сам, -продолжил парень. — Я бывший покойник из другого мира. У меня в теле дух другого покойника, я владею ягуайской магией, живу в развалинах башни среди гор весте ягуаями. Еще одна странность погоды не делает.

Лэяо тихо рассмеялась.

— Ты очень странный человек.

— Я это уже слышал.

Для Лэяо происходящее тоже выглядело иначе. Да, она застряла в чужом теле, но взамен получила дыхание, тепло, биение сердца, вкус еды, возможность снова ощущать мир напрямую.

— Мне нравится быть живой, -наконец сказала она. — Даже так. Даже с риском.

— Вот и отлично, -отозвался Олег. — Значит, никто из нас не против.

Они еще долго обсуждали изменения. Осторожно тестировали новые каналы, стараясь не нагружать их. Магию теперь приходилось изучать почти вслепую без учителей. Только ощущения, логика и постоянные проверки на собственной шкуре.

Эксперименты продолжались, но постепенно их интенсивность ослабла. Не потому, что проблема была решена, скорее наоборот. Олег понял, что если будет продолжать крутиться вокруг энергетики без передышки, то либо допустит критическую ошибку, либо просто сломается психологически.

Он все чаще ловил себя на том, что смотрит на каналы не как на инструмент, а как на врага, который мешает жить. Это был плохой признак.

Он стал реже спускаться к гоблинам. Реже интересовался их мелкими заботами, спорами, нехитрыми ритуалами.

Нух, напротив, менялся на глазах. Молодой шаман, еще недавно задававший наивные вопросы, постепенно втягивался в роль. Он сам разбирал конфликты, сам решал, кого послать на охоту, а кого на сбор трав, сам приходил к алтарю, чтобы советоваться с духами предков. Олег наблюдал за этим со стороны и почти не вмешивался, человеку гоблинские духи все равно не стали бы отвечать. Он пробовал и не раз.

— Он справляется, -заметила как-то Лэяо, когда они смотрели сверху, как Нух что-то горячо доказывает старшим гоблинам.

— Да, -кивнул Олег. — И это значит, что я здесь больше не нужен.

Он пробовал вытянуть из Нуха какие-то особые знания. Про тайные техники, заклинания, ритуалы, алхимические рецепты. Но каждый раз натыкался на пустоту. Ученик великого шамана знал ровно то, что ему позволили знать. Много ритуалов, много традиций, много слов и почти никакой глубины.

— А это вы так делаете всегда? -как-то спросил Олег, указывая на очередной обряд.

— Так учили, -пожал плечами Нух. — Иначе духи не слушают.

— А если иначе?

Гоблин искренне задумался.

— Тогда… неправильно.

Этот разговор многое прояснил. Низшие гоблины не были хранителями скрытого всезнания. Они были носителями практики, отточенной веками, но крайне консервативной. Шаг в сторону от привычного, и ты уже еретик или безумец, на костер не отправят, но будут смотреть как на опасного идиота. Довольно прагматичный подход в их случае — когда каждый день борешься за жизнь, которая и так коротка, любые авантюрные эксперименты, отклонения приведут к катастрофе.

— Не жди от них большего, -сказала Лэяо позже.

Олег и сам это понимал. Он взял у племени все, что мог. Иногда он ловил себя на мысли, что уже попрощался с этим местом. С башней, с горами, с Утробой. Даже с Великим Сходом. Поводок никуда не делся, но теперь он воспринимался как временное зло, а не приговор. А Олегу стало тесно.

— Мы скоро уйдем, -сказал он однажды, больше для себя, чем для нее.

— Я знаю, -ответила Лэяо спокойно. — И буду только рада увидеть остальной мир.

— Он тебе не понравится.

— Зато я буду чувствовать себя живой, появится какая-то цель.

— Легко не будет, -предупредил Олег. — Мы не всемогущи. Если нашу энергетику внимательнее рассмотрит какой-нибудь маг, в лучшем случае возникнут вопросы. В худшем нас объявят богомерзкой нечистью. Я не могу предугадать реакцию властей и мастеров ци, они крайне нетерпимы ко всему необычному.

— Ты же знаешь заклинание «„сокрытие ци“».

— Вопрос: насколько оно окажется эффективно?

Прошло еще почти два месяца. Весна окончательно сдала позиции, и установилось жаркое лето. Трава вокруг башни поднялась выше колена, распустились цветы, ручьи обмелели. Мир жил своим чередом, и Олег, наконец, выстроил рабочий ритм. Он больше не метался.

Утром тренировки тела. Выносливость, отработка ударов на каменных блоках у подножия башни. Днем работа с ци: прогоны, укрепление каналов, осторожные эксперименты с новой структурой энергетики. Вечером работа с проклятьем проклятье. Не судорожные попытки выдрать его из себя, а холодный, методичный анализ. Тонкое прощупывание и наблюдение.

Вторая Искра за это время заметно подросла. Если раньше она ощущалась как едва пустившее ростки семя, теперь достигла примерно половины размера родной. Пульсировала ровно, без сбоев, имела собственные каналы, аккуратно вписанные в общую схему. Не паразит, а полноценный симбионт.

Лэяо тоже изменилась.

Она больше не дергалась при каждом изменении потока, не пыталась инстинктивно тянуть энергию там, где не следовало. Ее восприятие стало точнее. Дух начал чувствовать разницу между усталостью тела и перенапряжением энергетики, между эмоциональным всплеском и реальной утечкой ци. Иногда Олег отдавал ей контроль над моторикой.

Сначала на несколько шагов, потом на прогулку вокруг башни или целые часы. Он просто отстранялся, наблюдая изнутри, как она идет, как останавливается, как касается пальцами коры деревьев, как подолгу смотрит на небо или радостно совершает пятиметровые прыжки между скалами.

— Хочешь вернуться? -мысленно спрашивал он.

— Нет, -каждый раз отвечала Лэяо. — Мне и так хорошо.

Она не жаловалась. Не пыталась перетянуть управление, не требовала большего. Делала ровно то, что ей разрешали, и возвращала контроль без малейшего сопротивления. Соседство оказалось на удивление спокойным. Олег постепенно понял, почему.