Олег не мог не заметить прибавления в гоблинском семействе. Вокруг взрослых вились почти два десятка совсем мелких лопоухих детенышей, некоторые даже говорить членораздельно не научились. Зеленокожие проходят стадию младенчества раз в десять быстрее людей.

Вскоре вперед с важным видом подался Гух, который обнял Олега за задницу. Парень похлопал того по плечу.

— Рад, что вас не сожрали. Как дела?

— Ништяк! Жратвы хватает! Белая тетя защищает! А где Хар?

— Умер Хар, -с долей огорчения сообщил Олег. — Сердечко не выдержало. Но Великй Сход отправил вам нового шамана. Знакомьтесь — Нух.

Внимание племени сразу переключилось на новичка, чье присутствие до последнего оставалось незамеченным. Молодой ягуай смутился. Гух обошел его по кругу, ткнул пальцем в брюхо.

— Нух. Почти как Гух.

— Я учился у великого шамана, -с гордостью заявил Нух. — Знаю кучу заклятий!

О своих мертвых гоблины практически не скорбели. Умер и умер. Что с него теперь взять? Очень скоро про Хара даже никто из «„тупиц“» не вспомнит, нечего забивать голову лишней информацией.

— Ага, -подтвердил Олег. — Нух мощный шаман. Спас меня. Как шарахнет убивучей молнией в лоб байцзэ… то есть рогатой кошке-невидимке. Та шмяк и все.

Племя дружно ахнуло. Когда о таких вещах говорит авторитетный член племени, подвергать его слова сомнению не принято. Нух ошеломленно уставился на Олега.

— Ну… э-э… да, шарахнул.

Олег не был мелочным тщеславным гномом, пусть лучше молодой шаман сразу станет авторитетом в новом племени. Ему самому слава ни к чему, он не связывал свое будущее конкретно с этими гоблинами. Через год-другой он уйдет к людям, искать свое место там.

Гух сразу поубавил демонстративной наглости. Того, кто сильнее тебя, лучше не трогать. Все просто.

— Новый шаман четкий!

Амулет с духом Лэяо лежал на здоровенном булыжнике в подвале башни. Гоблины за время отсутствия Олега превратили это место в полноценный алтарь, разложили на камне черепа, горшков с «„подношениями“„, развешали на стенах тотемов из веток. Ведь “„белая тетя“» защищала племя.

Стоило парню подойти ближе, как из зачарованной безделушки потянулось мерцающее в полутьме эктоплазменное облако.

— Я вернулся. Целым и невредимым.

— Знаю, -облако сформировалось в проекцию женщины в белом. — Почувствовала тебя незадолго до появления в башне.

— Как вы тут без нас?

— Проныра в середине зимы умер. Отравился чем-то. И два детеныша утонули в озере. В остальном порядок. Животные близко к башне не подходят, их защита Хара отгоняет, а людей вообще не было.

— Проныру жаль, -опустил голову Олег. — Веселый малый был.

— Мне тоже, но потом… я поняла, что для ягуаев это естественно. Они не скорбят об умерших, как мы.

— Заметил.

На призрачном лице выступило выражение небольшого удивления.

— Ты стал сильнее, Олег.

— Да. Подучил новых заклинаний, углубил теоретические знания, подтянул алхимию. И попутно байцзэ придушил.

— Байцзэ⁉ -глаза Лэяо расширились. — Как тебе удалось пережить с ним встречу?

— Я же говорю. Голыми руками сломал гадине хребет.

— Не делай так больше.

Олег развел руками.

— Оно само из-за засады выскочило. Кстати, я нового шамана в племя привел.

— Я вижу и слышу все в округе. Знаю.

— Еще примерно год-полгода, и мы навсегда покинем это место, -обрадовал Олег духа. — Отправимся к людям. Не вечно же сидеть в горах.

— И чем займемся?

— Легализуемся, найдем работу, источник заработка, обзаведемся жильем. Нормальным жильем, а не пещерой или полуразрушенной башней.

— Мне нравится.

— А, да… — Олег замялся, он не знал, как призрак отреагирует на болезненную для себя тему. — Я пытался разузнать у великих шаманов про воскрешение мертвых, некромантию. Они — полные профаны в данной теме.

— Проф… кто?

— Короче, ничего не знают.

Призрак с опечаленным взглядом кладет руку на плечо Олега. Даже через одежду возникло ощущение слабого покалывания.

— Ты сам говорил: придется потерпеть.

Остаток дня Олег провел, отдыхая на лежаке и предаваясь размышлениям. Теперь верхний этаж башни с лучшим видом принадлежал ему, Нух расположился на втором.

К своему разочарованию, парень понял, что совершенно ничего не знает про Империю Дракона кроме самых общих сведений. Ни географии, ни законов, ни правил поведения в городе. В школу Кан не ходил. Сплошная ограниченность.

Как легализоваться, если сможешь в лучшем случае сойти за тупую деревенщину? Если возникнут вопросы, как объяснить владение гоблинской магией? А никак. Придется прикидываться цуанем, вроде как местные аналоги богатырей ценятся. В деревне Кана мельком упоминали про их наемничество, службу в страже, армии.

«„Нет, в армию не вариант… никакой свободы, нужно соблюдать субординацию. Наемником слишком рискованно, постоянные скитания, никаких социальных гарантий. А вот попытаться счастье в какой-нибудь городе стражником-вышибалой или охраной к богатею…Тоже вариант ниже среднего.“»

Олег мысленно хмыкнул. А чего он ожидал? Не в сказку попал, никто могущество, знания и могущество на блюдечке с золотой каемочкой не предоставит. За все придется платить так или иначе.

Временем, кровью, потом. Голый энтузиазм — лишь часть успеха, он уже прочувствовал на себе, каково вслепую тыкаться в попытках пробудить Искру. Мог провести так десять лет, не добившись серьезного прорыва, а гоблины предоставили знания, рабочие магические техники и заклинания.

Олег, конечно, попытается что-нибудь выудить у имперских мастеров ци, но Великий Сход в Утробе по-любому остается основным вариантом…

Следующий день парень провел в медитациях, миллиметр за миллиметром прощупывал Искру, прислушиваясь к ее тихому, мерному биению.

Когда-то она казалась крошечной точкой света в грудной клетке, бледным угольком, который едва чувствовался. Теперь же ощущалась плотнее, тяжелее, насыщеннее. Будто стала маленьким солнцем, покрытым тончайшими прожилками живой энергии.

Олег медленно направлял ци по главным меридианам, проверял их проходимость, отыскивал слабые места. Пропускная способность выросла, это ощущалось ясно: энергия текла быстрее

Но именно в глубине, на кольцевых каналах, тесно примыкающих к Искре, парень заметил то, чего раньше не было.

Тонкие, почти невидимые утолщения. Как будто поверх собственных энергетических волокон лег второй слой, чужеродный, сплетенный в правильный, но незнакомый рисунок. Он был похож на тончайшую паутину из тусклых нитей ци, намеренно скрытую, встроенную внутрь структуры.

— Не припомню такого раньше… -пробормотал он.

Сканирующий импульс ци медленно обтекал аномальные включения, ощупывая их контуры. Они не пульсировали, не дышали и были слишком стабильны, как будто застыли в одном состоянии. Это уже было подозрительно, любая естественная перестройка каналов после нагрузки или травм имела динамику. А тут жесткая, ровная печать.

Он усилил подачу. Направил чуть более плотный сгусток энергии к подозрительным участкам, мягко надавил.

У Олега перехватило дыхание, сердце застыло и на три секунды перестало биться. Парень жадно глотнул воздух ртом.

Аномальные включения ожили. Их структура колыхнулась, вдоль каналов прошла холодная волна. Эти контримпульсы отбросили поданную энергию, как если бы это нечто защищались.

Он попытался вновь провести ци тонкой струйкой. И снова получил резкий агрессивный отклик. Будто внутри стоял сторожевой узел, который воспринимал любое вмешательство как попытку взлома.

Но при этом структура была слишком грубой, чтобы быть проклятьем шанши. У шанши проклятье вело себя как живое, менялось, стремилось распространиться, проникнуть в кровь, в плоть, в нервы. Оно паразитировало, перестраивало организм.

А это включение было другим. Оно не пыталось поглотить или подчинить, просто сидело и чего-то ожидало.