— Понимаю.

— Раз в пару дней снимай протез, промывай культю и паз крепления. Не ленись. В случае поломки первый ремонт бесплатно. Все последующие — зависит от ущерба.

Олег кивнул, затем уточнил, уже из чистого интереса:

— А другие мастера смогут починить?

Тенгфей покачал головой.

— Скорее всего, они поломают наложенные чары. Лучше не давай эту вещь в руки сторонним мастерам.

Олег понял все без лишних пояснений, постоянные клиенты выгодны ремесленнику. Никаких претензий, работа была выполнена честно, а цена на взгляд парня более чем справедливой. Уж за почти полноценную замену руки никаких денег не жалко. Бионические протезы на Земле не были настолько совершенны…

Зал боевой магии напоминал не учебное помещение, а крытую арену для отсева слабых. Высокие потолки с массивными балками, каменный пол, испещренный следами старых выбоин и подпалин, стены, исполосованные следами заклинаний, которые так и не сочли нужным заделывать — все здесь наглядно демонстрировало отношение Империи к подготовке одаренных. Выживает тот, кто приспосабливается. В центре зала был размечен широкий круг, выложенный более темным камнем, место для спаррингов, вокруг которого полукольцом стояли ученики.

Учитель Чоу наблюдал за происходящим, сложив руки за спиной. Он был сухощавым мужчиной лет пятидесяти, с вытянутым лицом, впалыми щеками и взглядом человека, который за свою жизнь видел слишком много плохо закончившихся экспериментов над живыми людьми. Его темно-синее ханьфу было без всяких украшений, лишь на груди неброская нашивка с символом школы, а на запястьях — простые защитные браслеты из бронзы. Седина в волосах не скрывалась, бороды он не носил, предпочитая аккуратно выбритое лицо, подчеркивающее резкие линии скул.

В круге сходились ученики, будущие командиры младшего и среднего звена, в основном маги, возрастом от семнадцати до двадцати четырех лет. Они демонстрировали друг другу не столько технику, сколько амбиции, стараясь выделиться, показать мощь Искры, контроль и изящество построений. В ход шли привычные стихии: воздух, огонь, вода. Землю здесь не поощряли, слишком медленная, слишком грубая, да и интерьеры школы после пары таких тренировок пришлось бы отстраивать заново.

Олег стоял чуть в стороне, наблюдая за происходящим с отстраненным выражением лица. Среди магов он выглядел чужеродно — цуань, да еще и способный к полноценной боевой магии, белая ворона, причем опасная. Он мог бить заклинаниями наравне с остальными, но при этом был почти невосприимчив к низкоуровневым техникам, которые для большинства учеников все еще представляли серьезную угрозу.

Один из спаррингов быстро вышел за рамки допустимого: юноша с огненной стихией, увлекшись, попытался буквально зажарить противника, пока Чоу резким окриком не оборвал поединок и не погас пламя встречным воздействием. В другом случае ученик водной школы сформировал плотный пузырь, заключил туда соперника и поднял его над полом, выжидая, пока тот начнет задыхаться. Учителю пришлось вмешаться и здесь без суеты, но жестко, одним движением разрушив конструкцию.

Олег отметил про себя, что дрессировка боевых магов в Империи поставлена предельно серьезно. Здесь не делали вид, что готовят к войне, здесь действительно готовили. Травмы, увечья, а порой и гибель учеников воспринимались как неизбежная плата за результат. Стерильные, безопасные спарринги не имели никакого смысла, на реальном поле боя никто не остановит схватку по сигналу, никто не пожалеет противника и не даст второго шанса. И в этом, как ни странно, Олег был с системой полностью согласен.

Когда очередь дошла до него, Чоу некоторое время молча рассматривал Олега, словно прикидывая не только текущие параметры ученика, но и последствия собственного решения. Затем он медленно поднял руку и коротко произнес:

— Кан. В круг.

По залу прошел едва уловимый шепот. Даже те, кто делал вид, будто полностью сосредоточен на собственных упражнениях, украдкой повернули головы. Олег шагнул вперед без спешки, ощущая под босыми ступнями холод камня, и остановился у границы круга.

— Против тебя выйдут трое.

Он кивком указал на выбранных учеников. Все трое были знакомы Олегу — представители знатных семей, уверенные в себе, привыкшие к тому, что окружающие либо уступают, либо стараются не связываться. Сейчас же их самоуверенность заметно поблекла. Они прекрасно знали, что Кан не тот противник, на котором можно безнаказанно самоуверждаться.

Олег усмехнулся и, не скрывая удовольствия, медленно сжал и разжал пальцы левой руки, после чего чуть слышно хрустнул деревянными шарнирами протеза. Для него подобные проверки были редкой возможностью действительно поработать на пределе, а значит стать сильнее, пусть и незначительно.

— Учитель Чоу, с вашего разрешения пусть они бьют в полную силу, как если бы пытались по-настоящему убить меня.

Чоу нахмурился, явно взвешивая риск, затем перевел взгляд на троицу, после снова на Олега.

— Не калечь их, -сказал он наконец. — Это приказ.

— Понял, — Олег шагнул в круг.

Трое учеников заняли позиции напротив него, расходясь полукольцом, и на мгновение повисла плотная, напряженная тишина. В их взглядах читалась смесь раздражения, опаски и вынужденной решимости. Они понимали, что отступить — значит потерять лицо, а победить Олега будет крайне непросто.

Он же выглядел почти расслабленным, стоял прямо, чуть согнув колени, плечи свободно опущены, взгляд спокоен и сосредоточен. Ци внутри текла ровно и упорядоченно, а Искры отзывалась легким, привычным покалыванием.

— Начинайте!

Они не стали тянуть. Двое атаковали почти одновременно, действуя по учебнику. Резкий шаг в стороны, синхронное движение рук и воздух перед ними сжался, вытянулся в тонкие, дрожащие пластины. Голубые «„воздушные лезвия“» сорвались, со свистом рассекая пространство, точно рассчитанные на корпус и шею.

Олег даже не сместился, лезвия ударили в него почти одновременно, разорвав ткань рубахи и тренировочный нагрудник, оставив на коже груди и плеч неглубокие, быстро наливающиеся кровью порезы. Он лишь чуть напряг мышцы, позволяя цуаньской защите принять удар на себя. Боли почти не было, лишь тупое жжение, которое тут же растворилось в ровном токе ци.

— Слабо, -усмехнулся он, глядя прямо в лица противников.

Третий ученик, явно решив не повторять их ошибку, действовал иначе. Он задержался на долю секунды, выстраивая узор, его движения стали шире, плавнее, почти показательно красивыми. Вокруг ладоней вспыхнуло багрово-оранжевое сияние, стремительно уплотняясь в тяжелый, пульсирующий огненный шар. С резким выкриком он швырнул его вперед.

Олег среагировал мгновенно, правая рука взметнулась, пальцы сложились в заученную комбинацию без малейшей задержки. Протез левой руки отработал идеально, без люфта и запаздывания.

Телекинетический импульс ударил навстречу огненному шару, не гася его, а грубо отталкивая в сторону. Сгусток пламени развернуло, сорвало с траектории, и он с грохотом врезался в каменную стену зала, выбив из нее крупные осколки и оставив оплавленную, почерневшую воронку.

На несколько секунд в зале воцарилась тишина. Даже остальные ученики замерли, забыв о собственных спаррингах. Учитель Чоу медленно перевел взгляд со стены обратно на круг.

— Продолжайте, -спокойно сказал он.

Сочетание магии и цуаньского тела давало ему то самое преимущество, о котором никто из присутствующих не любил говорить вслух. Пусть объем Искры у каждого из них был больше на треть или половину, пусть техники отточены годами домашнего обучения, он думал быстрее, действовал жестче и не боялся принимать удар, зная, что выстоит.

Самый наглый из троицы вдруг резко сменил стойку. Воздух вокруг его ладони сгустился, посветлел, вытянулся в длинную, хищно заостренную форму. Какое-то призрачное холодной голубизны, дрожащее от внутреннего напряжения. Техника была выстроена без показной суеты, быстро и уверенно, и это Олег отметил сразу.