Вампир молчал долго. Слишком долго, чтобы это выглядело как обида или отчаяние.

— Знаешь, -произнес он, глядя не в глаза Олегу, а куда-то мимо. — Я ведь был стражником. Не здесь, в другом городе. Тоже стоял на воротах. Проверял документы, ловил воров, думал, что служу порядку. У меня была жена, долги, вечные просьбы к начальству о повышении жалованья. Все как у всех. А потом одна ночь, один приказ и одна ошибка. После нее выбора уже не было.

Он перевел взгляд обратно на Олега.

— Ты смотришь на меня и видишь тварь. Это удобно. Так проще. Но я помню, каково это, быть по ту сторону. Я помню, как страшно впервые понять, что ты стал чем-то другим. И я вижу это в тебе. Ты тоже уже не совсем человек, но еще делаешь вид, что им остаешься. Я прошу одного, не делай вид, что ты лучше. Мы отличаемся лишь тем, что мой путь закончился раньше твоего.

Олег хмыкнул и покачал головой.

— Неплохо, артист. История с прошлой жизнью, семейной трагедией и «„мы с тобой одинаковые“». Чувствуется опыт. Прямо тюремная классика. Только есть одна проблема. Ты все это рассказываешь мне, потому что тебе сейчас больно и страшно, а я слушаю не потому, что мне откликнулось, а потому что у меня смена длинная. Ты был стражником? А я зубной феей, прикинь. Но это не делает тебя ни правым, ни интересным. И уж точно не моим отражением. Так что давай без исповедей. Оставь их для утреннего солнца. Оно, говорят, очень внимательно слушает.

К утру в камеру заявилась целая делегация из капитана Си, сержанта Мэня и Вана. Командир участка сразу с порога спросил у Олега:

— Как ночь прошла? Без происшествий?

— Да, командир. Хотя кровосос болтливый попался, предлагал золото и что-то там еще в обмен на свободу.

— А ты? -прищурился Си.

— Зачем мне золото? Да еще от такой гадкой твари? Я бы предпочел больше силы.

— Молодец, Кан… Можешь отправляться в казармы отдыхать.

Олег уже выйдя за дверь, неожиданно вспомнил:

— Командир!

Тот обернулся.

— Да?

— Кровосос действительно направлялся в лавку Цуй Пиня. Хотел, чтобы после освобождения я провел его туда, а потом за стены. Вот.

Си кивнул:

— Молодец.

Дальнейшая история Олега не касалась. Он хотел немного подремать, а затем посвятить свободное время медитации, прогону ци через меридианы. У него возникла идея, как можно усилить пропускную способность

Вернувшись в казармы, Олег впервые за эту ночь позволил себе по-настоящему расслабиться. Он сбросил доспех, опустился на койку и закрыл глаза, но сон так и не пришел. Сознание оставалось слишком собранным, слишком ясным, будто недавние события лишь подтолкнули внутреннюю работу.

Он развернулся на бок и медленно погрузился в медитацию. Идея, пришедшая ему еще в тюрьме, теперь оформлялась четче. Наблюдая за вампиром и за тем, как искаженная энергия удерживалась в чужой магической оболочке, Олег внезапно понял одну вещь — дело было не столько в количестве каналов, сколько в режиме их работы. Организм цуаня не просто пропускал больше ци, он умел перераспределять давление внутри системы, временно перегружая одни участки и разгружая другие.

До сих пор Олег действовал осторожно, стараясь равномерно гонять ци по всем доступным меридианам, избегая резких скачков. Это было безопасно, но неэффективно. Треть утраченной силы организм компенсировал за счет расширения пропускной способности, но делал это стихийно, без осознанного контроля. Теперь же Олег задумался о другом подходе.

Он начал целенаправленно сжимать поток в одних каналах, создавая искусственное «„узкое место“», и одновременно усиливал циркуляцию по соседним. Не грубыми рывками, а постепенно, отслеживая реакцию тела и энергетической оболочки.

Возникало ощущение, будто он тренирует не мышцы, а сами меридианы, заставляя их работать под переменной нагрузкой.

Особое внимание он уделял области вокруг метафизического шрама возле Искры. Пустота по-прежнему не желала заполняться, но при определенной схеме прогона ци края поврежденной зоны начинали вести себя иначе. Энергия не втягивалась внутрь, но словно огибала пустоту, образуя дополнительные обходные контуры. Олег зафиксировал это состояние и медленно повторил процесс.

Вывод напрашивался сам собой. Если невозможно восстановить утраченные каналы, можно научиться использовать систему иначе. Не латать брешь, а выстроить вокруг нее новую конфигурацию. Это требовало времени, аккуратности и постоянного самоконтроля, но потенциально позволяло не просто компенсировать потерю, а сделать структуру более гибкой и устойчивой. Он мысленно усмехнулся.

Да, это было медленно, не давало мгновенного прироста силы. Зато это было его собственное решение, не описанное ни в одном трактате и не подсказанное ни одним наставником.

Кабинет начальника городской стражи встретил капитана Си привычной тишиной и запахом старого дерева. Ли Бан сидел за столом, перебирая бамбуковые дощечки, и поднял взгляд лишь тогда, когда Си остановился перед ним и отдал положенное приветствие.

— Проходи и садись. Что удалось вытянуть из шанши?

Си сел, выпрямился, сложив руки на коленях.

— Если коротко, почти ничего, господин. Кровосос оказался крайне упертым. Пытки выдержал, цель своего прибытия в Шанду так и не озвучил.

Ли Бан слегка нахмурился.

— Почти?

— Есть одно обстоятельство, -продолжил Си. — Наш цуань, Кан, каким-то образом выяснил, что шанши направлялся в лавку Цуй Пиня. По словам Кана, кровосос предлагал ему золото и просил после освобождения провести его сначала к лавке, а затем вывести за городские стены.

Начальник стражи отложил дощечку и медленно провел пальцами по бородке.

— Цуй Пинь… -задумчиво произнес он. — Старый алхимик.

— Именно. Кан на сделку не пошел, -добавил Си. — Ни на золото, ни на обещания.

— Разумно, -кивнул Ли Бан. — А что со слежкой?

— Я уже распорядился, -ответил капитан. — Наши люди присматривают за лавкой. Ненавязчиво, без лишнего шума. Пока ничего явного.

— Не ожидал, что старик Цуй станет якшаться с кровососами.

Си позволил себе едва заметно пожать плечами.

— Ему за девяносто, господин. Для обычного человека это уже за гранью. Смерть стоит на пороге, и в таком возрасте многие начинают искать способы отодвинуть ее, какими бы сомнительными они ни были.

— Я бы не спешил с выводами, -наконец произнес Ли Бан. — Кровосос мог и оговорить Цуя. Для шанши это обычное дело: запутать, столкнуть лбами, посеять недоверие.

Си не стал спорить.

— Согласен, господин. Именно поэтому я не делаю окончательных выводов. Но по долгу службы мы обязаны рассматривать все версии, даже неприятные. Особенно когда речь идет о кровососах и возможных связях внутри города.

— Ладно. Делай, как считаешь нужным. Я мешать не буду. Если Цуй Пинь действительно окажется замешан в делах с шанши, разбирательство будет по закону, без поблажек, кем бы он ни был и сколько бы лет ни прожил.

Он сделал паузу, затем, словно между делом, вновь провел пальцами по бородке.

— А теперь скажи мне вот что, Си… -голос его стал чуть мягче. — Что думаешь о нашем новичке? О Кане.

Капитан ответил не сразу, подбирая слова.

— По службе нареканий нет, -начал он ровно. — Учится быстро, спокоен, дисциплинирован, четко выполняет приказы. В критической ситуации действует быстро, без паники. Почти идеальный солдат.

Ли Бан прищурился.

— Почти, -повторил он. — Значит, что-то тебя все-таки тревожит.

Си слегка наклонил голову, признавая правоту начальника.

— Да, господин. Этот парень из глухой горной деревни… он не так прост, как пытается казаться. Слишком сообразительный. Слишком недоверчивый и скрытный. Он каким-то образом вычислил вампира в толпе, не подняв шума. Не поддался на обещания золота. Большинство людей, даже цуани, вели бы себя иначе.

Ли Бан усмехнулся краешком губ.

— Я тоже это заметил, -сказал он. — С самого начала. Одни только его костяные кольца на пальцах чего стоят. Не обычная крестьянская безделушка.