Цзи не вмешивался, он стоял у стены, наблюдал молча, лишь изредка коротким жестом поправляя стойку или указывая на ошибку в движении плеча или повороте запястья.

К пятидесятой или около того попытке что-то наконец сложилось. Олег сделал вдох, провел связку жестов чуть медленнее, чем раньше, и позволил ци не толкаться наружу, а закручиваться вдоль поверхности тела. Воздух вокруг него едва заметно дрогнул, и над плечами и грудью проступила слабая голубоватая дымка. местами рвущаяся, но вполне различимая. Цзи выпрямился так резко, будто его окатили холодной водой.

— Невероятно! -произнес он, не скрывая изумления. — Даже ученики с хорошей предрасположенностью тратят недели, прежде чем у них появляется хоть намек на оболочку. Я никогда не видел, чтобы кто-то осваивал заклинания так быстро.

Олег позволил дымке рассеяться и пожал плечами.

— Первое заклинание я больше месяца мучил. Тогда я вообще не понимал, что делаю, а потом постепенно уловил принципы построения. После этого каждое новое давалось легче. Не сразу, но быстрее.

Цзи внимательно посмотрел на него, словно пытаясь сложить в голове очередной фрагмент мозаики.

— Тогда ответь прямо, кто тебя учил? Ягуаи?

Олег не ответил сразу.

— Нет. Человек. Тот, кто сам учился у ягуаев.

— Кем он был?

— Отшельник, навещавший нашу деревню, -слова не были совсем уж ложью. — По его рассказам ягуаи не такие уж плохие парни и с ними можно найти общий язык.

— Ну да, еще бы они не похищали человеческих детей, не употребляли человечину на обед.

Три месяца пролетели незаметно, сливаясь в ровный, почти монотонный ритм. Днем Олег нес службу в городской страже: патрули, проверки, редкие стычки с мелким отребьем, которое предпочитало не связываться с цуанями. Свободными ночами спускался в подземелья Шанду, но уже без прежнего азарта, скорее по привычке и для поддержания формы, успел уничтожить пару-тройку диких вампиров.

Два раза в неделю приходил к мастеру Цзи. Никаких пышных речей и философских притч, только практика, разбор ошибок и бесконечное повторение. Старик оказался хорошим учителем. Он не давил, не требовал слепого подчинения, а помогал научиться новым методикам контроля над потоками ци. За это время Кан освоил десяток новых заклинаний: защитных, бытовых и боевых. Цзи часто повторял, что магия не должна быть красивой, она должна работать.

Никто не приходил с лишними вопросами. Как объяснил Цзи, в Империи мастера ци имели право на личные секреты. Пока ты приносишь пользу, служишь, выполняешь приказы, не расшатываешь устои, государство предпочитало не лезть тебе в голову.

Власть здесь не только требовала, но и платила за лояльность, пусть и по своим, весьма специфическим меркам.

Олег слушал это с иронией. Иногда, сидя на циновке с чашкой травяного чая, он вспоминал Землю со всеми ее проблемами, лицемерием и бюрократией. По сравнению с Империей Дракона она казалась раем, местом, где человеческая жизнь имела хотя бы относительную ценность, а массовые казни считались дурным тоном. Но сравнения были бессмысленны. Он был здесь, в этом мире, и пока успешно вписывался в его систему, а значит, шансы умереть раньше времени оставались минимальными…

Вызов к Ли Бану не стал для Олега неожиданностью. Начальник стражи, как всегда, принял его в своем кабинете без лишних свидетелей, с плотно закрытыми дверями. Он некоторое время рассматривал Кана, словно прикидывая, с какой стороны лучше начать разговор.

— Говорят, ты не терял времени зря. Мастер Цзи отзывается о тебе уважительно. А это, поверь, уже немало.

— Я старался выполнять все, что от меня требовали, -спокойно ответил Олег.

— И, насколько мне известно, небезуспешно. — Ли Бан слегка улыбнулся. — Освоенные техники, контроль ци, уверенность в применении. Сколько, говоришь, новых заклинаний?

— Десять, -ответил Олег. — «„Воздушный доспех“„, “„создание воды“„, “„огненный поток“»…

— Достаточно, -перебил начальник стражи, подняв ладонь. — Перечни оставим для отчетов. Важно другое — ты оправдал ожидания. И, что немаловажно, подтвердил простую истину: в этом мире ничего не происходит просто так.

Олег едва заметно кивнул.

— Я с самого начала это понимал.

Ли Бан встал из-за стола и медленно прошелся по кабинету, заложив руки за спину.

— Видишь ли, Кан, Империя Дракона — это не только законы, указы и печати. Это сложная конструкция, где власть держится на равновесии. Чиновники, армия, суды — лишь кости скелета. Но плоть и кровь государства — это знатные семьи. Те, кто поколениями проливал кровь за Империю, участвуя в войнах, управляя огромными массами людей и поддерживая порядок… получал за это определенные вольности.

Он остановился у окна, глядя куда-то поверх крыш.

— Проблема в том, что со временем некоторые из них начинают путать дарованное с дозволенным. Они забывают, что их влияние — не собственная заслуга, а временное доверие. Гармония нарушается. А когда в ухоженном саду появляется сорняк, его нельзя уговаривать или подрезать наполовину. Он снова прорастет. В последние годы таким сорняком стало семейство Фянь. Их корни слишком глубоко ушли в дела управляющего Шанду хоу, их побеги переплелись с торговлей, судами и даже храмами. Они больше не служат Империи, они используют ее для собственной выгоды.

Он сделал паузу, давая словам осесть.

— И иногда для восстановления равновесия требуется… напоминание. Напоминание всем прочим, чем заканчивается утрата меры. Быстрое, окончательное и наглядное.

В его голосе не было ни злобы, ни возбуждения, лишь холодная уверенность человека, привыкшего считать подобные вещи частью естественного порядка.

— Для такой работы нужны не палачи и не фанатики, -продолжил Ли Бан. — Нужны исполнители, которые понимают цену силы и умеют действовать без суеты. Именно поэтому ты сейчас здесь.

В кабинете повисла тишина. Ли Бан вернулся за стол, сел и сцепил пальцы перед собой. Его взгляд был спокоен, почти доброжелателен, таким смотрят на человека, который должен сделать очевидный вывод. Олег выдержал паузу:

— Вы имеете в виду главу рода Фянь, его взрослых родственников и тех, кто непосредственно служит их делам?

Начальник стражи чуть наклонил голову.

— Ты почти правильно понял, -ответил он мягко. — Семья — это не только те, кто подписывает приказы и ведет счета. Это все тело целиком.

— Включая детей? -спокойно спросил Олег.

— Всех, -произнес он без нажима. — До последнего младенца. И слуг тоже. Любая ветвь, оставленная нетронутой, со временем даст побег, история Империи и существовавших до нее царств это доказывала не раз.

Олег медленно выдохнул и поднял глаза.

— Взрослых — без проблем. Тех, кто принимал решения, пользовался властью, наживался на крови других. Но детей и обычных слуг я убивать не стану.

Лицо Ли Бана изменилось мгновенно. Исчезла мягкость, ушла показная рассудительность. Он резко выпрямился и с глухим стуком ударил ладонью по столу.

— Ты забываешься, Кан, -холодно произнес он. — Это не обсуждение. Это приказ, мой приказ.

— Это не приказ, -ответил Олег. — Это сраное дерьмо.

— Ты цуань на службе Империи. Твоя задача — исполнять, а не рассуждать. Ты не судья и не философ. Ты — инструмент.

— Тогда ищите другой инструмент. Я не мясник.

Ли Бан медленно вдохнул, затем так же медленно выдохнул. Его голос понизился, стал почти доверительным.

— У тебя есть последний шанс, Кан. Признай, что ты сказал лишнее. Скажи, что погорячился.

Олег сделал вид, что задумался. Несколько секунд молчал, затем кивнул, словно соглашаясь.

— Пожалуй, да, -произнес он. — Я действительно избавлюсь кое от кого.

Ли Бан едва заметно расслабился.

— Вот и хорошо.

— От тебя, -спокойно закончил Олег. Рывок оказался почти незаметным, шаг, левая рука уже сомкнулась на шее Ли Бана. После того, как защитный амулет снят, правая ладонь коснулась груди, чуть левее солнечного сплетения. Слабый треск, заряд магической молнии проходит через тело начальника стражи. Он резко дернулся. Глаза расширились, рот приоткрылся, но ни крика не последовало. Сердце сбилось с ритма и остановилось.