Ее слова прервал тихий, но настойчивый писк.

Дешифратор, замаскированный под изящный кулон на ее шее, завибрировал.

Рин мгновенно очнулась, перехватив кулон. Цифры на миниатюрном голографическом экране бешено завертелись.

— Лекс, — шепотом позвала она, и вся романтика момента испарилась, уступив место профессиональной собранности. — Фон меняется. Он здесь. Шестой кристалл совсем рядом.

Лекс мгновенно подобрался. Его взгляд снова стал холодным и цепким. Он окинул зал незаметным, сканирующим взглядом, оценивая выходы, охрану и толпу.

— Дистанция?

— Меньше двадцати футов, — Рин повернула кулон, сверяясь с вектором. — Направление... наверх.

Они одновременно подняли глаза.

Над основным залом нависал VIP-балкон, отгороженный бархатными канатами и охраняемый двумя хмурыми громилами с явными выпуклостями от пистолетов под пиджаками. За столиком на балконе сидел тучный мужчина с зализанными волосами, курящий толстую сигару. Рядом с ним крутилось колесо рулетки для высоких ставок.

А на столе, прямо перед местным авторитетом, лежала трость с набалдашником. В него был инкрустирован огромный, пульсирующий глубоким фиолетовым светом кристалл.

— Вот говно, — процедил Лекс, поправляя шляпу. — Кажется, наш вирус стал любимой игрушкой какого-то местного криминального босса.

Рин напряженно посмотрела на балкон.

— Что будем делать? Попросим Эдварда отвлечь охрану?

Лекс тихо усмехнулся, глядя, как гигант внизу с виноватым видом извиняется перед кем-то, кому случайно наступил на ногу.

— Эдвард — генетический пацифист, Рин. Он скорее прочитает мафии лекцию о вреде курения и упадет в обморок, если на него наставят пушку. А если начнется стрельба, Лиза нам этого не простит. Нет. Мы в казино. Значит, мы будем играть по их правилам.

Он поднялся, элегантно застегнув пуговицу пиджака, и протянул Рин руку.

— Идем, Капитан. Пора показать этим джентльменам, как срывают куш в двадцать шестом веке.

У подножия лестницы, ведущей на VIP-балкон, путь им преградили двое охранников. Один из них, с перебитым носом и жующий зубочистку, лениво скрестил руки на груди.

— Наверх нельзя, приятель. Босс отдыхает.

Лекс даже не замедлил шаг. Его лицо оставалось маской холодного, аристократичного равнодушия. Он молча сунул руку во внутренний карман пиджака и извлек оттуда увесистую пачку стодолларовых купюр — Сфера щедро снабдила их местной валютой.

Лекс небрежно, двумя пальцами, вложил пачку в нагрудный карман охранника.

— Мы хотим сыграть. И мы ставим по-крупному, — его голос прозвучал как лезвие ножа, скользящее по льду. — Ваш босс ведь не откажется от легких денег?

Охранник скосил глаза на торчащие зеленые бумажки, переглянулся с напарником и молча отступил в сторону, отстегивая бархатный канат.

На балконе было тише. Тучный босс, пуская клубы сигарного дыма, скучающе наблюдал за вращением рулетки. Когда Лекс и Рин подошли к столу, он медленно перевел на них тяжелый, маслянистый взгляд.

— Новые лица, — прохрипел он, не вынимая сигары изо рта. — Люблю свежие деньги. Присаживайтесь.

Лекс отодвинул стул для Рин, а затем сел сам. Он бросил на зеленое сукно еще три тугие пачки долларов. Глаза босса алчно блеснули.

Рин старалась не смотреть на фиолетовый кристалл, пульсирующий в набалдашнике трости всего в полуметре от нее. Ее дешифратор, спрятанный в кулоне, едва заметно вибрировал, реагируя на шестой узел вируса.

— Во что играем? — спросил мафиози.

— Рулетка, — коротко бросил Лекс. — Красное.

Крупье запустил шарик. Тот застучал по ячейкам.

Рин незаметно положила руку на стол, активируя микро-импульс в своем кулоне. В двадцать шестом веке гравитационные манипуляторы были детской игрушкой, а здесь, в двадцатых, это была чистая магия. Шарик, словно послушный пес, послушно перескочил черную ячейку и замер на красной.

— Повезло, — процедил босс, когда крупье придвинул Лексу удвоенную гору денег.

— Ставлю всё, — Лекс небрежно толкнул гору купюр вперед. — Черное.

Еще один бросок. Еще один микро-импульс от Рин. Снова победа.

Лицо босса начало наливаться дурной кровью. За его спиной напряглись телохранители.

Лекс откинулся на спинку стула, сложив руки домиком, и посмотрел мафиози прямо в глаза.

— Деньги — это скучно, — произнес офицер с идеальной интонацией зажравшегося миллионера. — Давайте сыграем на что-то действительно интересное.

Он кивнул на трость босса.

— Мне нравится эта безделушка. Этот фиолетовый камень отлично подойдет к платью моей спутницы.

Босс хрипло рассмеялся, обнажив золотые коронки.

— Губа не дура, парень. Это африканский сапфир. Единственный в своем роде. Он стоит больше, чем всё это казино.

— Значит, сыграем на всё, — Лекс снял со своей руки массивный хронометр — шедевр технологий 26 века, замаскированный под часы, — и положил его поверх горы денег. — Мой выигрыш и швейцарские часы индивидуальной работы против вашей трости. Одно вращение. Зеро.

По балкону пронесся изумленный шепот. Ставить всё на зеро было абсолютным безумием.

Босс сузил глаза. Жадность переборола осторожность.

— Идет. Крути! — рявкнул он крупье.

Шарик сорвался с места. Рин закусила губу, концентрируя всю мощность дешифратора в одной точке. Батарея кулона опасно нагрелась, обжигая кожу сквозь шелк платья.

Шарик прыгал. Стучал. Замедлялся.

Босс подался вперед, сжимая кулаки.

Зеленый сектор. Зеро.

— Бинго, — Лекс холодно улыбнулся и протянул руку к трости.

— Стоять! — мафиози с грохотом ударил кулаками по столу. Лицо его побагровело от ярости. — Вы жульничаете! Никто не выигрывает у меня три раза подряд! Взять их!

Охранники потянулись за пистолетами во внутренние карманы.

Рин внутренне сжалась. Лекс напрягся, готовый перевернуть тяжелый стол из красного дерева, как пушинку.

И в этот самый момент снизу, из основного зала, раздался громоподобный, оглушительный треск.

Все на балконе инстинктивно дернулись и посмотрели вниз.