Лекс сделал вид, что не заметил ее смущения. Он пододвинул металлический стул, развернул его спинкой вперед и сел, скрестив руки на широкой груди. Его ледяной взгляд сфокусировался на Кае.

— Итак, мамкин террорист, — скучающим тоном начал Лекс. — Давай сыграем в викторину. Ты мне рассказываешь, как снять твои дурацкие блокировки с резервных систем связи, а я не отрываю тебе уши. Идет?

Кай сглотнул. Он попытался напустить на себя вид оскорбленного гения.

— Я зашифровал всё алгоритмом полиморфного сжатия! — пискнул он. — Если введете код неправильно трижды, ядро самоликвидируется! Вам нужен я. Мы можем договориться...

Лекс тяжело вздохнул. Он медленно достал из набедренного кармана тяжелый тактический нож из темной стали и принялся меланхолично счищать грязь из-под ногтя.

— Кай, мальчик мой. Ты пересмотрел голо-сериалов. Я не буду угадывать коды. Я просто примотаю тебя изолентой к креслу пилота, вставлю спички в глаза и буду бить рукоятью этого ножа по колену каждый раз, когда ты будешь пытаться уснуть. Через двое суток ты сам мне споешь все пароли, начиная с кода от маминой кредитки.

Глаза Кая стали размером с блюдца. Вся его криминальная бравада разбилась о суровую армейскую прозу.

— П-понял. Папка «Система», подпапка «Резерв», пароль «Абсолют-Ноль», — мгновенно сдал всё хакер, вжавшись в стену.

Рин закатила глаза. «И этому парню я доверяла свою жизнь?»— с горечью подумала она.

Лекс довольно кивнул, убирая нож.

— Молодец. А теперь лекция по местной ботанике. Что за дрянь вы скормили пассажирам?

Кай, запинаясь, рассказал про экстракт «тишины воды». Про то, как он подавляет агрессию и стирает амбиции.

Лекс слушал, нахмурив брови. Его мозг аналитика спецназа работал на опережение.

— Два года, — задумчиво произнес капитан. — Ни один органический препарат не держится в крови два года без обновления. Метаболизм бы его вывел. Печень бы справилась. Если они до сих пор обнимаются с деревьями... значит, они продолжают это жрать.

Рин моргнула, пораженная его логикой.

— Вода! — воскликнула она, забыв о своем страхе перед Лексом. — Слушающие Песок... пришельцы! Каждое утро они оставляют на границе леса корзины с местными фруктами и какие-то кувшины. Мажоры думают, что это дары леса.

Лекс перевел на нее взгляд, и в его синих глазах мелькнуло одобрение. Рин от этого взгляда снова бросило в жар.

— Умная мышка, — уголок губ Лекса дрогнул в полуулыбке. — Твои инопланетные друзья не идиоты. Они поняли, что толпа агрессивных колонистов сожжет их лес к херам. Поэтому они тихо подмешивают успокоительное их еду. Прекрасно. Завтра мы перекрываем поставки «даров леса». Месяц жесткой детоксикации, пару нервных срывов, и к этим одуванчикам вернется их корпоративная злоба. Мне нужны люди, а не флористы.

— А пока они трезвеют? — спросила Рин.

— А пока у нас есть те десять придурков, которые ушли утром с винтовками, — Лекс поднялся, потягиваясь. — Они, похоже, сохранили память. Знают, с какой стороны браться за оружие. Хоть какая-то огневая поддержка. Завтра идем их искать.

***

Утро на планете 4-Бис началось с пронзительного крика, эхом разнесшегося над джунглями.

Лекс, оставив Кая прикованным наручниками к трубе в гауптвахте («посиди, подумай о своем поведении, хакер»), взял с собой Рин в качестве следопыта.

Они шли по примятой траве. По дороге Рин споткнулась о скрытый в мохе корень. Она ожидала падения в грязь, но стальная рука Лекса молниеносно перехватила ее за талию, легко удержав на ногах.

— Аккуратнее, мышка. Не ломай казенное имущество, — бархатисто произнес он, опуская ее на землю. Рин вспыхнула до корней волос, пробормотала «я сама» и побежала вперед, стараясь унять бешено колотящееся сердце. Лекс только усмехнулся ей вслед.

Крики становились всё громче. Они доносились с небольшой поляны за водопадом.

Лекс проверил заряд плазмомера, ожидая увидеть эпичную битву выживших мажоров с местным хищником. Он жестом приказал Рин пригнуться, раздвинул кусты и... застыл.

Рин, выглянув из-за его широкого плеча, зажала рот руками, чтобы не расхохотаться в голос.

Надежда Лекса на «боевой отряд» только что разбилась вдребезги.

Посреди поляны росло раскидистое, шипастое дерево. На его ветвях, вцепившись друг в друга и визжа, сидели десять вооруженных до зубов «золотых мальчиков». Их дорогущие тактические винтовки валялись внизу, в грязи.

А под деревом... сидело животное.

Оно напоминало помесь гигантского земного капибары и плюшевого медведя, покрытого ярко-розовой шерстью. Существо меланхолично жевало какой-то лист и время от времени издавало звук, похожий на гудок игрушечного паровозика: «Пуньк!».

— Убери ее! Оно хочет нас сожрать! — истошно орал с ветки наследник алмазной империи, тыкая в сторону розового пушистика дрожащим пальцем.

— Мы стреляли, но батареи сели! Мы раньше грели ими воду для джакузи! — рыдал другой, сын владельца верфей. — Спасите! Оно смотрит прямо мне в душу!

Розовое существо моргнуло огромными влажными глазами, почесало ухо задней лапой и снова выдало: «Пуньк!».

Лекс стоял с опущенной винтовкой. Его лицо не выражало абсолютно ничего. Это была стадия глубочайшего, терминального разочарования.

— Вы... — голос Лекса был тихим, но мажоры на дереве мгновенно замолкли. — Вы загнали себя на дерево из-за розовой зефирины? Вы бросили оружие? Вы потратили заряды плазмы, чтобы погреть водичку?!

— Она агрессивная! — пискнул алмазный наследник.

Рин не выдержала. Она вышла из-за спины Лекса, спокойно подошла к "страшному зверю", достала из кармана завалявшийся кусочек сублимированного сахара и протянула на ладони. Существо радостно хрюкнуло, слизало сахар шершавым языком и, потеревшись о ногу Рин, вперевалку ушло в кусты.

Десять элитных бойцов смотрели на девушку с благоговейным ужасом.

Лекс закрыл лицо рукой в черной тактической перчатке.

— Спускайтесь, идиоты, — глухо приказал он. — Рин.

— Да, капитан? — она обернулась, всё еще улыбаясь.

— Напомни мне по прибытии на Землю проголосовать за отмену демократии. Потому что если эти люди — будущее нашей планеты, то мы обречены.

Десять "элитных бойцов" спускались с дерева так, словно под ними было минное поле. Первым в грязь шлепнулся парень с выбеленными волосами, на комбезе которого едва виднелась эмблема Азиатско-Европейского Синдиката.

Он отряхнул колени, с опаской покосился на кусты, где скрылась розовая капибара, и наконец сфокусировал взгляд на Лексе. Капитан Арджент стоял, скрестив руки на груди, и всем своим видом излучал ауру надвигающегося трибунала.

— Эй... — неуверенно начал блондин, поправляя съехавший набок тактический ремень. — А вы вообще кто? Спасательная команда? Вы летели за нами от самого Домодедово Орбитал? И кто эта... — он брезгливо окинул взглядом странную, самодельную одежду Рин, — местная аборигенка?

Лекс медленно, с наслаждением выдохнул.