Она не могла этого допустить. Она ненавидела предателей, она боялась военных, но мысль о том, что этот невероятный, сильный мужчина с ледяными глазами станет удобрением для местных фикусов, вызывала в ней животный ужас.

Рин сорвалась с места, выбежав в коридор. Ей нужно было найти Лекса. Ей нужно было остановить его, но как объяснить упертому спецназовцу, что лес хочет его убить, не выдав того факта, что она телепатически общается с пришельцами?

Она выскочила на залитую солнцем аппарель и замерла.

Лекс стоял спиной к ней, без брони, в одной майке. Он деловито заправлял энерго-ячейку в тяжелую плазменную винтовку-излучатель, глядя на густые заросли, подступавшие вплотную к кораблю.

— Отлично, — бормотал он себе под нос. — Сейчас выжжем сектор в пятьдесят метров для чистого обзора...

— Лекс, стой! — отчаянно закричала Рин, бросаясь к нему по аппарели, путаясь в собственных ногах.

На аппарели крейсера Рин неслась к Лексу так, словно от этого зависела жизнь всей вселенной. И, в общем-то, так оно и было.

Лекс уже вскинул тяжелую плазменную винтовку, целясь в густые, мясистые заросли, подступавшие к кораблю. Его палец лег на спуск, когда Рин, задыхаясь, с разбегу врезалась в его широкую спину.

— Лекс, стой! Не смей! — отчаянно закричала она, вцепившись тонкими пальцами в его толстую, как ствол молодого дерева, руку, сжимающую оружие.

Лекс от неожиданности опустил ствол. Плазменный заряд с шипением выжег кусок мха в метре от них. Капитан резко обернулся. Его лицо было жестким, глаза метали молнии. Рин тяжело дышала, ее грудь вздымалась, а щеки пылали. Вблизи от него пахло металлом и терпким мужским одеколоном.

— Ты совсем спятила, мышка? — рявкнул Лекс, хотя в его голосе было больше удивления, чем злости. Он легко, одной рукой перехватил ее за талию, чтобы она не упала с края аппарели. Его пальцы обожгли ее сквозь тонкую ткань одежды. — Ты чуть под луч не влезла! Я должен зачистить периметр...

— Нет! — Рин отчаянно замотала головой, не замечая, что всё еще цепляется за его плечо. — Лес... он живой, Лекс! Если ты начнешь его жечь, он ответит! Они убьют нас всех, я... я знаю это! Пожалуйста, поверь мне!

Лекс нахмурился, вглядываясь в ее полные неподдельного ужаса янтарные глаза. Он собирался сказать ей, что ботаника не входит в список его страхов, как вдруг...

Воздух стал плотным.

Низкий, вибрирующий гул ударил по барабанным перепонкам.

Лекс мгновенно забыл о лесе. Его инстинкты сработали быстрее мысли. Небо над джунглями разорвалось с оглушительным треском. Сквозь плотные перистые облака, оставляя за собой инверсионный след, прорвался массивный, угловатый десантно-штурмовой шаттл.

На его матово-черном борту зловеще алел символ — распустившийся кроваво-красный лотос.

— Какого... — выдохнул Лекс.

Он не стал задавать вопросов. Сильная рука мгновенно сгребла Рин в охапку, прижимая к широкой груди, и Лекс бросился с ней под защиту бронированного козырька корабля. Рин пискнула, уткнувшись носом в его ключицу, чувствуя, как бешено колотится его (а может, и ее собственное) сердце.

Гул двигателей шаттла накрыл лагерь. И этот звук стал последней каплей для тех, кто спал снаружи.

Два дня без "Воды Тишины" сделали свое дело. Инопланетный дурман выветривался из крови золотой молодежи.

То, что началось на поляне, напоминало массовое пробуждение в вытрезвителе, помноженное на истерику. Двести девяносто человек, два года считавших себя "детьми цветов", начали осознавать реальность.

Сын нефтяного магната, одетый в набедренную повязку из листьев папоротника, вскочил на ноги. Он с ужасом посмотрел на свои грязные руки, потом на лист, прикрывавший его достоинство.

— Где мой костюм ?! — истерично завопил он, хватаясь за голову. — Какого хрена я в салате?!

Толпа начала бурлить. Агрессия, высокомерие и корпоративная злоба, сдерживаемые два года инопланетным компотом, вырвались наружу, как пар из перегретого котла. Началось "похмелье".

— Я требую позвать менеджера! — орал кто-то, размахивая веткой.

— Почему здесь нет вай-фая?! Мои акции рухнут!

Лекс, всё еще прижимая к себе Рин, выглянул из-за укрытия. Его лицо было непроницаемым, но скулы нервно дернулись.

Сверху снижался пиратский крейсер, полный головорезов. А внизу двести девяносто полуголых, грязных миллиардеров пытались подать в суд на деревья.

В этот момент двери ангара с шипением разъехались. Оттуда, вооруженные швабрами, ведрами и одной помятой плазменной винтовкой, строем выбежали десять мажоров из «Совета Директоров». Они были мокрыми и злыми.

Ганс, потрясая ершиком для чистки фильтров, подбежал к Лексу.

— Сэр! Капитан Арджент! — отчеканил он, пытаясь перекричать гул пиратского корабля и вопли своих просыпающихся собратьев. — Отсек "Б" вымыт! Кто эти люди в небе?! Это спасатели? Они привезли чистые полотенца?!

Рин, несмотря на ужас ситуации и то, что она всё еще находилась в стальных объятиях Лекса, нервно хихикнула.

Лекс медленно отпустил девушку, хотя его рука на секунду дольше положенного задержалась на ее талии. Он перевел тяжелый взгляд на Ганса с ершиком, потом на пиратский шаттл, который уже выпустил посадочные опоры, сминая верхушки деревьев в полукилометре от них.

— Нет, Ганс. Полотенца они не привезли, — мрачно произнес капитан, передергивая затвор винтовки. Звук зарядки плазмы лязгнул, как приговор. — Это Синдикат «Красный Лотос». Они прилетели за вашими почками, печенью и банковскими счетами.

Он повернулся к Рин. Ледяные глаза Лекса сейчас горели холодным боевым азартом. Военная машина включилась на полную мощность.

— Так что, мышка, — жестко улыбнулся Лекс, — похоже, твои кусты сегодня никто жечь не будет. У нас есть проблемы посерьезнее. Иди в рубку и заблокируй все двери крейсера.

— А ты? — с замиранием сердца спросила Рин, глядя на него снизу вверх.

— А я пойду объясню нашим похмельным акционерам, что если они не хотят стать кормом для пиратов, им придется вспомнить, как быть злыми.

Кай, которого Лекс очень метко окрестил «мамкиным террористом», не собирался просто так сидеть и ждать, пока пираты разнесут крейсер. Ему был двадцать один год, он был долговязым, избегал тренажерных залов, но его мозг работал как квантовый суперкомпьютер.

Пока снаружи нарастала паника, Кай методично терся синтетическим носком своего ботинка о пластиковую ножку койки, накапливая статическое электричество. Затем, воспользовавшись всеобщей паникой, изогнувшись под немыслимым углом, он достал-таки зубами до тончайшей медной нити-антенны, торчащей из трубы.

Один конец нити — в магнитный замок наручников. Другой — к наэлектризованному ботинку.

Микроразряд закоротил систему безопасности. Магнитные браслеты безвольно повисли на трубе.

Кай потер стертые в кровь запястья. Он слышал гул садящегося пиратского шаттла. Лекс наверняка уже там, строит из себя героя.

«Ну и подыхай со своими принципами», — зло оскалился хакер.

Он метнулся к вентиляционной решетке под потолком, легко скрутил болты и, извиваясь как змея, нырнул в спасительную темноту шахт. Кай исчез, растворившись в недрах корабля.