Даже дракон, мой сильный и древний дракон, и то не справлялся. Он появился с неба, огромный, грозный, извергая пламя из пасти, и с рёвом метнулся вниз, прямо на Яр’Тана. В этот миг у меня екнуло сердце: «Сейчас! Сейчас он его сожжёт!» Но не прошло и пары секунд, как тело моего друга будто отбросило вбок ударной волной. Он глухо ударился о землю, вздымая клубы снега, и замер. Я вскрикнула, но Ларисс удержал меня, не давая рвануться вперёд.

Он жив, — только и сказал. — Не лезь, Тамара. Это не бой для тебя.

Я зажмурилась, глотая слёзы. Мне было невыносимо смотреть, как один за другим падают союзники. Всё рушилось прямо у меня на глазах, как карточный домик, под порывами той яростной ледяной силы, которую излучал Верес Яр’Тан. Он двигался не спеша, будто знал заранее: никто не встанет у него на

И тогда в бой вступили Риан и Орис, плечом к плечу. Риан будто струился, смешивался с воздухом — тень и свет, переплетённые в смерч. Я не понимала, как он движется, то был рядом, то уже за спиной у Вереса, то снова впереди, метая острые, сверкающие плети. Орис же двигался, как молния, выныривая из пространства, будто разрезая воздух и пространство.

Но всё было бесполезно. Верес стоял в центре этой ледяной бури, и никакое оружие, никакая магия не причиняли ему вреда. Всё искрилось, разлеталось пеплом. Он смеялся. Глубоко, раскатисто. Страшно.

— Бесполезно, — произнёс он. — Вы пыль под ногами.

И он ударил. Опять ленивый взмаз руки и Риан с Орисом, как куклы, полетели назад. Земля вздрогнула, и я услышала их крик.

— Ларисс, — прошептала я, — ты должен что-то сделать. Он их убьёт!

Он стоял, упрямо глядя вперёд. Ветер рвал его крылья, губы дрожали.

— Уходи, — выдохнул он, не поворачивая головы. — Пожалуйста, Тамара. Я не удержу его. Если ты останешься — ты погибнешь.

Но я не могла уйти. Не могла оставить их всех. Не могла бросить его. Даже если он меня прогонял, хотел спасти.

Верес вновь взмахнул рукой и в этот раз удар был предназначен нам. Ларисс резко выдвинул вперёд руки, из них вырвалась яркий поток синего света, он столкнулся с потоком ледяной магии Яр’Тана, и пространство задрожало. Земля под ногами растрескалась.

Я увидела, как Ларисс сжался, откинул голову, кровь хлынула из носа. Он сдерживал этот поток. Он вытягивал из себя всё, что у него было. Пытался остановить Вереса, один. Один против этой бури, против этой тьмы. И я вдруг поняла, что он не выстоит. Он сейчас погибнет. Вот-вот.

И тогда я побежала. Не думала, не выбирала. Просто рванулась вперёд, сквозь ветер, сквозь страх, сквозь ревущий вихрь. И, когда новый поток силы сорвался с руки Вереса, холодный, серебристый, убийственный, направленный прямо в Ларисса, я прыгнула вперед.

Прыгнула и закрыла его собой.

Я ожидала боли. Обжигающей, леденящей, рвущей всё изнутри. Ждала, что меня разорвёт, сотрёт с лица земли, как пыль. Ведь я шагнула навстречу потоку такой магии, которая просто сносила всех и вся на своём пути. Но… ничего не произошло.

Совсем ничего.

Я стояла, затаив дыхание, в нескольких шагах от Ларисса. Но вообще ничего не было, ни боли, ни жара, ни толчка в спину… Только во все стороны от меня летели разноцветные искры. Красивые, сияющие, будто конфетти. Они медленно осыпались на землю и исчезали, как снежинки на тёплой ладони.

Я медленно подняла голову.

И увидела лицо Вереса Яр’Тана.

Если раньше он был холодным и спокойным, как статуя, то теперь… теперь его лицо перекосило. От страха. От злости. Такой злости, что даже воздух вокруг него начал дрожать. Лёд на земле потрескался. Он стиснул зубы, в его глазах метались искры и тени, и он выдохнул хрипло, как змея:

— Ты… человек!

Слово прозвучало, как плевок мне в лицо.

— Поганая… человечка…

И я поняла. Его магия не работает на людей.

И вдруг мне стало… весело.

По-настоящему. Весело. Где-то на грани нервного срыва, истерики и долгожданной победы. Как будто в конце страшного сна я нашла дверь наружу. Я сделала шаг вперёд. Медленно. Уверенно.

Верес отшатнулся. Его глаза сузились.

— Не подходи! — прорычал он.

А я сделала ещё шаг.

И тогда он вновь метнул в меня поток магии — ещё ярче, ещё плотнее, чем раньше. Я успела увидеть, как сгущается воздух, как мир на секунду глохнет от этого гула. И… снова ничего. Поток осыпался вокруг меня крошками света, будто кто-то встряхнул мешок с блёстками.

Я улыбнулась.

— Что, не работает, да? — сказала я, уже почти весело.

Я пошла прямо на него, а потом и вовсе побежала.

Верес попятился назад, выплёвывая ругательства, как в бреду. Магия летела в меня, рвалась, взрывалась, рассыпалась, как фейерверк, но всё мимо. Всё в никуда. Я чувствовала себя непобедимым танком в платье! Кто бы мог подумать, что ключом к победе, а я уже и не сомневалась в ней, станет простая человечка!

— Получи фашист гранату! — рявкнула я на бегу и, подскочив, со всего маха врезала ему ногой туда, куда мужчинам лучше не попадать вообще никогда.

На секунду всё замерло.

Абсолютная, звенящая тишина.

Верес издал странный звук, что-то между вдохом, писком и кряканьем, и начал медленно сгибаться пополам. Лицо у него побледнело ещё сильнее, глаза закатились, губы скривились в гримасу боли.

— Ах ты… — прошептал он, едва дыша. — Поганая…

Но дальше он ничего не успел сказать. Потому что в этот момент остальные пришли в себя. Владыка демонов с рёвом рванул вперёд, метнувшись подобно молнии. Дарк взмыл в воздух, пылая багровым огнём.

А Ларисс… Ларисс подбежал ко мне и обхватил руками, прижал к себе.

— Ты сумасшедшая, — выдохнул он в мои волосы. — безумная…

— Совершенно безумная, — ответила я, обнимая его в ответ. — И, кажется, по-человечески волшебная.

Он поднял глаза, глядя туда, где теперь кружились заклинания, где союзники набросились на согнувшегося от боли Вереса. У них теперь был шанс.

— Пойдём, — сказал Ларисс, бережно взяв меня за руку. — Отведу тебя подальше. Ты уже своё сделала. Теперь твоя задача немного подождать в стороне.

Ларисс крепко держал меня за руку, отводя подальше от эпицентра сражения, а я, как дурочка, всё время оборачивалась. Ну как же не смотреть? Там же происходило всё самое интересное, великое.

Верес всё ещё корчился на коленях, сжавшись, будто хотел исчезнуть.

— Теперь! — рявкнул Дарк, его голос резанул воздух, как клинок. — Все вместе!

И трое — Владыка демонов, Владыка Мёртвых земель и Владыка Севера — вышли вперёд.

Они встали треугольником, и все трое заговорили одновременно.

Я не понимала слов, но они обволакивали пространство, завивались вокруг Вереса, стягивались в плотные нити. Они искрились золотом, серебром, алыми всполохами. Всё вокруг замерло.

Верес рванул вперёд.

Один раз. Как будто попытался встать. Но нити уже обвились вокруг его ног, рук, шеи. Его магия шипела, пылала, разрываясь на части, но так и не могла прорваться. Он снова завопил. На этот раз как зверь, которого закрывают клетке. Он изверг из себя огромный ледяной вихрь, и снежная буря закружила над полем, ослепляя, сбивая с ног.

Но это всё было бесполезно.

— К’тарн эс вилдрия! Ферэль юн канар! — закричал Владыка, и его тень ударила по льду, закручиваясь, как водоворот.

— Арраса ва т’эндай! — вторил ему Дарк, и из его ладоней вырвались два огненных копья, вонзившись в грудь Вересу.

— С’раннис нор тэйль! — закончил Альдор, и земля под Вересом треснула, открывая ледяную пасть.

И вот тогда, в пылающем вихре света, теней и снега, над полем возник знак. Печать. Она висела в воздухе, давила. И медленно опускаясь легла на Вереса, прижимая его к земле. Лёд треснул под ним, он рухнул лицом вниз и захрипел. И исчез. Его запечатали, лишили сил. Надеюсь надолго.

Поле боя затихло.

Я стояла, прижав ладони к груди, и не могла ни вдохнуть ни выдохнуть. Всё еще не веря, что всё закончилось.