— Не нужно, — он дернул уголком губ, болезненно, но с привычной дерзкой усмешкой. — Не думаю, что у нас есть время.

Я стиснула зубы. Время.

Я вскочила, метнулась к наволочке с награбленным добром и резко сунула ее Лариссу.

— Держи.

Он взглянул на нее с искренним удивлением.

— Что это?

— Наше будущее, — я тряхнула ткань, чувствуя, как внутри звякнуло золото. — Не знаю, что нас там ждет, но деньги всегда могут спасти положение.

Он хрипло рассмеялся.

— А ты, оказывается, не промах.

Я гордо вскинула подбородок.

— У меня инстинкт самосохранения развит лучше, чем у тебя.

Ларисс снова попытался подняться, на этот раз успешнее. Он морщился от боли, но двигался.

Песок продолжал сыпаться.

Я бросилась к сундукам, распахивая их, хватая первую попавшуюся одежду. Старалась выбирать теплые вещи, кожу, меха — у меня было дурное предчувствие.

— Одевайся, — кинула я Лариссу, накидывая ему рубашку и плащ.

Он без возражений схватил их, молча натягивая.

Последние крупицы песка стекали вниз.

И в этот момент дверь распахнулась.

Воины владыки шагнули внутрь.

— Время вышло.

Нас опять волокли по коридорам, и шаг за шагом я все сильнее осознавала, что пути назад нет. Ларисс почти не шел, едва переставляя ноги. Я чувствовала, как тяжело он дышит, как холодная испарина покрывает его лоб. Но он упрямо не жаловался, лишь стиснув зубы, двигался вперед.

Мы вышли в огромный зал с тем самым порталом. Теперь он выглядел особенно зловеще — не просто темное пятно в воздухе, а настоящая бездна, готовая поглотить нас.

— Вставайте, — рявкнул один из воинов и с силой толкнул меня вперед.

Я запнулась, но удержалась на ногах. Ларисс же не смог — рухнул на колени, тяжело опершись ладонями о каменный пол.

— Вперед! — раздался еще один грубый голос, и меня подхватили за плечи.

Я не успела вскрикнуть — нас с Лариссом грубо швырнули в портал.

Следующий момент — резкий удар о что-то твердое.

Я застонала, перекатилась на бок и ощутила, как что-то колючее впивается в кожу. Снег.

Я открыла глаза. В лицо тут же ударил ледяной ветер, поднимая снежную пыль. Вокруг — только серые тени гор и леса, бесконечная белизна и мрачное, тяжелое небо.

— Черт, — выдохнула я, с трудом поднимаясь на колени.

Рядом, распластавшись в снегу, лежал Ларисс.

— Эй, — я схватила его за плечо, встряхнула.

Он застонал, но глаза все же приоткрыл.

— Запределье, — одними губами прошептал он. — Граница с Мертвыми Землями…

Меня передернуло. Название не предвещало ничего хорошего.

Я пыталась понять, что делать дальше, но тут сквозь завывания метели послышались тяжелые шаги.

К нам приближался мужчина — высокий, широкоплечий, в потрепанных мехах. Лицо грубое, изможденное, но взгляд цепкий.

Он остановился рядом, смерил нас презрительным взглядом и сплюнул в снег.

— Еще одни, — хмыкнул он, а потом, не раздумывая, резко ударил Ларисса в живот носком сапога.

Ларисс зашипел от боли, согнулся пополам.

— Ты что творишь?! — я рванулась вперед, встав между ними.

Мужик посмотрел на меня так, будто перед ним жалкий котенок.

— Не ори, девка, — спокойно сказал он. — Ты теперь здесь, а здесь так принято.

Я сжала кулаки.

— Нет у тебя права так делать!

Он сплюнул еще раз и кивнул куда-то в сторону.

— Пошли.

Ларисс с трудом поднялся на ноги, но пошел, держась за бок. Я тут же подхватила его под руку, помогая идти.

Мы брели сквозь снег, пока впереди не показалась убогая лачуга.

Я вгляделась в покосившиеся стены, щели в крыше, через которые завывал ветер, и горько усмехнулась.

«Вот тебе и домик в деревне. Молодец Тамара, впредь бойся своих желаний».

Мужик грубо подтолкнул нас к лачуге и хмыкнул:

— Добро пожаловать.

Я бросила на него испепеляющий взгляд, но он лишь ухмыльнулся, сплюнул в снег и, уже разворачиваясь, лениво добавил:

— Если захочешь согреться, девка, заходи. Живу через три дома.

Я сжала кулаки, но промолчала. Ларисс тяжело дышал рядом, и тратить силы на перепалки было глупо.

Когда дверь с противным скрипом закрылась за нами, я огляделась.

Хуже, чем я могла представить.

Халупа была крошечной, с гнилыми досками вместо стен, между которых гулял ветер. Пол напоминал больше утоптанную землю, чем что-то пригодное для жилья. В углу стояла шаткая конструкция — вроде кровати, даже собака в моем мире спала бы лучше.

Я с тоской вспомнила наши с Лариссом покои. Теплые, уютные, с мягкой постелью, в которую так приятно было зарываться.

Теперь же — вот оно, новое «супружеское гнездышко».

Позади раздался глухой звук.

Я резко обернулась и увидела, как Ларисс оседает на пол, не в силах больше держаться на ногах.

— Эй! — я тут же бросилась к нему, опустилась на колени.

Потрогала лоб. Горячий, как раскаленное железо.

«Ну только этого не хватало!»

— Ларисс, ты меня слышишь? — я осторожно провела пальцами по его щеке.

Он чуть приоткрыл глаза, но взгляд был мутным.

— Все нормально, — пробормотал он. — Просто отдохну немного…

— Конечно, отдохнешь, — проворчала я, пытаясь поднять его. — Но не на полу же, черт возьми!

Он был тяжелый, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы дотащить его до той самой конструкции, что с натяжкой можно было назвать кроватью. Осторожно уложила его, укрыла единственным найденным лоскутом ткани, который явно не согревал.

Нужно было развести огонь.

Я огляделась.

Печь в доме была, но абсолютно пустая — ни дров, ни угля, ничего, что можно было бы сжечь. Я даже рассмотрела свой подол — в мыслях уже жертвовала платье на растопку.

Черт, нет! Должен быть другой способ.

Я глянула на Ларисса. Он застонал, неосознанно сжав пальцы на ткани.

Выбора у меня не было.

Я подошла к узелку, в который наскоро набросала драгоценности перед отправкой сюда. Взяла несколько украшений, пару крупных камней.

В груди все сжалось от унижения.

Но я все равно выпрямилась и шагнула к двери. Ветер сразу же ударил в лицо, холодный, жестокий, пробирающий до костей. Я стиснула зубы и, прижав к груди сокровища, направилась в дом того мужика.

Это была крепкая хижина из камня и дерева, явно теплее, чем наша лачуга. На секунду я даже засомневалась, стоит ли мне вообще стучаться. Но потом вспомнила, что Ларисс лежит без сил, без сознания, и у нас нет ни еды, ни тепла.

Я подняла руку и постучала.

Дверь открылась почти сразу, и на пороге показался тот самый мужик. Лицо суровое, борода в снегу, но ухмылка... ухмылка мне не понравилась.

— Быстро же ты замерзла, девка, — протянул он, склонив голову набок. — Греться пришла?

Я стиснула зубы.

— Мне нужны дрова. И чем разжечь печь. И если есть хоть какая-то еда…

— Ну, — мужчина лениво потянулся, хрустнул пальцами. — Всё можно устроить. Но не за спасибо.

Я шагнула внутрь, стряхнула снег с волос и подошла к столу. Развязала узелок и вывалила на деревянную поверхность несколько украшений и драгоценные камни.

— Этого хватит?

Мужик посмотрел, скривился и качнул головой:

— Неа, маловато будет.

А потом он медленно двинулся ко мне.

Я отступила.

— Отойди. — Хоть голос и дрожал, я попыталась сделать его максимально твердым и серьезным.

Он усмехнулся, продолжая приближаться.

Холод в животе и страх сменился яростью. Ах ты ж падлюка бородатая!

Я метнулась к столу, схватила первое попавшееся по руку — вилку и без колебаний прижала её к его паху.

Он замер.

— Шагнешь ещё ближе — останешься без яиц, — прошипела я, сжимая вилку сильнее.

Наши взгляды встретились.

В его глазах мелькнуло удивление, но потом он медленно поднял руки вверх и рассмеялся.

— Ладно-ладно, вижу, ты женщина сильная, серьёзная. Таких я уважаю.